Я бы сменила дракона или Сами вы злодейки! - Мира-Мария Куприянова

- Пусть войдет, – хмуро кивнул наследник и со сосредоточенным вниманием позволил быстро подбежавшему человеку что-то шепнуть ему на ухо.

- Итак? – бровь Сарвира изогнулась ломанной линией, пока он, развернувшись к сюзерену, наблюдал за происходящим.

- Черт, – темные ресницы мужчины обречённо опустились, скрывая желтый огонь глаз от друга- Аслан… подумай. Ну найдешь ты их. И что дальше?

- Дальше я посмотрю в глаза ублюдку, посмевшему бросить тень на честь графини, и пошатнуть веру в ее искренность в моих глазах, – проскрежетал зубами генерал- Врежу пару раз, для профилактики. А затем вежливо уточню, по своей ли воле Ее Сиятельство решилась сопровождать герцога в этой поездке. И если она хоть словом, хоть дрожанием ресниц намекнет мне, что он принудил ее…

- Роза на Скале, – обреченно махнул рукой принц- Но имей в виду: я тебе не говорил ничего. И предупреждал о последствиях. И, кстати, не факт, что в разгар вашего вежливого разговора я не ворвусь в замок и не потребую соблюдения законов Аргона. И если ты только посмеешь не подчиниться, Сарвир…

- Через двое суток доложу о ситуации с мисс Олимер. Кстати, а ее можно насильно увозить в столицу? Что именно допустимо в отношении нее? Кляп? Веревка? Магическое воздействие?

- Заткнись и исчезни с глаз моих! – рыкнул принц, опираясь руками о стол и свешивая голову вниз, – Видеть тебя не могу. Клянусь, я тебе припомню каждый мой сдохший нерв, Аслан. Каждый спазм моего дергающегося глаза. Дай только разобраться с Отбором.

- Займитесь лучше насущными проблемами, мой принц, – на ходу отстегивая тяжелый плащ и снимая военный камзол, двинулся к выходу из кабинета генерал, – Пройдитесь по списку конкурсов для предстоящего отсева невест. Выберите шейный платок для бракосочетания. И, да, озадачьтесь надгробием и достойной эпитафией для Его Светлости Дарена Арвела.

- Аслан! – разъяренный вопль наследника разбился о неспешно захлопнувшуюся дверь. И даже не заставил генерала сбавить быстрого шага.

- Освободить площадку для оборота! – рявкнул он вместо этого дежурившему у дверей лакею, проносясь мимо него в сторону лестницы- И, кто-нибудь, принесите успокаивающий чай для Его Высочества. Он, кажется, что-то говорил о беспрестанно дергающимся глазе.

...

Самоуверенно обещанные принцу два дня успели пройти в безуспешных попытках добраться до удаленного замка небом, землей или водой. Хоть чем-то!

Воздушные пути прерывались пространственными дырами, не дающими преодолеть расстояние. Дороги осыпались вниз обрывами разрушенных перевалов. Морские пути были временно закрыты.

И все эти несчастья из-за той самой недели западных ветров, радующих побережье грозными штормами, горы беспрестанно сходящими селями, а воздух внезапно возникающими прорывами. В результате, портальные башни были загружены до предела очередями ожидающих перемещений, не смотря на дороговизну перехода. А цены на пользование порталами били все мыслимые рекорды. В такое время путешествовать рисковали только откровенные гедонисты и транжиры, презирающие значимость денег. Да прижатые к ногтю обстоятельствами непреодолимой силы. И что-то подсказывало генералу, что к первым категориям Дарен Арвел, не смотря на все свое богатство, не относился.

«Нет, так не уезжают с женщиной, если она следует за тобой добровольно. Не такие поместья выбирают, если хотят просто подарить ей приятное путешествие и месяц тишины в отдаленном уголке на берегу моря. И явно не в столь неудачное время. Врешь, Арвел,»- рычал Ледяной, пока мощные кожаные крылья без устали вспарывали воздух, безбожно тратя драгоценное время на преодоление Западных гор, миновать которые он решил своими силами, стремясь хоть как-то нагнать потерянные дни.

Отчеты верных подчиненных, догоняющие его уже в пути, вторили его выводам. Давили на нервы. Натягивали их в тонкие, звенящие тросы.

«Трижды пользовались личными портальными метками. Маршрут был не прямым. И откровенно энергозатратным. Кардинально удаленным от каждой исходной точки портала. Резерв герцога при активации был исчерпывающе мал в конечной точке перехода. Поэтому Его Светлость решился на полное обращение и, судя по всему, до пункта назначения нес леди уже крыльями»

Крыльями! Нежную, хрупкую леди! Это каким же образом, позвольте уточнить? Навряд ли род Арвелов снизошел до изготовления личных седел для своих избранниц и спокойно позволял подтягивать на себе подпругу, пока девушка усаживалась на место. Как-то не менее тяжело представлялся Его Светлость и аккуратно несущим в когтях карету, с заблаговременно выпряженными лошадьми. Или не выпряженными, если задуматься. Мало ли что в пути произойдет и потребуется ехать каретой? А, значит, оставался лишь вариант, когда в этих самых когтях он нес саму леди.

«Хрупкую, ранимую, нежную… перепуганную до смерти! Дай мне ветер сил, не разорвать его на месте за одно только это,»- рычал мысленно Сарвир, от переизбытка чувств выплёвывая в воздух поток жидкого льда и с наслаждением наблюдая, как осыпаются на землю под его крыльями крошащиеся в воздухе глыбы.

Зверь рычал и подгонял ветер. Требовал схватки, возмездия и крови соперника. И лишь неимоверными усилиями Аслану удавалось успокоить бешенный стук его сердца и дышать размеренно, смакуя высокогорный воздух и приноравливаясь к разряженному кислороду вершин. Восходящие потоки Западной гряды рвали перепонки крыльев, бросали тяжелое тело из стороны в сторону, наказывая за опрометчивость и самоуверенность.

Полез в горы, не зная воздушных троп, не понимая потоков воздуха, не имея проводника… Местные драконы преодолевали гряду всю жизнь, словно по тонким путям перевалов. А вот ему, впервые пробующему небо над холодными пиками, приходилось контролировать каждый свой взмах, успевая приноровиться к новому рывку прежде, чем его размажет об острые скалы. И все равно то и дело его роняло на землю, лишь чудом давая взмывать вверх вновь и вновь, оставляя на промерзшей земле гор и насте плотного снега росчерки напряженного крыла.

«Черт! И этим опасным маршрутом он нес Мелиссу?! А если бы не удержал? Если бы ветер сменился?!»- все больше злился генерал, малодушно переваливая собственный стыд на соперника. И с каждым взмахом крыльев, с каждым рывком, с которым он поднимал тяжелое мощное тело, опадающее на острые, словно бритва камни, ненависть и ярость захватывали его все больше, – «Мерзавец! Подлец! Как же ей было страшно… Как она, должно быть, кричала. Или уже не кричала? Просто потеряла сознание от ужаса? Не спущу ему этого. Такое не прощают. Дай только Небо добраться до него…»

Черепичные крыши ажурного готического замка, резной изящной шкатулкой замершего прямо на краю нависших над беснующимся морем скал, показались из-за очередной гряды столь внезапно, что утомленный трудным перелётом генерал сперва