Отпуск за свой счет, или Очумелое хозяйство попаданки - Дарина Ромм

Не очень понимая, что вызвало такую реакцию, Лида продолжала неспешно спускаться, а Маргузин вдруг замычал, показывая на нее пальцем:

– Ноги... У тебя... ноги...

– Ты гений наблюдательности, – похвалила его Лида, подходя. – Без ног я, конечно, не спустилась бы по лестнице, но спасибо, что заметил. А теперь приступаем к работе, и первым делом я хочу посмотреть учётные книги по таверне.

– Я принесу, принесу! Щас-щас! – пискнул Маргузин, перестав мычать. Крутанулся на месте и исчез, а Гамлет остался: стоял столбом и смотрел на Лиду очень странно.

Недоуменно пожав плечами, она пошла в обеденный зал. Стараясь не обращать внимания на прожигающий спину взгляд желтых глаз, принялась изучать обстановку и делать мысленные пометки, чем стоит заняться в первую очередь, а что может подождать.

Через час она сидела за столом в обеденном зале, который перед этим собственноручно отскребла до состояния «не страшно поставить локти», и изучала записи в учетных книгах.

Спина слегка ныла, а руки пахли  довольно вонючим местным мылом. Зато в голове у Лиды царила удивительная ясность – обычное состояние после того, как она приводила в порядок хотя бы квадратный метр окружающего хаоса. Жаль только, что в этом месте хаоса было метров четыреста.

– Да-а, – протянула Лида, закрывая книгу учета за текущий год. – Печаль печальная – денег нет.

– Нет, нет денег. Говорим же тебе, упрямая женщина. Иди, иди работай уже! – заявил Маргузин и подпрыгнул на стуле, где вертелся все это время.

Гамлет тяжело переступил с ноги на ногу, с усилием отвел взгляд от Лидиных коленок, обтянутых лосинами, и цыкнул на шикшу:

– Помолчи уже! Лида и так работает!

Но Маргузин не согласился – скривил рот, возмущенно дернул носом-морковкой и выпалил:

– Варить, варить надо, а не твои каракули изучать! Скоро гоблины на ужин придут, а у нас пусто, пусто в котлах!

Лида подняла на него глаза:

– Во сколько они приходят, гоблины ваши?

– Так в восемь. Скоро, скоро!

Лида перевела взгляд на стену, где висели совершенно земного вида часы с кукушкой – до восьми время еще есть. Не покормить гоблинов было нельзя: судя по записям, они регулярно ужинали в «Очумелом хозяйстве» и платили наличными, причем не жадничали. Значит, гоблины на данный момент – наши вип-клиенты!

– Накормим, – пообещала Лида. – А можно здесь нанять работников для уборки? Прямо сейчас? С условием, что за работу мы заплатим позже, когда пойдут посетители и деньги?

Гамлет нахмурился и покачал головой.

– Нет. Наёмники плату просят вперёд. Или товар на обмен. А у нас нет ни того, ни другого.

– Это ты так думаешь, – раздался голос из угла. Маргузин, который только что сидел на стуле, вынырнул из-за буфета, отряхивая штаны. – А я знаю, знаю, где можно найти работников за еду и обещания. В портовом квартале есть ребята, которые за миску грибного супа согласятся на что угодно. Даже на уборку.

Гамлет мрачно посмотрел на шикшу:

– Ты про своих дружков-жуликов?

– Профессионалов, – поправил Маргузин с достоинством. – Просто временно безработных профессионалов. Дай мне полчаса, и я приведу уборщиц. Или уборщиков. Кого там надо?

– Уборщиц, – сказала Лида. – Кухню должны мыть женщины. У мужчин с тряпкой отношения как у кота с водой.

Маргузин уже был в дверях, сверкая глазами:

– Будет, будет! Жди, жди, Лида! Не скучай без меня! – и исчез, как сквозь землю провалился.

С его уходом зал словно опустел. Лида снова открыла книги учета, а большой зелёный орк переминался с ноги на ногу рядом со столом, явно не зная, куда себя деть. Он переводил взгляд то на окно, то на дверь, то на потолок, изо всех сил стараясь не смотреть на ноги девушки. А она мысленно улыбалась – кто бы мог подумать, что обычные хлопковые лосины, даже не очень новые, произведут такой фурор!

– Гамлет, – позвала она великана. – Знаешь, ты очень хорошо вел учетные книги. Записывал всё так досконально и подробно, что мне будет легко понять, на чём можно сэкономить, а где мы будем выходить в плюс.

Она сказала это совершенно искренне, без желания польстить – просто потому, что в бухгалтерии порядок действительно важен. Но скулы орка вдруг потемнели, а на лбу выступила испарина. Он стоял, сжимая и разжимая кулаки, молчал и смотрел себе под ноги.

Сначала Лида недоуменно замерла, а потом до неё дошло: Гамлет смутился! Да так, что не знает куда себя девать!

«Ну надо же, – подумала она, пряча улыбку за деловым выражением лица. – Два метра мышц, клыки как у саблезубого тигра, а от комплимента краснеет. Или зеленеет? Милота-а!»

Чтобы не конфузить его еще больше, она поднялась из-за стола. Предложила:

– Посмотрим кухню? И кладовые? Надо понять, что у нас есть из запасов.

Гамлет молчком показал направление и двинулся вперёд. Лида пошла за ним, но уже через несколько шагов поняла, что орк идет как-то странно. Он то ускорялся, то замедлялся, явно стараясь держаться так, чтобы видеть её. И все время косился на ее ноги, задерживаясь взглядом там, где заканчивалась футболка и начиналось место, на которое люди ищут приключения.

«Ну и ну, – подумала Лида, от души веселясь. – У них в мире что, совсем нет женщин? Или он вообще никогда не видел женских ног, что у него крышу сносит?»

Вслух она, конечно, ничего не сказала, просто из хулиганских побуждений сильнее качнула крутыми бёдрами. Гамлет споткнулся, и шумно, с присвистом выдохнул.

«Эксперимент удался, – мысленно захихикала шалунья. – Лидуся, тебе можно получать Нобелевскую премию по орочьей психологии». 

Кухня встретила их запахом, еще более тяжёлым и стойким, чем в зале. Лида зажала нос и огляделась.

Грязь была везде. Плита, похожая на чугунного монстра, заросла жиром в палец толщиной. В огромной мойке – горы посуды, которая не видела воды, наверное, со времён царя Гороха. На стенах разводы, которые могли сойти за карты неизведанных миров. На полу