Вместе сильнее - Эстрелла Роуз
— Разрази меня гром… — слегка дрожащим голосом произносит Терренс.
— Господи… — не верит своим глазам Наталия. — Какое сходство… Вы так похожи…
— Обалдеть… Я… Я как будто увидел себя в зеркале… Еще бы немного – и я бы мог сказать, что только что встретил своего близнеца.
— Ну что, милые мои? — скрещивает руки на груди Майкл. — Убедились в том, что я прав? Увидели настоящего Эдварда?
— То есть, ты ходил с этим париком и с этими линзами все время? — удивляется Наталия. — Никто никогда не видел тебя настоящего?
— Никто, — качает головой Эдвард. — Хотя и ходил без парика, когда мне надо было помыть голову. Когда никого рядом не было. И линзы регулярно снимал и менял.
— Но зачем тебе это понадобилось? Зачем, Эдвард?
— Просто не хотел, чтобы ко мне были лишние вопросы. Многие и так отмечали мое сильное сходство с Терренсом МакКлайфом и спрашивали, не являюсь ли я его родственником. Так что в какой-то момент я решил немного сменить внешность. И после этого меня переставали узнавать. Правда, в какой-то момент я начал задумываться о покраске волос. Потому что парик начал мне немного надоедать…
— Если честно… — неуверенно произносит Терренс. — Мне… Порой казалось, что… В тебе есть что-то, что… Есть у меня…
— Я тоже, — признается Наталия. — Иногда я невольно сравнивала тебя с Терренсом. Думала, что если бы у тебя были светлые глаза и черные волосы, то вы были бы очень похожи.
— Да, наш мальчик Эдди совсем заврался и чуть было не потерял настоящего себя, — задумчиво говорит Майкл. — Но я никогда не давал ему забыть об этом. Напоминал, что он – часть семьи МакКлайф.
— Так вот почему… — качает головой Терренс. — Вот чем объясняется моя столь сильная привязанность к тебе. Наличие стольких общих интересов… Немало совпадений во всем, что мы слышали.
— И теперь понятно, почему миссис МакКлайф буквально влюбилась в него, — добавляет Наталия. — Почему она воспринимала его как своего пропавшего сына. Она видела в нем Эдварда МакКлайфа, которым он и является.
— Черт… Я должен был догадаться! Догадаться, что столько совпадений одновременно просто не может быть. Маминого сына звали Эдвардом, ему было столько же лет, сколько и этому парню…
— Да, малой буквально загипнотизировал вас всех своей смазливой мордашкой, — вставляет Майкл. — До последнего водил вас всех за нос.
— Рано или поздно я бы все им рассказал! — восклицает Эдвард. — Я не собирался молчать до конца своих дней! Просто мне нужно было выбрать подходящий момент!
— Что ж, теперь я начинаю понимать свою причастность к вашим делишкам, — уверенно говорит Терренс. — Понимаю, какого черта вы все это затеяли. Вы – мой дядюшка. Дядюшка, который, блять, испортил моей семье всю жизнь!
— И если бы ты знал, как сильно я ненавижу тебя, — отвечает Майкл. — Как сильно ненавижу своего самого старшего племянника. Который вырос полной копией моего мертвого, как ты уже знаешь, братца Джейми.
— Сука… — сквозь зубы цедит Терренс, уставив на Майкла леденящий душу взгляд. — СУКА! БУДЬТЕ ВЫ ПРОКЛЯТЫ! ЗА ВСЕ, ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ!
— А чего ты разорался, милый? Ты и твоя мамочка же хотели найти ее младшенького ребеночка. Считай, что я сделал для тебя доброе дело и помог в этом.
— Серьезно? Да вы, блять, РАЗРУШИЛИ ВСЮ НАШУ ЖИЗНЬ! Если бы вас не было в нашей жизни, НИЧЕГО бы не случилось! НИЧЕГО!
— И мне мало того, что я сделал. Мало было разрушить семью своего братца, отобрать у него компанию и дом и настраивать на него старшего сыночка. Я хочу большего! Хочу видеть вас в могиле. Чтобы никто из моей семьи никогда не стоял у меня на пути. Не смел посягать на то, что должно было быть моим. МОИМ, слышишь! МОИМ!
— ТВАРЬ! НЕНАВИЖУ ВАС! НЕНАВИЖУ! СДОХНИТЕ! СДОХНИТЕ! СДОХНИТЕ!
Взбешенный Терренс резко присаживается на диван, закрывает лицо руками и сгибается пополам, тяжело дыша и начав сильно трястись от того напряжения, которым одержимо все его тело. Пока Наталия приземляется рядом с ним и мягко гладит МакКлайфа-старшего по спине, Эдвард с жалостью во взгляде смотрит на своего брата, будучи также потрясенным тем, что услышал, а чуть позже смотрит на Майкла своим презренным взглядом, полным ненависти и злости.
— Да уж… — сквозь зубы цедит Эдвард. — Я, конечно, подозревал, что вы могли быть причастными к тому, что мой брат отказывается общаться с отцом, но не верил, что все это оказалось правдой.
— Ты сам все прекрасно услышал, — разводит руками Майкл. — У тебя вряд ли должны остаться вопросы. Надеюсь, и у твоего братика с бывшей теперь осталось намного меньше вопросов к тебе.
— Мразь! Вы испортили нам жизнь! Если бы вас не было в жизни отца, то у нашей семьи все было бы хорошо! Мы могли жить НОРМАЛЬНОЙ жизнью и не быть ни с кем разлучены и против кого-то настроенными. Вы разлучили меня с братом и матерью. И вы же отобрали у моего отца абсолютно все и разрушили его семью, разлучив с моей мамой и заставив чувствовать себя виноватым перед его старшим сыном за то, чего он НИКОГДА не делал. НИКОГДА, БЛЯТЬ!
— Зато я добился своего – этот мудак был одинок, беден, голоден… У него не было дома, денег, работы… Все то, что он заслужил.
— И вот все, что пришлось пережить ему, должны были пережить ВЫ! — Эдвард резко указывает на Майкла пальцем. — ТОЛЬКО ВЫ! НЕ ОТЕЦ ДОЛЖЕН БЫЛ СКИТАТЬСЯ ПО ГОРОДУ С РЕБЕНКОМ НА РУКАХ!