Некрасивая жена - Татьяна Дин

Первыми в замок герцога Уэйна приехали самые ближайшие соседи, среди которых было два пожилых господина, один подросток и мамаша с тремя дочками. Дэниел вышел им навстречу и радушно всех приветствовал. Следом за одним семейством начали подтягиваться и другие.

Сменив повседневное платье на амазонку, Хизер, наконец, смогла присоединиться к гостям. На лужайке перед домом их собралось уже не менее тридцати человек, в числе которых были Алан и сестрички. Мужчины вовсю хвастались оружием, а дамы нарядами.

Появление молодой герцогини мгновенно приковало к ней всеобщее внимание. Хизер постаралась выглядеть как можно лучше, воспользовавшись купленной у миссис Белл косметикой и выбрав для поездки платье глубокого синего цвета и шляпу-цилиндр ему в тон с белой вуалью. Сама шляпа была надета не прямо, а кокетливо сдвинута набок. Красиво уложенные в высокую прическу волосы и несколько свисающих рыжих прядей завершали образ хозяйки дома.

По тому, с каким изумлением на нее смотрели мужчины и женщины, Хизер поняла, что такой они видели ее впервые. Но среди множества глаз она разглядела и глаза Дэниела. Он с интересом осматривал ее и выглядел вполне довольным ее внешним видом, о чем ясно свидетельствовал его рот, растянувшийся в легкой улыбке. По крайне мере, Дэниел не был похож на человека, который чувствовал себя неловко перед другими из-за того, какая жена ему досталась.

Сделав незаметный глубокий вдох, Хизер направилась к гостям. Сейчас ей предстояло самое трудное. Она никого не знала, но, наверняка, прежняя Хизер была представлена кому-то из этих людей и имела возможность с ними общаться. И сейчас, ей как воздух была необходима чужая помощь. Конечно, она могла встать рядом с Дэниелом: он будет вести разговор, а она слушать его и поддерживать беседу, но идти к нему ей не позволяла гордость. К Алану тоже путь был закрыт. Оставались кузины. К ним-то она и направилась.

К счастью, воспитание Крессиды и Беттани не позволило им при всех крутиться возле герцога и пытаться завладеть его вниманием, поэтому сестрички стояли в стороне и находились в компании еще двух молодых особ.

Когда Хизер присоединилась к их маленькому кружку, незнакомые девушки учтиво поклонились герцогине и сами напомнили ей свои имена, чем невероятно облегчили ей жизнь. Всё оказалось намного проще, чем Хизер думала. Разговор с новыми знакомыми начался с банальных вещей - обсуждением погоды, предстоящей поездки и кто какие ожидал получить впечатления. Беттани упомянула, что тоже собирается принять участие в охоте, но потом быстро сменила тему и рассказала, как выбирала платье для прогулки.

Вскоре к Хизер стали подходить и другие гости, кланяться и выражать ей свое почтение. Закончилось это, когда Дэниел объявил, что пора седлать лошадей и отправляться в лес.

При помощи слуги Хизер забралась на лошадь и в окружении других дам отправилась следом за мужчинами, которые возглавляли процессию. Впереди них бежали охотничьи собаки и выслеживали добычу.

Путь всадников пролегал через огромный луг. Так как все ехали медленно, Хизер с легкостью управляла лошадью и чувствовала себя уверенно.

Постепенно Беттани с Крессидой отделились от женской компании и присоединились к мужской. За спинами других наездников Хизер видела, как они всё ближе подбирались к Дэниелу. И вот, спустя пару минут они достигли его и ехали с ним рядом. Судя по повороту их голов, троица разговаривала между собой. Затем Дэниел махнул рукой одному из слуг и подозвал к себе.

Что было дальше Хизер не успела разглядеть, так как одна из дам обратилась к ней с очередным скучным вопросом и, когда она ей ответила и вернулась к наблюдению, слуги уже не было, а сестрички продолжали ехать вместе с Дэниелом, который активно жестикулировал рукой и что-то им объяснял, а они понимающе кивали.

Так все доехали до леса, а потом мужчинам и женщинам пришлось разделиться. Первые отправились вглубь, выслеживая дичь и подначивая друг друга, а вторые продолжили путь по тропинке, разделившись по два-три человека и ведя между собой неспешный разговор. В собеседницы Хизер достались две леди, гордившиеся тем, что были самыми ближайшими соседями к герцогу и герцогине Уэйн. Их непрекращающаяся болтовня длилась до самого озера и закончилась только тогда, когда все выехали на открытое пространство и принялись восхищаться красотами чудесного места.

Хизер незаметно отъехала от дам и остановилась в стороне ото всех, желая хотя бы минутку побыть одной.

Неожиданно, позади нее раздались выстрелы, свист и лай собак. Лошадь под Хизер встревоженно дернулась и немного сдвинулась с места, отчего Хизер пришлось сильнее вцепиться в поводья и постараться успокоить животное, пригнувшись к нему, погладив по шее и сказав, что всё хорошо. Кобыла встряхнула головой, фыркнула и наконец замерла. Лошади других дам тоже нервно перебирали ногами и фырчали, но никто кроме Хизер не испугался такого их поведения и, как ни в чем не бывало, продолжили свои разговоры.

Снова раздались выстрелы, но в этот раз лошадь спокойнее отреагировала на резкий звук, чем успокоила хозяйку.

Только Хизер расслабилась и выдохнула, как где-то совсем рядом с ней прозвучал новый выстрел, который тут же оглушил ее. Лошадь болезненно взвыла, стремительно поднялась на дыбы и через секунду бросилась в галоп. Лишь мертвая хватка не позволила Хизер вывалиться из седла и остаться верхом на животном. Лошадь неслась вдоль берега и всё больше набирала скорость, а Хизер пыталась с ней совладать, но почти сразу, к своему ужасу, поняла, что это невозможно! Лошадь не слушалась ее и была неуправляема!

Хизер бросало из стороны в сторону, трясло, подкидывало, отчего она больно билась худыми ногами и бедром о седло и луки. Страх за свою жизнь настолько сильно сковал ее, что она превратилась в закостеневшее существо, неспособное управлять своим телом.

- Помогите! - прохрипела она сквозь сдавленное горло. - На помощь! Спасите!

Но самое страшное ждало ее впереди.

Лошадь неслась прямо в лес, где низкие массивные ветви могли не только выкинуть Хизер из седла, но и убить. Огромными от страха глазами она смотрела на приближение своей смерти. Всё вокруг замедлилось настолько, что она ощущала себя зрителем, который смотрел кино и наблюдал за кончиной главного героя. В голове осталось только ее судорожное сбившееся дыхание и топот копыт. А еще - маячивший впереди лес, готовый стать