Хозяин серебряного леса - Ната Лакомка

Только я знаю, что это не облака. Это вода. Когда она падает с неимоверной высоты, брызги летят во все стороны, и кажется, что это облака спустились с небес и скрывают реку внизу.

Я бегу и вдруг останавливаюсь, потому что впереди меня тоже ждут. И тот, кто ждёт… Он был ещё страшнее, чем тот, кто догонял меня.

Куда — вперёд? назад?..

Упасть на колени и просить о пощаде? Но они не пощадят. Они не для того пришли. Они пришли убивать.

Я бросаюсь вправо. Слышу крик позади, но не останавливаюсь и… прыгаю с обрыва. Прыгаю и лечу прямо в белые облака, которые кажутся такими мягкими, такими плотными, но они меня не удержат… Я пролечу сквозь них и упаду в воду…

Проснулась я с криком и в холодном поту. Мысленно я всё ещё падала с невероятной высоты — летела навстречу смерти… спасая свою жизнь. Спасаясь от кого?..

— Что такое? Плохой сон приснился? — рядом был Рейв, и он обнимал меня, укачивал, поглаживал по голове.

— Какой-то ужас… — я прижалась к нему, сбивчиво рассказывая, что пережила в стране сновидений.

Рейв не перебивал, слушал, молчал, а я говорила и… пугалась всё больше.

— Скажи мне, что это было? — я вцепилась в него, встряхнула, вглядываясь ему в лицо. — Это ведь был не просто кошмар? Это ведь было правдой? От кого я убегала? Рейв? Это был ты? Это ты хотел меня убить?.. Или не хотел?.. Просто так получилось?.. Кто я? Отвечай!..

— Это точно был не я, и я точно не хотел тебя убивать, и не сделал ничего, что могло бы тебе навредить, — голос Рейва звучал ровно, успокаивающе, и я позволила себя успокоить.

— Значит, сон? — пробормотала я, прижимаясь к нему сильнее.

— Возможно, что и нет, — ответил он, и я вздрогнула в его объятиях. — Ты говоришь, что видела пещеру, полную золота, серебра и драгоценных камней? Я тоже видел её. Когда пришёл убивать дракона. С одной стороны обрыв в пропасть, с другой — в горную реку…

— Значит, это правда… — прошептала я, и сердце то ли радостно, то ли тревожно дёрнулось. — Это воспоминания… Я была в пещере дракона? Что я там делала? Он похитил меня? Но почему?

— Осталось совсем немного, и ты всё узнаешь. Прояви терпение, — Рейв поцеловал меня в щёку, поцеловал в глаза, и всё закончилось бы так, как должно было закончиться вечером, но тут в дверь требовательно постучали.

Это пришла королева Герсимия. Никто не отменял моих уроков. В том числе — уроков танца.

— Мы ещё поговорим, — пообещала я Рейву, хотя это обещание больше походило на угрозу.

Он усмехнулся углом рта.

Но поговорить нам так и не пришлось. Последние дни перед праздником выдались совершенно бешенными. Днём мы скакали на пару с принцем, оттачивая танцевальные фигуры старинных танцев, вечером я валилась с ног и засыпала в объятиях Рейва, под его заунывную песенку «осталось немного, скоро всё узнаешь».

Время до праздника пролетело единым мигом. И вот уже я при помощи двух служанок одеваюсь перед зеркалом, а Рейв, уже наряженный в чёрный бархат, шитый золотом, дожидается меня, стоя у окна с серебряным посохом в руках.

— Зачем тебе эта палка? — удивилась я, пока служанки расчёсывали мне волосы. — Оставь её! Ещё пальцы на ногах себе отшибёшь.

— С палкой я выгляжу важно и торжественно, — отшутился Рейв. — Представь, как удивятся заморские гости, если я заявлюсь на праздник с серебряным чулком в руках.

— Ты заявишься на праздник в руках со мной, — заявила я, упрямо вскинув голову, и с вызовом взглянув на служанок, которые тут же смущённо потупились.

— Ты будешь танцевать, — ответил Рейв. — А я буду стоять возле стены и ждать тебя. С палкой, — и он засмеялся.

Похоже, у него было хорошее настроение. Не грусть, как в последние несколько дней. Я обрадовалась этому и тоже пошутила:

— Смотри, чтобы я не приревновала тебя к твоей палке!

Королева Герсимия в этот раз не наблюдала за мной — она сама прихорашивалась в своих покоях. Но я уже прекрасно справлялась и без неё.

Надела изумрудные серьги, ожерелье и кольца, надела диадему, закрепив её, чтобы не соскользнула.

Посмотрела на себя в зеркало, покружилась, взглянула через плечо.

— Я очень красивая, — сказала я уверенно, и лицо у Рейва просветлело.

Мне было видно это в зеркале.

— Так и должно быть, — сказал он.

На праздник мы пришли намеренно с опозданием — чтобы нас не представлял мажордом, и чтобы не слишком привлекать внимание. Так сказал Рейв, и я не стала спорить. Я бы, вообще, туда не пошла. Но…

Когда мы появились в зале, гости ещё не садились за столы. Людей было много — ещё больше, чем вчера и позавчера. Многие были одеты странно, совсем не похоже на нас. Но Рейв сказал, что на день рождения Гаральда были приглашены иностранные послы и принцессы. Кого-то из принцесс, возможно, его младший брат выберет в жёны.

Получается, устроили сразу и гулянье и смотрины. Наверняка, королева Герсимия придумала.

Хоть мы и не собирались привлекать внимания, но всё равно привлекли.

Когда я и Рейв вошли, гости в зале гудели, как пчелиный улей. Но по мере того, как мы продвигались к королевскому столу, разговоры вокруг нас замолкали. Я видела важных господ, которые разглядывали нас с недоумением. Видела юных красавиц в золоте и драгоценных камнях, которые скользили взглядом по моему платью, поджимали губы, а то и посмеивались, глядя на Рейва, который опирался на мою руку и на палку. Видела я и молодых людей, одетых ещё наряднее, чем юные красавицы, и они посматривали на меня с интересом и значением.

Чем дальше мы шли, тем тише становилось, и тем громче и отчётливее звучал стук серебряной палки о каменные плиты.

В толпе я вдруг заметила Килби.

Старикан тоже принарядился и выглядел теперь, как принц крови. Старый модник.

— Килби-то здесь зачем? — шепнула я Рейву, не забывая держаться прямо и улыбаться.

— Составит компанию мне и палке, пока будешь веселиться, — шепнул в ответ Рейв.

Мы прошли к королевскому столу и остановились, поджидая появления их величеств и его высочества.

Ждать пришлось недолго, и вся королевская семейка под звуки фанфар появилась в зале, осыпанная дождём из душистых лепестков, в сопровождении придворных дам и кавалеров, пажей и слуг. И вооружённой охраны, разумеется.

Король шёл медленно, горделиво кивая направо и налево, а гости кланялись, расступаясь и давая дорогу.

— Твои пришли, — сообщила я Рейву. — Сейчас, наконец-то,