Бесприданница. Искра Князя - Марина Эльденберт

— Я не вернусь в столицу! — отрезала я. — Я здесь только освоилась. А вы от меня уже отказались один раз. Надоем, снова сошлете куда-нибудь. Мне оно надо? Поэтому нет.

Пальцы Риарана обожгли кожу на моем подбородке и не позволили мне отшатнуться.

— Ты не поняла, Антония? Я не интересовался твоим мнением, хочешь ты или не хочешь. Я сказал тебе — собирайся. Или полетишь как оборванка. Что выбираешь?

Несмотря на то, то я не могла читать выражение его глаз, я осознала, что князь не шутит, и мне стало плохо от этого осознания. А после в памяти всплыл наш разговор с Данстоном.

Я понимала, что моя тайна — страшное оружие, и что я могу себя как спасти, так и похоронить. Но я не могла бездействовать. Я не могла не попробовать.

— Я не Антония, — сказала, словно вырвала чеку с корнем и бросила в князя. — Вы не имеете права забирать меня, ваша светлость, потому что я не она.

Бомбануло так бомбануло!

— Что за бред?

— Антония погибла, а я заняла ее место. Разве вы не поняли, что я другая?

Риаран зло рассмеялся.

— Или ты захотела притвориться другой, чтобы добиться своего.

На самом деле, когда я оборвала последнюю нить с жизнью Антонии, мне будто стало легче.

— Как хорошо, что с вами прилетел эксперт, который может подтвердить или опровергнуть мои слова.

— Заканчивай этот балаган, Антония…

— Аня, — перебила я Великого князя. — Меня зовут Аня Макарова. Я родилась на Земле.

Магия снова прокатилась по мне огненной волной. Вот странно, что Риаран не огненный дракон, а нашу связь я ощущаю именно так.

— Д’Амир! — прорычал Риаран.

Распахнулись двери, и в гостиную вернулся первый зодчий.

— Эта женщина заявляет, что она иномирянка. Испытай ее.

Если Д’Амир и удивился, но вида не подал, просто протянул мне руку, которую я автоматически пожала. А потом спросил:

— Как вас зовут?

— Аня. Анна Макарова.

— Рад знакомству, Аня, — улыбнулся мне дракон. Спросил еще про мою профессию и про страну.

В голове с каждой минутой становилось все больше и больше ясности, и я надеялась, что зелье не выветрится раньше, чем князь отсюда улетит.

Наконец, зодчий вынес свой вердикт:

— Мне не нужно задавать вам множество вопросов, чтобы понять, что вы иномирянка. Я это понял по крепкому рукопожатию, по голосу, вернее, по манере говорить. — Д’Амир повернулся к Риарану. — Я знал Антонию, она старалась быть незаметной во всем. Не говорила, а шептала. Люди так быстро не меняются, ваша светлость.

Когда Риаран понял, что это все не шутки, он отшатнулся от меня как от прокаженной. Словно я была мерзким чудовищем, а не красивой женщиной, с которой он только что зажигал у стеночки.

— Я свободна? — поинтересовалась я. После всего случившегося я чувствовала себя выжатой как лимон.

— Я поклялся, что в моем княжестве ноги иномирянок не будет, — процедил он. — У тебя неделя на то, чтобы покинуть крепость и Эйрузию.

Князь покинул комнату так стремительно, что я ничего не успела ответить. Д’Амир поспешил за ним, по пути сообщив мне:

— Для миграции вам лучше выбрать государство, лояльное к иномирянам. Рекомендую Рован, он ближе.

В этот момент я поняла, кто именно помог Нияре сбежать. А еще — что я осталась в замке Гемрора одна, без защиты. Потому что через искру в себе почувствовала, что Риаран покинул Герменерр.

Конечно, я была ни разу не нежный и беззащитный цветок, но в разодранном платье и с накидкой князя на плечах сражаться с Гемрором или его военными — это кринж. Поэтому я быстро выглянула в коридор и так же быстро поспешила назад в башню, пока комендант не опомнился. Но на это я надеялась зря: он опомнился и сразу же за поворотом преградил мне путь. Точнее, они мне его преградили. Очевидно, Гемрор считал, что я и в платье могу подраться, поэтому взял с собой целый отряд.

Обучаясь в институте МВД, я, конечно, многого хлебнула и знала, что безвыходная ситуация — это разве что когда в тебя пальнули в упор (как было со мной). Но сейчас я испытала то самое мерзкое чувство, когда за моей спиной никого не было, чтобы меня прикрыть.

— Прекрасно выглядите, йяра Антония, — осклабился комендант. — Ну что ж, мы с вами наконец-то одни, и никто не помешает нам побеседовать в приватной обстановке.

Я заглянула за его спину.

— Точно не помешает? А то у меня ощущение, что вы не услышали, как за вами следом подкралась целая рота.

— Очень смешно, — перестал ухмыляться Гемрор и кивнул своему сопровождению: — Взять ее!

Бежать в драном платье на потеху коменданту и его прихвостням я не собиралась, поэтому осталась на месте. Меня скрутили так, словно я была супергероем с лазерами из глаз, разве что повязку с криптонитовыми вставками на глаза не надели. А так кандалы и все прилагающееся откровенно мешали мне не только идти, но и держать платье. Несмотря на это, я справлялась.

Меня привели, очевидно, в кабинет Гемрора. Здесь было натоплено так, что даже распахнутое настежь окно и кружащиеся за ним снежинки не спасали положение. И это при том, что дети на первом уровне просто замерзали еще до наступления настоящих холодов!

Ярость придала мне сил, а еще — желания как следует надрать задницу этому засранцу. За все, что он сделал, за его манипуляции жизнями детей, за попытки меня убить. За все, что он провернул, с… чьей-то помощью.

— Кто меня сдал? — прямо поинтересовалась я, когда один из так называемых офицеров толкнул меня в кресло возле стола. Из которого встать самостоятельно мне не представлялось возможным: мои кандалы обернули вокруг ножек и подлокотников и пристегнули замками. Накидку князя сдернули и швырнули на пол.

Гемрор сделал отпускающий жест, и дверь за моей спиной с мягким щелчком закрылась. Сам же комендант прошел за стол и развалился в кресле. Стол его стоял ближе к камину, но сквозняки в замке все равно гуляли дай боже, поэтому по моим плечам и груди основательно тянуло прохладой.

— Твоя милая Эльга. У нас был уговор: когда ты будешь обезврежена, я позволю ей