Психо Звери - Жасмин Мас

— Ксеркс, отпусти ее, — Джакс подался вперед и задействовал свою медвежью массу, чтобы одновременно оттащить и Ашера, и Ксеркса.

Я с облегчением выдохнула, чувствуя, как кислород снова приливает к мозгу.

Ашер тут же приобнял меня за плечи в знак поддержки, за что тут же получил от меня звонкую пощечину.

Предателей не прощаем.

— Ну, это было захватывающе, — равнодушно бросила Аран, стоя чуть в стороне и сгорбившись от того, как яростно она продолжала чесать спину.

— Ты палец о палец не ударила, чтобы мне помочь! — возмутилась я.

— Сначала ты ведешь себя как безумная нищенка, а теперь устраивай показной спектакль. Не будь королевой драмы, сучка, — пробормотала она, избегая смотреть мне в глаза.

Она была слишком занята своей чесоткой.

Это ее очевидное состояние наводило на меня панику.

— Мы отсюда не уйдем, пока не найдем хоть какую-нибудь лечебную мазь для… — я осеклась, заметив в поле зрения, как Аран недвусмысленно изображает жест перерезания горла. — …для меня. У меня иногда синяки жутко чешутся.

— Котенок ранен? — в глазах Кобры вспыхнули огоньки.

— Малышка, почему ты сразу молчала? — прорычал Ксеркс.

Так началась наша увлекательная экскурсия, в ходе которой парни искренне уверовали, что я разваливаюсь на части прямо на ходу, а они этого не заметили.

Что было верхом иронии, учитывая, что пару минут назад они публично душили меня. Впрочем, их иррациональная забота о моем здоровье имела свои плюсы.

Как доказательство: мы наконец-то покинули торговый центр с пятью разными тюбиками противозудных кремов в обнимку. Один из них значился как «чудодейственное средство», а ценник на нем был такой, что, кажется, превышал сто тысяч кредитов. Но Ксеркс молча выхватил его у меня из рук и оплатил до того, как я успела пискнуть.

Единственным адекватным мужиком во всей этой компашке оставался Ашер.

Он то и дело подозрительно косился то на меня, то на Аран, явно догадываясь, что мы тут затеяли.

В какой-то момент он даже отвел Аран в сторону и прямо спросил, все ли у нее в порядке, а его смазливое лицо исказилось от смеси вины и беспокойства. Поскольку в ответ Аран лишь сильнее сгорбилась и принялась остервенело грызть ногти, тревога с его лица так и не сошла.

Хотя бы знание того, что я не одна переживаю за нее, немного успокаивало.

Когда мы наконец вернулись в особняк, до наступления темноты оставалось еще несколько часов. Я поплелась за Аран наверх по лестнице, уже мысленно предвкушая долгий и сладкий сон.

Но резко замерла от удивления.

Девчонки устроили импровизированную гоночную трассу из рулонов туалетной бумаги прямо посреди коридора и вовсю орали, пока Лапша на наперегонки несся с обычным хомяком.

Решать вопрос о том, откуда в доме взялся хомяк, я мысленно отказалась.

Когда Люсинда завопила что-то о том, что Джинкс теперь должна ей десять кредитов, потому что Лапша сошел с дистанции и победу одержал грызун, я просто прошла мимо.

Честно говоря, развивающаяся у младших сестер игромания волновала меня сейчас меньше всего.

Однако мои планы на сон окончательно накрылись медным тазом, когда в нос ударил запах теплых жареных каштанов, и Джакс с виноватым голосом потрепал меня по плечу:

— Нам нужно срочно разработать план.

Аран сунула мне в руки пакет с ее безумно дорогими мазями и попыталась захлопнуть дверь перед моим носом.

Я перехватила дверь рукой и выволокла ее обратно в коридор:

— Это война! И у нас есть всего один день, чтобы все исправить. Ты у нас главный стратег по боевым действиям. Так что топай со мной.

Аран с удвоенным усердием впилась зубами в ногти, но сопротивляться не стала, лишь бросила:

— Если боишься идти к мужикам в одиночку, так и скажи.

— Серьезно? — с вызовом фыркнула я. — А я-то думала, ты знаешь меня лучше. Я вообще-то не трусиха.

Она закатила глаза, но комментировать не стала.

Да и не нужно было.

Мы обе прекрасно знали, какая я пиздаболка.

ГЛАВА 36: СЭДИ

МАРИОНЕТКИ НА НИТОЧКАХ

Мы расселись вокруг пылающего камина в большой гостиной.

Точнее, все смотрели на огонь, кроме Аран, которая сидела спиной к нему, натянув капюшон до самого носа.

Я просила Уолтера потушить огонь, но Аран рявкнула на меня, что она не лялька и с ней все в порядке. Лицо у нее было бледным, а синие кудри торчали из-под капюшона во все стороны.

Ни хрена с ней не было в порядке.

Как и со всеми нами.

Тот факт, что у нас оставалась всего эта ночь на поимку братьев Ортега и уничтожение Черных Волков, висел над нашими шеями осязаемой удавкой.

Теперь же, после часа бесплодного мозгового штурма (пока наверху девчонки орали так, будто участвуют в собственном бойцовском клубе), мы ни на шаг не продвинулись к плану, который звучал бы эффективно и осуществимо.

Вся эта канитель с невозможностью обратиться в этом мире, отсутствием оружия и необходимостью привлечь внимание каких-то помешанных на БДСМ альф с извращенными наклонностями казалась невыполнимой задачей.

Кобра в миллионный раз затянул:

— Я не понимаю, почему я просто не могу отравить их своей змеиной ядовитой слюной?

Джакс рявкнул в ответ:

— Мы уже обсуждали это. Мы не собираемся рисковать твоей шкурой из-за того, что ты решишь обернуться в форме змеи на глазах у всех.

— Технически, это не полноценный оборот, — попытался спорить Кобра.

— Хватит цепляться к терминам! — грудь Дэкса завибрировала от грозного рыка. — Никого в этом долбаном мире не ебут твои технические нюансы, когда в твой мозг влетит зачарованная пуля.

— Джакс прав, — поддержала я, пока Ксеркс и Ашер кивали в знак согласия.

Я сделала глоток горячего кофе из чашки, которая светилась изнутри синим чародейским светом, сохраняющим напиток горячим.

Внезапная мысль пронзила мозг:

— Подождите-ка, а почему в этом мире вообще все зачаровано? Я думала, это фишка фейри.

Аран пренебрежительно махнула рукой:

— Распространенное заблуждение. Особо мощный индивид с «чистой душой» сжигает часть собственной плоти как жертву богу солнца или богине луны, после чего боги позволяют ему вплетать свою волю в любые предметы. Так что зачаровывать вещи может вообще любая раса.

У меня возникло непреодолимое желание запустить этой чашкой с кофе куда подальше.

— Пиздец какой-то.

Ксеркс пожал плечами:

— В этом мире вся индустрия зачарования контролируется одной замкнутой семейкой. Никто до сих пор не вдупляет, как им удается сохранять свою душу чистой, но это адски сложная задача.

— Ага, у матери в замке в одной из комнат вечно