Бесприданница. Искра Князя - Марина Эльденберт

Я накрыла его руку своей.

— Спасибо.

Он на мгновение прикрыл глаза, а когда открыл, в них сверкнуло пламя.

— И тебе спасибо, Аня. За все.

Мы обнялись. Первые пару минут это было неловко, но потом я почувствовала, как его плечи расслабляются, и расслабилась сама.

— Завидую Риарану, — произнес он, когда мы отпустили друг друга.

— Не стоит, — улыбнулась я. — Вообще-то я не подарок.

Дан расхохотался:

— Обожаю твое чувство юмора!

— А я рада, что тебя повеселила.

Мы не говорили о предстоящем суде, больше повспоминали нашу «веселую» жизнь в гемроровском Герменерре, но выходила я от него уже с совершенно иным чувством. Спокойствия и ощущения, что все идет так, как надо, что у Дана все будет хорошо.

По дороге к выходу из подземелья мне низко поклонился стражник.

— Ваша светлость… Анна, с вами хочет поговорить ее светлость Валенсия.

— Я не хочу, — отрезала я.

— Она всего лишь хотела через вас попросить о снисхождении.

Сначала я хотела развернуться и уйти, но потом поняла, что в этом деле мне самой тоже нужно поставить точку. И я ее поставила, едва ступила в камеру Валенсии.

— Поговори с моим сыном, — попросила она. — Убеди его в том, что все, что я делала — это ради его блага.

— С чего бы мне это делать? — уточнила я.

— Потому что я могу быть тебе полезна. Я могу сделать так, что ты в этом дворце будешь почитаема ничуть не меньше Риарана, я могу…

— Замолчите, — перебила я, и княгиня осеклась. — Я пришла к вам, потому что на мгновение, на очень краткое мгновение поверила в то, что вы могли раскаяться в том, что сделали. Но нет. Даже сейчас вы пытаетесь всего лишь выторговать себе условия получше. Вы убивали, не глядя. Вы лишили жизни мою подругу. Вы лгали и манипулировали даже собственными детьми, которые слепо вам верили. Я — последняя, к кому вам стоит обращаться по поводу того, чтобы просить Риарана о снисхождении.

Валенсия раздула ноздри, но потом вспомнила, что это именно она меня пригласила.

— У тебя есть все основания меня ненавидеть.

— Я вас не ненавижу. Мне вас жаль. У вас в руках были бесценные сокровища — фрейлины, ваши подруги, готовые ради вас на все, дети, которые могли вас безмерно любить и подарить море радости. Но вы ото всего этого отказались, вы сами все это уничтожили ради власти и мира, который существовал только в ваших фантазиях. Бессмысленно жестокого и не интересного никому, кроме вас.

Я вышла раньше, чем она успела ответить: просто не видела причин здесь оставаться.

И да, я действительно поставила для себя в этом деле последнюю точку.

Рано или поздно любая зима заканчивается, и наступает весна.

В Гронтаре она была особенно красивой: я столько цветущих деревьев и кустов в жизни не видела. Кроны оделись во все оттенки белого, желтого, розового, красного и даже лилового, превратив столицу княжества в благоухающий рай. Наполненный свежестью и сладостью воздух звал обернуться драконом и полетать над Гронтаром. Или просто прогуляться по улочкам и изогнутым мостикам столицы. В идеале — в обществе супруга.

Благодаря раскрытому заговору на плечи Риарана свалилось еще больше дел, чем у него было до этого. За эти пару месяцев я на собственном опыте убедилась, насколько непросто править княжеством. В принципе, я всегда это понимала, но, только влившись в сам процесс, смогла осознать насколько это сложно. Антонию и Эстель учили быть княжескими Искрами с самого детства, мне же приходилось изучать все тонкости дворцового этикета, все политические нюансы, от приема иностранных гостей и встречи послов до «дня открытых дверей», когда к князю приходят его подданные, танцы и местные праздники. Когда я уставала от всего этого, то сбегала к мужу или на военный плац.

Последний был неким подарком князя мне. Я не то чтобы жаловалась на учебу, мне даже нравилось узнавать новое, но Риаран однажды привел меня сюда и представил своим генералам и офицерам. Не как свою Искру, а как… тренера!

— Аглая Эрхольд была на Земле управленцем, — сказал он мне, пока я шокировано хлопала глазами, — и она открыла курорт. Ольга Равьер — доктором, и она сейчас строит здравницу. В какой-то момент я понял, что иномирянки в нашем мире для того, чтобы сделать его лучше. Вы приносите с собой знания, которые помогают нам становиться лучше. Твои знания — это боевое искусство. Поэтому я предлагаю тебе поделиться своим опытом с теми, кто готов открыть свой разум для нового. Если ты, конечно, не против.

— Это лучший свадебный подарок, который ты мог мне сделать, — выдохнула я.

Поэтому тренировки на плацу стали моей отдушиной и помогали мне переключаться с запоминания титулов и изучения внешней и внутренней политики. Со временем я сформировала свою систему и начала разрабатывать методологию обучения наставников, которые впоследствии смогут передать мои знания остальным.

Великий князь сначала разобрался со всей кашей, которую заварили Валенсия, Оромонд и Гемрор. Я присутствовала на том суде. Валенсию до конца ее дней отправили в монастырь где-то в глуши Эйрузии, Оромонда и Гемрора казнили, и многие после этого вздохнули с облегчением. Слишком много бед и смертей принесла эта троица. Целителя, помогавшего княгине травить Антонию и приготовившего яд для Эстель, и остальных их пособников судили отдельно, и им предстояло работать в тяжелых условиях до конца жизни. В том числе, жене Гемрора.

Когда наступил черед Тени, я занервничала, но полностью положилась на решение Риарана. И его слова заставили удивиться даже меня.

— Несмотря на то, что ты покушался на жизнь моей матери, — сказал Риаран, — твои действия поспособствовали раскрытию заговора. К тому же, ты спас жизнь моей Искре. Тем не менее я не могу тебя помиловать, Данстон Давейн, чтобы в Эйрузии не решили, что можно нарушать закон даже из благих побуждений. Но я хочу предложить тебе сделку.

Тень, стоящий до этого с мрачной решимостью на лице, сначала растерялся, но затем кивнул Риарану.

— Я внимательно слушаю тебя, Великий князь.

Риаран предложил ему стать