Замуж за первого поперечного - Ида Шторм

Эти мои рассуждения заняли буквально секунду, прежде чем меня рвануло вперед. Незнакомец почувствовал натяжение невидимой нити на запястье, замер на полушаге и, с силой дернув невидимые путы, обернулся. Как раз для того, чтобы поймать меня, впечатавшуюся в его грудь. Голую, зверолюды его дери!! И очень горячую. Он будто был в лихорадке. Хотя это вполне возможно с таким времяпрепровождением, как у него. Валялся ночью наполовину в холодной воде, а из одежды только штаны и камзол нараспашку, под которым ничего не было. Ну, волоски на груди не в счет.

— Э-э-э, — привет, — промямлила я, торопливо отстранившись и отчего-то избегая смотреть мужчине в глаза. — Тут такое дело… В общем…

Я девица не робкого десятка, но когда надо мной нависла эта темная скала с ореолом опасности, я как-то растерялась. Да и муженек не помогал мне собраться с мыслями. Вместо того, чтобы выслушать, повернул голову в сторону темного проулка, будто перед ним никого не было. Тут я растерялась совсем.

А потом… нам резко стало не до разговоров.

Где-то невдалеке зародился странный шум, нарастающий, как большая волна. И внутри меня вместе с этим звуком стал разбухать ком паники. Это было плохое предчувствие. Очень-очень плохое.

Мужчина тоже отреагировал и инстинктивно дернулся вперед, но понял, что меня тянет следом. Секунда промедления, для взгляда в полутьме под тусклым гостиничным фонарем. Мой испуганный и его — непроницаемо-черный, жуткий, наверняка злой.

Между тем звук усилился. Что-то надвигалось на нас из темноты улиц, и я была уверена: оно нас просто сметет, если окажемся на пути.

— Сюда! — выдохнула я, рванув к гостинице.

Дернула дверь на себя — не тут-то было. Тогда я ее толкнула. Ну мало ли, может, ошиблась, забыла, в какую сторону открывается. Такие вещи обычно делаешь, не задумываясь. Но она и внутрь не поддалась.

— Быть не может! Только что открыто было! Только что! Эй, откройте! — заколотила я по лакированному дереву.

Внутри горел свет, но хозяин, похоже, заперся и ушел спать. Это было странно. В последние дни мы с отцом, исследуя интересные места города в ожидании удачной даты, не раз возвращались за полночь, не предупреждая об этом, и попадали в гостиницу без проблем. Кто-нибудь всегда дежурил у стойки, дверь была открыта.

Я в панике даже попыталась сжечь запор Выборочным поджогом: наверху все равно можно закрыться или забаррикадироваться изнутри. Но позабыла, что сегодня уже использовала магию на балу, а у наших даров обидно ограниченный лимит — один раз в день на бытовом уровне и раз-два в год в пиковом состоянии.

Пока я еще вопила, чтобы нам открыли, мой муженек, видно, решив не ждать консьержа, потащил меня в сторону, куда-то за угол здания, подальше от спасительного света.

Я, конечно, попыталась сопротивляться, и тогда он применил свои опасные конечности по полной программе. Большой ладонью зажал мой вопящий рот, при этом закрыв мне лицо до глаз, а второй рукой просто… Подхватил меня за талию, поднял, как соломенную куклу, и через пару больших шагов впечатал в какое-то темное узкое пространство, между домами, где вряд ли прогуливался кто-то, кроме крыс.

Я еще что-то мычала ему в ладонь — укусить побрезговала, честное слово — и брыкалась, когда странный шум раздался настолько близко, что заставил меня замолчать и в страхе уставиться на освещенную часть улицы.

Зажатая между шершавой стеной, пахшей мхом и сырой известкой, и горячей мужской грудью, вызывавшей у меня комплексы — мне на его фоне предложить было считай нечего — я наблюдала, как мимо гостиницы проносится…

Это было похоже на взбешенное черное стадо, бегущее сломя голову от какого-то катаклизма. С такой скоростью, что звери для стороннего наблюдателя превращались в черные мазки. И это стадо не ревело, не мычало и вообще не относилось к коровам или лошадям.

Когда я поняла, что десятки стремительных черных существ, что передвигались на мягких лапах с каким-то по-змеиному шуршащим звуком, обладают клыками, сверкающими во тьме синевой глазами и телами громадных волков, то почувствовала, как моя собственная тушка тихонько перетирается — между кубиками пресса моего мужа спереди и кубиками кирпичной стены позади меня, когда я начала сползать вниз на ослабевших ногах.

Нет, я вовсе не нежная особа. Просто… многовато событий за последние пять минут. Батюшкино пророчество, муж, найденный в канаве, магический брак, а теперь еще… нашествие оборотней на город посреди ночи.

— Надо убираться отсюда, — первые слова, что я услышала от новоиспеченного муженька, когда он подхватил меня и поставил на ноги.

Голос у него был хриплый и низкий до мурашек. С обмороком пришлось повременить, потому что я вспомнила о второй опасности помимо здоровенных волков, проносившихся мимо. Один из них, выбившись из стаи, замер, принюхиваясь к углу здания. Не знаю, может, там городские собаки пометили. Как бы то ни было, стало ясно, что если этот волчара отвлечется от заветного угла и заглянет чуть внимательней в полумрак проулка, то увидит нас.

Муженек одновременно со мной решил, что наше убежище потеряло надежность, и стал увлекать меня дальше во тьму проулков.

Вскоре мы уже бежали по мокрой брусчатке, разбивая в брызги лужи. Каблуки моих сапог звонко стучали по камням, а вот поступь супруга я почти не слышала, хотя он по идее должен был грохотать, как слон в посудной лавке.

Я между паникой успела удивиться, как это он так быстро из невменяемого состояния пришел в полную боеготовность, но тут он пошатнулся и уперся локтем о стену, переводя дыхание. Видимо, адреналиновая волна пошла на спад, и о себе напомнили боль и головокружение.

Шум между тем, словно щупальца, заполнял весь город. Бардак творился теперь не только на главном проспекте. Волки, видимо, начинали разбредаться во все стороны в поисках добычи, и я потащила свой скарб дальше куда глаза глядят. В панике стала биться в двери, прося впустить нас внутрь, но улица будто вымерла, даже окна нигде не светились. Время, конечно, было уже позднее, но опять же — вчера мы с папой гуляли до глубокой темноты, и