Курортная афера - Юлия Обушная

Присутствующие ухмыльнулись, дед посуровел, а молодая жена шефа мелодично рассмеялась и заметила:

– Детка, зови меня Сне́жик. Петруша занял для себя имя Не́жик!

Дед подмигнул красавице и поцеловал ее холёную руку. Константин подавился кофе, пролив напиток себе на белую рубашку. Жена Назарова-среднего натянуто улыбнулась и постучала мужа по спине.

— А где и как вы познакомились? В Шотландии? – отщипывая белую булочку, проявила интерес супруга старшего сына Петра Даниловича, Вероника.

— В Эдинбурге при нашей встрече неожиданно пошел дождь, а механизм в моем кабриолете заело. Петруша очень мне помог, исправив поломку! А я подвезла будущего мужа до гостиницы, так как у моего героя украли кошелек с деньгами и кредитной картой. А на следующий день мы вместе отправились осматривать достопримечательности города, – поглаживая руку шефа, поведала Снежана Олеговна.

— Вы богаты? Чем занимаетесь? – дегустируя кофе, вежливо поинтересовалась Елена Петровна.

— Я не работаю! Люблю путешествия, вкусную еду, вечеринки и драгоценности! А кабриолет — это атрибут прошлых отношений, — искренне и спокойно отвечала Снежана.

— Когда Петруша делал мне предложение, то обещал свой капитал к моим ногам! Так, дорогой?! Сколько у тебя денег, я подзабыла? Хотя у нас чистые и искренние отношения! – нежно поглаживая руку мужа, спросила блондинка.

— В том году я находился на девятой строчке Forbes с 13 млрд. долларов. На этой неделе проведу аудит и сообщу тебе более точную сумму, дорогая, — сияя от счастья, доложил дед.

Присутствующие за столом побелели, закряхтели и сникли. Елена схватила себя за горло и замерла, вперив взгляд в даль. Данила взволнованно переглядывался с женой.

Нора и Виктор выглядели хуже всех. Племянник Назарова, мокрый от испарины, громко мешал чайной ложечкой остывший кофе. А испуганная Элеонора Даниловна приняла такой страшный вид, что в гроб краше кладут. Марк спокойно смотрел на пару молодоженов и искренне улыбался.

— Прекрасно, дорогой! Если ты проводишь аудит в финансах, то я, если позволишь, осуществлю проверку в коттедже. Ты не против, Петруша? – искренне хлопая длинными ресницами и демонстрируя жемчужные зубки, поинтересовалась красотка.

Петр Данилович кивнул, поцеловал девицу в лоб и сказал:

— Как желаешь, Не́жик! Ты теперь здесь полноправная хозяйка! Иван! Галина!

На зов хозяина вышел повар и экономка. Дед представил Снежану и работников друг другу и велел содействовать в любой прихоти молодой хозяйке.

Снежана Олеговна пожелала уединиться в мастер-спальне и принять с дороги ванну. Чемоданы уже доставили в апартаменты. Архитектор обещал присоединиться в скором времени.

Когда блондинка удалилась за недовольной Ириной, плавно качая бедрами и стуча каблуками, собравшиеся за столом враз загомонили.

Шеф хлопнул ладонью по столу и, повысив голос, заявил:

— Хватит! Тишина! Советы и предупреждения мне не нужны! Я беру с вас всех пример — живу как хочу и делаю что пожелаю!

Родственники примолкли. Дети с разрешения родителей вышли из-за стола и убежали с собаками в сад. Работающие члены семьи разъехались по офисам, а женщины занялись делами: бутики, загар с коктейлями у бассейна и сплетни о новом члене семьи.

Шеф вызвал меня в свой кабинет для полного доклада. Я повторил полученную информацию более детально. Дед хмуро слушал и задавал уточняющие вопросы. Ознакомившись с моим отчетом, Назаров поблагодарил за исполнение и достойно оплатил наши с Вадимом добытые данные.

Разобраться с родственниками архитектор наметил через несколько дней, желая тщательно промариновать родных в неизвестности и собственных переживаниях. Архитектор вознамерился хорошо проучить своих непутевых и нечестных на руку близких.

Назаров велел продолжать скрывать Наталью до его распоряжений. Петр Данилович перевел внушительную сумму на продукты и одежду моей возлюбленной. План по разоблачению своих детей и родных старик обещал обсудить со мной и Ташей на днях. А затем со спокойным сердцем удалился к молодой жене.

Я же отправился к себе на квартиру, дабы удивить Ташу новостью о молодой бабуле.

Вечером Назаров вышел в столовую под руку со Снежаной Олеговной. Супруга архитектора блистала в прямом смысле. Молодая особа облачилась в ультракороткое золотистое платье. Нанесла блестки на лицо и нанизала золотые украшения на свою шею, руки и пальцы.

— Новогодняя елка, — тихо и неодобряюще заметила Элеонора Даниловна, увидев блондинку.

За ужином в хорошем настроении пребывали молодожёны, Марк, внуки Назарова и я. Остальные сидели за столом с кислыми лицами, бросая на довольных жизнью родных осуждающие взгляды.

После застолья Снежана и Пётр Данилович вышли в сад, я устроился на террасе. Многие сидели в своих апартаментах, не желая находиться рядом с блондинкой. Марк уехал по своим делам.

Я скучал по нашим с Ташей свиданиям у бассейна, совместным заплывам и искренним разговорам. А девушка уже третий день маялась в одиночестве в моей малогабаритной квартире. Я мечтал, чтобы возлюбленная оказалась сейчас рядом со мной. И мы бы не скрывали свою любовь!

Завершив прогулку по приусадебной территории, молодая супруга расположилась на лежаке в микроскопическом купальнике. Девушка мило общалась с внуками пожилого мужа, попивая коктейль. Пётр Данилович сидел в беседке, с улыбкой наблюдая за шалостями молодежи.

Первой на разговор тет-а-тет к шефу направилась Элеонора. Пожилая женщина долго и подробно что-то объясняла брату. Мой работодатель хмурился от слов сестры, но молчал. Видимо, не добившись нужного ей результата, Нора махнула рукой и удалилась.

Через полчаса в беседку поднялись старшие дети архитектора – Елена и Данила. Наследник долго о чем-то бубнил, а женщина прижимала руки к груди и качала головой в такт словам брата. Старик отрицательно мотал головой и взмахнул кулаком. Затем вышел из беседки и присоединился к молодой жене и внукам.

Спать молодожёны и юные создания отправились за полночь. Я позвонил Таше, обрисовал обстановку в доме и тоже поспешил на боковую. С замиранием сердца я ожидал следующий день.