Больше, чем просто друзья - Стэйси Фокс

Официант провожает нас на мансарду, к дальнему столику у огромного панорамного окна.

— Прошу, — произносит, усаживая нас.

Я сажусь на мягкий стул и оглядываюсь. Хрусталь, серебро, свечи в подсвечниках. Здесь всё дышит богатством, которое мне чуждо.

— Горин ты бы хотя бы предупредил, куда мы едем, — шепчу, чувствуя, как щёки заливаются краской. — Я бы платье по случаю надела.

— Забей, — он пожимает плечами, берет меню. — Мы просто пришли сюда поесть. Никто на тебя не смотрит. Заказывай себе вкусняшку, а там, глядишь, и добрее станешь.

— Я не ем сладкое, — отвечаю сухо, даже не глядя в меню.

Горин поднимает на меня глаза. Удивление на его лице такое искреннее, что я почти смеюсь.

— Да ты шутишь? — он откладывает меню и смотрит на меня так, будто я сказала что-то из ряда вон выходящее. — И как давно?

— Лет с тринадцати, — пожимаю плечами.

— Ничего себе, мать! — он искренне удивлён. — То-то я смотрю, что ты с того времени злее как-то стала. Раньше же сладости килограммами хомячила за обе щеки.

— А ты я смотрю, на мне решил весь свой арсенал шуток испробовать? — приподнимаю бровь, чувствуя, как уголки губ предательски дёргаются вверх.

— Нет, что ты. Грех смеяться над несчастным человеком, — Горин откидывается на спинку стула, сверля меня взглядом. — Жизнь тебя и без меня радости уже последней лишила.

— А тебя жизнь видно говорить научила, — парирую. — Раньше всегда такой тихий был, молчаливый. Слова из тебя вытянуть невозможно было.

Артем смотрит на меня долгим, внимательным взглядом. И когда он говорит, в его голосе появляется такая серьёзность, что я замираю.

— А может, я просто хочу наверстать упущенное с тобой.

Чувствую, как воздух между нами становится тяжелее. Его слова проникают сквозь мою броню, оставляя след где-то в груди.

— Ладно, — вскидываю руки в знак капитуляции, пытаясь скрыть смущение. — Ты выиграл. Итак, о чём хочешь узнать?

— Для начала расскажи, чем жила всё это время, — он откидывается на спинку стула, и я чувствую, как его внимание полностью сосредоточено на мне.

— Да так, ничего сверхчеловеческого, — пожимаю плечами. — Закончив школу, поступила на экономический. Но когда у родителей не хватило денег, перевелась просто в торговый колледж. Проучилась несколько лет, нашла парня, пошла работать. Что, между прочим, делаю и по сей день.

— Н-да… — подытоживает Артём, тяжело вздыхая. В его голосе звучит разочарование.

— Что? — непонимающе смотрю на него.

— Да то, что более скучного рассказа о себе я уже давно не слышал, — он качает головой. — Хотя, не мне тебя судить. Так что там с парнем? Хорошо ему живётся с тобой?

— Как у Христа за пазухой, — отвечаю сухо. — Ему разве есть на что жаловаться?

— Ну да, ну да, — загадочно отвечает Артем, улыбаясь своим мыслям. Затем замечает, что я не притронулась к еде. — Чего не ешь? Не нравится?

— У нас вкуснее готовят, — коротко отвечаю. И это правда. Вид идеально приготовленного блюда совсем не внушает мне аппетита. Возможно, я просто привыкла к более скромной еде, ценник которой намного меньше, чем в этом ресторане.

Мы сидим в тишине, и я рассматриваю интерьер, когда замечаю идущую в нашем направлении разодетую девушку модельной внешности. Она движется грациозно, как пантера, и моё сердце почему-то начинает колотиться быстрее. Я вжимаюсь в стул, наблюдая за ней. Она подходит к Артёму, наклоняется и обнимает его со спины, целуя в щеку. Полностью игнорируя меня, будто рядом с ним никого нет.

— Артём-чик, дорогой, здравствуй, — воркует, поглаживая его плечо. — А я уже думала, что ты дорогу ко мне забыл.

— Что ты, Вик, просто дел невпроворот, — Артём напрягается, его голос становится вежливо-отстранённым. — Некогда по ресторанам ходить.

— Ну да, ну да, — она кокетливо наклоняет голову. — Слышала, ты новое СТО купил.

— Ага. Так что работы прибавилось, — он старается быть учтивым, но я вижу, как он хочет закончить этот разговор.

— Вот я искренне не понимаю тебя, — продолжает Алиса, не замечая его напряжения. — Зачем вечно дышать этой гарью и делать всё самому, если можно нанять толковых людей и они сделают всё за тебя?

— Возможно, так было бы лучше, — он пожимает плечами. — Но, как ты знаешь, я предпочитаю делать всё сам.

— Ну да, помню, — она протягивает слова с двусмысленной интонацией, мурлыча. — Вот за это ты мне и нравишься.

— Спасибо, Вик, за комплимент. А теперь, если можно, оставь нас наедине.

«Ее величество» впервые бросает на меня взгляд. Королевский, оценивающий, пренебрежительный. Виктория меня не видит — она оценивает меня, как вещь, которая случайно оказалась в поле её зрения.

— С кем? — спрашивает она, и в её голосе звучит сталь.

— С подругой, — отвечает Артём, и в его голосе появляются стальные нотки. — Надеюсь, ты не против?

На лице девушки расцветает сладкая улыбка.

— Если с подругой, то нет. Ну пока, Артём-чик, скоро я к тебе загляну. Пока-пока!

Она уходит с той же лёгкостью, с которой пришла, оставляя за собой шлейф дорогих духов и холодное молчание.

Я оцениваю весь спектакль со стороны, чувствуя, как внутри закипает странная смесь раздражения и неловкости.

— А я смотрю, ты женским вниманием не обделён, — говорю, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно. Мне почти это удаётся.

— Было бы странно с учётом моих возможностей, — он пожимает плечами, и в его голосе проскальзывает самоирония.

— Я думала, ты сейчас скажешь «внешности», — замечаю спокойно.

— Рад, что ты наконец оценила мою внеземную красоту, — Горин улыбается, но в его улыбке больше горечи, чем веселья.