— Хочешь снова сыграть в кошки-мышки, Агния? — он намеренно выделяет мое имя.
— Нет, больше нет. Теперь планирую выйти за тебя замуж.
— Брак с тобой — это последнее, что меня интересует. Мне нужен наследник, — его тон мгновенно меняется.
— Я не собираюсь с тобой… брак ведь фиктивный, — чувствую, как предательски вспыхивают мои щеки. — Не по-настоящему…
— Брак, быть может, и да, но ребенок мне нужен самый настоящий.
Совсем недавно я совершенно случайно обманула известного бизнесмена. Но судьба-злодейка решила проверить меня на прочность и сделать этого человека моим… мужем.
– Мне не нужна лишняя шумиха. Мы продолжим жить так, будто ничего и не случилось, – муж произносит будничным тоном. – Как ты сказал? Будто ничего и не случилось ? – Именно так я и сказал, Аля. – То есть тот факт, что твоя любовница беременная и претендует на мое туристическое агентство, тебя совсем не волнует? – Аля, возьми себя в руки и сними уже розовые очки. Все мужчины изменяют. – Вот и пусть изменяют. Я подаю на развод. – До выборов этого не будет. Если я не выиграю по твоей вине, ни ты, ни дети не смогут продолжать прежний образ жизни. – Ты угрожаешь? У дочери выпускной в школе через несколько недель, она сдает экзамены. У Степы игра в Санкт-Петербурге. – Вот и подумай о детях. А не о моей любовнице. Ничего страшного не случилось.
— Какого черта ты явилась на мою свадьбу? — рявкает бывший.
— Я не знала, что свадьба твоя, — пожимаю плечами. — Иначе бы меня здесь не было.
— Убирайся! — чуть помедлив, резко произносит Вяземский. — Предателям здесь не место.
— Я никогда не предавала тебя, — бросаю в сердцах.
— Из-за тебя и твоего мужа я попал за решетку. Много тебе отвалили денег за меня?
— Я нашла доказательства твоей невиновности, — пропускаю обидные слова мимо ушей. — Но никто не стал слушать. Меня просто вышвырнули на улицу.
— С тобой поступили так, как ты того заслуживаешь.
— Убирайся. Иначе я…
— Мамочка, мне стало скучно.
Хватка Вяземского вмиг ослабевает, когда он переводит взгляд на мою внезапно появившуюся дочь. В его глазах цвета бушующего моря застывает немой вопрос, а я мысленно отвечаю:
«Да, Вяземский, она твоя».