Врачебная тайна 2 - Дия Семина

— Мы не должны искать в людях идеал, жить надо, чувствуя сердцем, и честно себе признаваться в чувствах. Учуял опасность, но хочется пощекотать нервы, испытать эйфорию опасности — тогда потом не жалуйся, что тебе прилетело по шее. Хочешь семейного счастья, любви, найди того, кому твоя любовь нужна. И нельзя путать любовь и страсть, всё очень сложно, и ты не одинок в своих переживаниях. Твоей маме нужна забота, тактичность и любовь, которая бы её не смущала…

— Но как тогда жить? Делаешь шаг и барьер, следующий и снова. Кому верить? Если родной отец…

Вот оно!

Его голос сорвался на хрип, мне также тяжело, но нужно выдержать и найти верные слова, нельзя сейчас никого обвинять, нужно зайти на проблему со стороны света. Пожимаю плечами, и вдруг в голову пришла простая мудрость, того самого прекрасного парня, которого жестокие люди распяли на кресте:

— Как лилии в поле, как цветы, птицы, дарить людям, красоту, заботу, любовь, не ожидая ничего взамен. Но не становясь жертвой, не сажать на шею пиявок, которым от тебя было бы нужно только получать. Жизнь — это искусство держать баланс и равновесие. И у тебя завтра начинается первый и очень тяжёлый этап — реабилитация, точнее, возвращение матери в социум, в смысле в общество. Ты ей будешь помогать, но не потакать и не ущемлять её многолетние привычки, и я тоже буду рядом. Это огромный труд. Огромный! Вся надежда на тебя, Коля, на твоё терпение и мужество.

— Я буду вас слушаться, подумать только, такие простые слова, а какие смыслы. Я ведь хотел пойти в священники, но понял, что не смогу, грех на душе чувствовал, такой грех, что и представить сложно. А вы мне его раскрошили, да ко крупинке разобрали.

Выдыхаю с облегчением. Было предчувствие, что он склонялся в сторону сублимации, чтобы решить свои проблемы, и как бы отработать, отмолить грехи. Но теперь у него есть дело гораздо важнее — спасти мать.

— Не только ради тебя, но и ради Марии, я с тобой сейчас так откровенно поговорила. В любом случае ты должен понимать, что искренняя любовь творит чудеса, и материнская любовь сильнее всего. Она пожертвовала собой, спасая тебя. Твоя жертва должна быть гораздо проще…

— Я готов на любые жертвы.

— Стань счастливым, женись на милой, спокойной девушке, родите Марии внуков, и тем спасёте всех.

Катарсис случился…

Мы прорыдали до раннего рассвета, проговорили о жизни, о планах, о бытовых мелочах. Моей заслуги в этом самая малость, потому что он сам основательно задумывался о служении Богу. Но всё равно, я вдруг тоже испытала эйфорию первого сеанса. Кажется, что всё сделала неправильно, но увы, у меня нет времени на длительное лечение, и я сделала то, что могла в непростых обстоятельствах.

— Пошли спать! Уже рассвет, тебе через несколько часов выезжать в монастырь.

— Я для мамы купил гостинцев и шаль, но даже не представляю, как она выглядит…

— Она пожилая, статная и всё ещё очень красивая женщина. Слушай, я бы с тобой поехала, но у меня в городе много дел, они все противные, но я вчера устала и боюсь, что не выдержу поездку, тем более вы со следователем, но я бы хотела написать письмо настоятельнице с благодарностью.

— Я непременно передам его.

— Вот и хорошо, не жди, сейчас спокойно напишу и утром отдам Стеше, у неё спросишь перед отъездом.

— Вам нужно отдыхать, жизнь-то и с вами без церемоний обходится.

— Да, что верно, то верно. Но, если присмотреться она всех закаляет. Спокойного утра!

— Спасибо и вам, я посуду помою, не извольте беспокоиться, госпожа.

— Зови меня Анастасией Сергеевной, пожалуйста.

— Как прикажете, Анастасия Сергеевна. Спокойного сна.

Так, случайно, совершенно незапланированно я провела первый в своей жизни настоящий, самостоятельный сеанс психотерапии, не успев продумать, осмыслить ситуацию, просто поддалась интуиции и очень надеюсь, что не пожалею об этом.

Поднялась к себе, зажгла масляную лампу и написала очень короткое, но сердечное письмо настоятельнице Евдокии с великой благодарностью за то, что она в меня поверила. Кратко рассказала, что у меня всё сносно, но шторма вокруг бушуют. Ещё немного описала суть трагедии Марии, и что мы будем продолжать за неё бороться, пусть хоть непредумышленное, но убийство произошло, и не всё так просто, как бы того хотелось.

Стеша уже встала, и я решила сразу отдать ей конверт, потому что если усну, то точно до обеда:

— Доброе утро, Стеша! — испугала девушку, она вздрогнула, но посмотрела на меня обеспокоенным взглядом старшей сестры.

— Доброе утро, вы никак и не спали?

— Нет, не спала. Всё дела. Вот письмо настоятельнице монастыря. Николая через час, пожалуйста, разбуди и отдай ему, он отвезёт.

Она взяла письмо, но продолжает на меня смотреть, пытается понять, что со мной такое? Видимо, вчера, когда Ася вернулась домой, поведение сильно отличалось.

— Вы себя хорошо чувствуете? А то вчера, как не в себе были, Андрея Антоновича испугали-с, мы и не знали, что делать. Но за лекарем он побоялся отправить…

— И правильно сделал. Меня против воли, под гипнозом увёз этот страшный господин, это когда человеку отключают сознание и заставляют делать то, что кому-то нужно. Потому я была не в себе.

Стеша, кажется, поняла, о чём я пытаюсь ей сказать.

— Как пьяный, но без вина? Была на таком представлении, знаменитый маг так людей усыплял, да не лёжа, а стоя, потом заставлял делать всякие дела чудные. Все смеялись, а мне жутко. Так может больше этого господина-то не пускать, кто вас увёз?

— Не пустишь его, как же, он куда угодно войдёт. Опасный человек. Да, не пугайся, тебя он не тронет, а как этого известного мага зовут? Он сейчас в городе? — пришлось слегка успокоить напуганную Стешу и меня очень заинтересовал «специалист» по гипнозу, шарлатан, или одарённый, но было бы любопытно посмотреть.

— Маэстро Фикс или Фитц, не помню, он, случается, уезжает на гастроль, но в столице часто представления-то даёт. Бесовское это всё, страшное. Скорее бы вы прислугу наняли, от Прошки толку мало, он всё во дворе. Хорошо, хоть Николай у нас поселился, всё не так страшно. А то по городу слухи полнятся, дома богатые часто грабить начали, никакого спокойствия. Господи сохрани