Путь убийцы - Дж. М. Керл

— Тогда откуда вы о нём знаете? — Я вернула флягу.

— В Академии Найтхейвена преподают об ассасинах, но довольно туманно. Мы знаем, что они играют огромную роль в защите города. Они выполняют секретные миссии, никто из нас толком ничего не знает, но, если нужно убрать высокопоставленного вампира, вызывают ассасинов, а не воинов. Воины защищают город и сражаются в более масштабных битвах.

— Высокопоставленного? — Этот термин был мне непонятен. Разве они не были просто дикими зверями?

Селин взглянула на Тэйвина с сардонической улыбкой:

— Она как ребёнок. — С очередным вдохом она выдохнула ещё больше дыма и повернулась ко мне. Желудок скрутило от того, кем она меня считала. Слишком многого я не знала. Но откуда нам знать? Дукаи с нами не разговаривали. Единственное общение, о котором я знала, происходило тогда, когда воины приезжали на повозках собирать товары вроде пшеницы или скота, но Неверглейд был недостаточно велик, чтобы производить много для города. И мы в Лотлтоне, очевидно, тоже не общались с вампирами. — У вампиров в Ноктурнусе есть свои ранги, как и у нас, хотя большинство из них тупые и управляются жаждой крови. Ассасины охотятся на важных.

Опасаясь осуждения, я не стала расспрашивать подробнее. Но то, что они тупые и управляются кровью, я знала отлично.

Тэйвин добавил:

— Даже если ассасины держатся сами по себе, они всё равно болтают, когда напиваются в пабах. И профессора иногда сообщают о высоком количестве убитых ассасином вампиров. Все слышали о Вайпере, но они используют позывные, так что никто из нас толком не знает их настоящих имён.

— Все всё равно пытаются угадать. — Селин затянулась табаком. — Некоторые говорят, что он Куинн Херальдсон из Найтхейвен-Юга, но я так не думаю. Я помню Куинна, он не был таким высоким. Но новенькая узнает, кто он такой, первой, везучая сучка.

Его настоящее имя ничего бы мне не сказало. Я не знала здесь никаких имён, кроме королевской семьи.

— Не могу дождаться, когда увижу гильдию, — сказал Тэйвин, так взволнованный, что его почти трясло. — Она скрыта магией, и только ассасины знают, где она находится.

Солнце опустилось за гору Драконья Гряда, и я встала. Кожа зудела от напряжения. Звон в ушах вернулся. Я ждала криков. Я вглядывалась в тени, в дверные проёмы, повсюду, где вампир мог проскользнуть внутрь.

— Где наши покои? — прошептала я. Сердце забилось чаще. Я прижала руку к груди, надеясь, что это поможет.

Селин встала вместе со мной и пожала плечами:

— Мы не знаем. Ты в порядке? Почему ты так часто дышишь?

— Вампиры выходят ночью, — прошептала я.

— Ну да. — Она сузила глаза, глядя на меня. — Они не могут перелезть через стены. Расслабься.

Тэйвин шагнул ко мне и опустил окровавленную тряпку:

— Вампиры не могут проникнуть в Найтхейвен. Вот почему мы называем его Найтхейвеном. Ты здесь в безопасности.

Я крепко зажмурилась. Они не понимали, какова была моя жизнь в Лотлтоне. Они не понимали, почему я до ужаса боялась ночи. Если они никогда не бывали за стенами, то никогда на собственной шкуре не испытывали того, что вампиры вытворяли с нами. Исчезновения соседей, разговоры о растерзанных телах, найденных в лесу, — от всего этого они были ограждены.

Крик моей бабушки эхом отозвался в моей голове.

— Это не её вина! Она ещё ребёнок! — кричал мой отец.

— Моя мать мертва! Она мертва, Хавар! Эйсира знает, что нельзя выходить на улицу после наступления темноты! — кричала мать в ответ.

— Пойдём.

Низкий голос заставил меня распахнуть глаза.

Перед нами троими стоял Вайпер. Он лишь вскользь посмотрел на меня, а затем пошёл прочь.

— Иди, — пробормотал Тэйвин.

Селин уставилась на меня широко раскрытыми глазами, ожидая моей реакции.

Я оттолкнулась от стены и поморщилась. Помятые рёбра напомнили мне, что не стоит скручивать корпус. Я зашипела и сжалась от боли во всём теле, но догнала его. Он повернул, и мы вышли через арку под гобеленом на ныне пустую арену. Ночь звучала здесь совсем по-другому. Стрекотали сверчки, в воздухе вилась музыка и даже смех — а не крики.

Вайпер направился в сторону, противоположную той, откуда я пришла с отцом, и я замерла.

— Вайпер, — тихо позвала я. — Могу я посмотреть, здесь ли мой отец? Чтобы попрощаться. Я не знаю, когда снова увижу его, ведь… он оттуда. — Я сглотнула. — Мне вообще когда-нибудь разрешат увидаться с семьёй? — Я знала, как работают гильдии. Они не любили связываться с теми, кто снаружи. Собственные родители моей бабушки Торы отреклись от неё за то, что она не была дукаем.

Я никогда не стану такой.

Он остановился и повернулся ко мне лицом. Я не могла понять, разозлён он или раздражён, но его глаза сузились:

— Где он?

— Если он всё ещё здесь, то там, где мы припарковали нашу повозку. — Я указала рукой. Я помнила, что это место было ближе всего к статуе мага. — Назад, в ту сторону.

Он вздохнул и поплёлся в том направлении. Я улыбнулась, и как только мы поднялись по ступеням из арены, идти осталось недолго. Большинство повозок уже уехали, но мой отец сидел на скамье в нашей. В эту минуту мне было плевать, что подумает Вайпер, — слёзы потекли по моим щекам. Я поспешила так быстро, как только могла. Он выпрыгнул из повозки и обнял меня. Я пискнула от боли из-за его осторожного объятия, и он тут же отпустил меня.

— Что с тобой случилось? — тихо спросил он.

— Ты бы видел другого кандидата. Я всыпала ему как следует. — Я шмыгнула носом и вытерла слёзы.

Отец пристально оглядел Вайпера. Они были примерно одного роста, но мой отец был более плечистым и плотным.

— Ты сотворил с ней такое?

— Нет, сэр, — ответил тот.

— Это означает то, о чём я думаю?

Я кивнула:

— Я ученица ассасинов. Как только я выпила из кубка, я… я ничего не могла поделать. Нам пришлось драться с другими кандидатами. Они увидели мою скорость.

— Я знаю. Не переживай об этом сейчас. — Он провел рукой по бороде и вскинул подбородок в сторону Вайпера. — Значит, ты её наставник?

— Да. — В его голосе звучало нечто среднее между настороженностью и скукой от необходимости вести этот разговор. Я сомневалась, что он часто общался с обычными людьми. Он стоял прямо, держа руки за спиной. Мне придётся довести эту позу до совершенства. Они все так делали.

— Позаботься о её безопасности. Не позволяй никому больше так калечить мою дочь.

Глаза Вайпера едва заметно сузились.