Зло выходит замуж, или Мама для исчадий ада - Елена Амеличева

— Но почему тогда все так? — простонала, закатив глаза.

— Успокойся.

— А ты был бы спокоен, если бы на месте Лили был Рэйнор или Роэн?

— Вряд ли, — кивнул. — Ты права. Но я старался бы держать себя в руках — ради них. Ведь нужен ясный разум, чтобы действовать быстро и правильно.

— Фырх, — присоединился Добряк, одобряя советы демона.

— И ты туда же? — укоризненно глянула на него. — Хорошо, все, не буду истерить. Возьму себя в руки. А еще лучше давай-ка сменим тему, — прищурилась, разглядывая жениха — бывшего жениха. — Скажи, как тебе удалось уговорить императора расторгнуть нашу помолвку?

— Рискну тебя разочаровать, — едко донеслось в ответ. — Но я вовсе не такой мерзавец, каким ты меня считаешь.

— О чем ты? — недоуменно нахмурилась.

— Фабиана, ты всерьез полагаешь, что я сначала добился расторжения помолвки, а потом утащил тебя мокрую в свою спальню и… — прерывисто вздохнул. — И едва не сорвался, дав волю мужским инстинктам?

— Не подумала, прости, — покачала головой. — Не сопоставила те два события.

— Неужели тебе так легко удалось забыть тот поцелуй? — демон явно был уязвлен.

— Нам лучше о нем не вспоминать, — пробормотала я. — Мы теперь не жених и невеста. Нам даже думать о таком не следует.

— Ты как хочешь, а мне точно не забыть те ощущения, — глаза де Дарка просияли в сумраке пещеры.

— Тебе ли говорить об этом? — во мне снова полыхнула ярость. — Ты жениться собираешься на Хейли, а мне пудришь мозг!

— Все не так, — нахмурился.

— А как?!

— Женюсь я на тебе! — твердо заявил нахал. — Но Хейли должна думать, что мечта всей моей жизни — взять ее в супруги.

— Да почему, черт тебя дери?!

— Потому что мне нужно вывести Сиардара на чистую воду, вот почему! — прорычал он так, что пещера вздрогнула изнутри.

— Что?.. — непонимающе уставилась на мужчину, играющего желваками.

— Ты все-таки считаешь меня мерзавцем, — тихо сказал, покачав головой. — Думаешь, я способен так обращаться с любимой женщиной?

— А что мне было думать после твоих заявлений? — огрызнулась с обидой. — Развел тайны, ничего и не подумал объяснить. Играл со мной, как с куклой!

— Хорошо, ты права, — кивнул. — Прости, Фабиана, пожалуйста. Мое поведение идеальным не назовешь. Прошу прощения. Но поверь, я никогда не обижу тебя и не унижу предложением быть любовницей или ждать меня, пока не разведусь с Хейли.

Я посмотрела на него. Так хотелось верить! Ведь влюбилась в этого демона без памяти! Но…

— Ты можешь дать мне время со всем разобраться? — сделал шаг навстречу и протянул руку.

— Не знаю, — пожала плечами.

— Почему?

— Потому что не уверена, что потом не пожалею об этом, — ответила честно.

— Женщина, я что, о столь многом прошу? — снова громыхнул де Дарк. — Всего лишь немного времени и толику доверия!

— Тихо!

— Нет уж, дорогая, молчать я не буду! Давай все выясним, раз уж представился такой случай!

— Да не о том речь, — поморщилась. — Прислушайся. Буря стихла!

   Риардан

Горные грозы как женщины, непредсказуемы. То накрывают регион и терзают его неделю. То налетают из неоткуда, рвут и мечут, швыряются шипящими молниями, а потом растворяются, как и ни бывало. Хорошо, что в этот раз нам повезло. Буря стихла, позволив продолжить поиски.

Правда, легче от этого не стало. Весна все также мне не откликалась. Не понимая, что происходит, я злился. К тому же, волнение Фабианы текло в меня кипятком, ошпаривая душу. Глаза вглядывались в тьму, выискивая в ней, колко-снежной, привычную зелень чешуи. Но увы, ничего.

Мы облетели весь горный массив. Дикие провожали нас встревоженными взглядами. Некоторые даже снимались «с насеста» и тяжело поднимались в воздух, прозрачно намекая, что нам здесь не рады. Все-таки в период гнездования ящеров лучше не трогать, они становятся очень раздражительными, порывистыми и легко идут на конфликт, даже если особой нужды в том и нет.

— Смотри! — вдруг вскрикнула Фабиана, ткнув пальчиком в завихрения седовласой метели.

Прищурился, вглядываясь. Сначала не увидел ничего и решил, что ей что-то показалось. Так бывает, когда настолько сильно хочешь что-то увидеть, что оно проявляется миражом. Но потом и сам уловил едва знакомый, мимолетно промелькнувший среди бурана оттенок до боли знакомого ярко весеннего зеленого.

Добряк пошел вниз. Я напряг зрение и ахнул, увидев сидевшую в гнезде Весну! Она выглянула из углубления в скале, похожего на большую вмятину с козырьком, защищающим от метели и холода, вытянула голову, провожая нас глазами, и рыкнула предупредительно, когда ящер Фабианы сел рядом.

— Тихо, не пугайте, у нее кладка! — из-под крыла моей пропащей гулены выскочила Лили в забавной белой шубке и сапожках.

— Ты!.. —  Фаби соскочила с ящера, понеслась к ней. — Разве можно так исчезать?! Да еще и ночью, на чужом звере?! Ты что творишь, лихоманка маленькая?

Она обняла сестренку, потом осмотрела со всех сторон, крутанув, как юлу, снова сжала в объятиях. Мои глаза защипало. На миг подумалось, что хочу увидеть, как девушка будет также переживать за наших общих детей. Сына или дочку. Без разницы, лишь бы они были наши.

— Да все хорошо, чего ты причитаешь? — возмутилась девочка, пытаясь отвоевать себе свободу. — Мы с Весной подружки!

— Как ты ее уговорила, юная леди? — поинтересовался я, подойдя к сестрам. — Это вообще-то мой ящер.

— Ко мне Зов пришел, — радостно улыбаясь, заявила маленькая интриганка. — Представляете?

— Как это? — Фаби нахмурилась. — Зов?

— Да, меня позвал мой ящер! — девочка закивала и, взяв ее за руку, потянула к гнезду. — Идем, покажу. Он, правда, пока что еще не совсем ящер, — она подтянулась и забралась к Весне.

— Лили! — Фабиана метнулась следом, побледнев.

— Вот, смотри, — малышка, как ни в чем ни бывало, приподняла крыло моего ящера — которая, кстати, спокойно на это реагировала — и ткнула пальцем в яйцо, покрытое золотыми наплывами. — Это он, мой ящер!

— Вылезай оттуда, — сестра обхватила ее руками.