Кассандра Клэр - Город священного огня (др. перевод) (ЛП)

— Ладно, но почему пребывание в царстве твоего отца так плохо на тебя влияет?

— Он пытается сделать так, чтобы я вызвал его, — ответил Магнус, поднимаясь на локти. — Здесь ему легче меня достать. Я не могу колдовать и, соответственно, защищать себя. От его прихоти зависит, будет мне плохо или хорошо. В данном случае мне плохо, потому что он считает, что если довести меня до отчаяния, я позову его за помощью.

— Это правда? — спросил люк.

Магнус покачал головой и скривился.

— Нет. Это того не стоит. А с моим отцом всегда что-то на кону.

Люк напрягся. Они с Магнусом не были близки, но колдун ему всегда нравился, он испытывал к нему уважение. А также к Катарине Лосс, Рагнору Феллу и другим, работающим с Сумеречными Охотниками на протяжении многих поколений. Ему не нравилась безысходность в его голосе или потерянный взгляд.

— Разве ты не можешь заплатить его цену? Если на кону твоя жизнь?

Магнус устало посмотрел на Люка и снова рухнул на каменный пол.

— Не факт, что я должен буду платить по счетам, — сказал он и закрыл глаза.

— Я… — начал было Люк, но Рафаэль осуждающе покачал головой. Он согнулся у плеча Магнуса, обхватив его за колени. Темные вены выступили на его висках и горле, верный признак того, что Рафаэль давно не кормился. Люк мог только представить, как странно выглядела их компания: голодный вампир, умирающий колдун и оборотень, караулящий у окна.

— Ты ничего не знаешь о его отце, — тихо сказал он. Магнус не двигался, снова заснул, его дыхание было прерывчатым.

— А ты, судя по всему, знаешь?

— Однажды я заплатил большую сумму, чтобы добраться до этой информации.

— Зачем? Толку тебе с нее?

— Мне нравится быть в курсе всего, — сказал Рафаэль. — Никогда не знаешь, какая информация может пригодиться. Он знал мою мать; было бы справедливо узнать, кто его отец. Когда-то Магнус спас мне жизнь, — добавил вампир без всяких эмоций. — Когда я только стал вампиром, мне хотелось умереть. Я считал себя проклятым. Он остановил меня от выхода под солнечный свет… Магнус показал мне, как ходить по священной земле, как произносить имя Господа, как носить крест. Он не наделил меня магией, лишь терпением, но, так или иначе, это спасло мне жизнь.

— Так ты его должник, — сказал Люк.

Рафаэль снял куртку и быстрым движением подложил ее под голову колдуна. Тот заерзал, но не проснулся.

— Думай, что хочешь. Я все равно не выдам его секреты.

— Ответь только на один вопрос, — сказал Люк, прислоняясь к холодной каменной стене. — Может ли отец Магнуса нам помочь?

Тот засмеялся в ответ: кратко, громко, без всякой забавы.

— Смешной ты, оборотень. Возвращайся к своему караулу, и если тебе не чужды молитвы, то начинай молиться, чтобы отец Магнуса не решил нам помочь. Если ты и можешь мне в чем-то довериться, то это в этом.

— Ты что, съел три пиццы? — Лили смотрела круглыми глазами на Бэта со смесью отвращения и веселья.

— Четыре, — ответил он, кладя уже пустую коробку пиццы поверх стопки с остальными и безмятежно улыбаясь. Майя почувствовала прилив любви к нему. Она не поделилась с ним своим планом о встрече с Морин, и он ни слова не сказал ей по этому поводу, лишь сделал комплимент ее таланту к скрытности. Он согласился сесть с ней и Лили, чтобы обсудить их союз, хоть и не особо жаловал вампиров.

И оставил ей сырную пиццу, так как знал, что она не любила какие-либо еще добавки. Девушка доедала свой четвертый кусок. Лили, изящно расположившись на краю стола в вестибюле полицейского участка, курила длинную сигарету (наверное, рак легких не особо пугал тех, кто уже был мертв) и с подозрением разглядывала пиццу. Майе было плевать, сколько съел Бэт — надо же было чем-то поддерживать его гору мышц — пока он был согласен составить ей компанию во время встречи. Лили сдержала свое слово по поводу Морин, но она все равно вызывала у Майи мурашки.

— Знаете, — сказала вампирша, покачивая своей ногой. — Должна сказать, я ожидала чего-то более… интересного. А не телефонного марафона. — Она сморщила носик.

Майя вздохнула и огляделась. Вестибюль полнился оборотнями и вампирами. Наверное, такое здесь впервые. Повсюду были стопки бумаг со списком контактов важной нежити, которые им удалось вымолить, одолжить, украсть и выведать — оказалось, вампиры вели наблюдение за тем, кто где главный — и все общались по телефону или компьютеру, звоня и отправляя письма главам кланов и стай, а также каждому колдуну, которого им удалось выследить.

— Слава богу, феи централизованы, — сказал Бэт. — Один Благой двор, один Неблагой двор.

Лили ухмыльнулась.

— Земля под холмом простирается намного дальше, чем видит глаз. Но в этом мире мы можем добраться только до Дворов.

— Ну, на данный момент, другие миры никого не интересуют, — сказала Майя, потягивая шею и почесывая затылок. Она сама весь день сидела на телефоне и отправляла письма, потому очень устала. Вампиры присоединились к ним лишь после наступления ночи, они должны были работать до утра. Пока оборотни спят.

— Ты понимаешь, что сделает с нами Себастьян Моргенштерн, если выиграет? — Лили задумчиво окинула взглядом комнату. — Сомневаюсь, что он проявит милосердие к тем, кто работает против него.

— Может, он убьет нас первыми, — сказал Майя. — Но убьет в любом случае. Знаю, вы, вампиры, любите логику, здравый смысл и продуманные, осторожные союзы, но это не тот случай. Он хочет сжечь весь мир. На этом все.

Лили выдыхает дым.

— Ну, это будет большим неудобством, учитывая, как мы относимся к огню.

— Ты же не передумала, правда? — спросила Майя, изо всех сил стараясь не выдать свое волнение. — Когда мы раньше разговаривали, ты довольно уверенно выступала против Себастьяна.

— Мы идем по опасной дорожке, вот и все, — ответила Лили. — Никогда не слышала выражение: «Без кота мышам раздолье»?

— Слышала, — Майя оглянулась на Бэта, бормотавшего что-то грубое на испанском.

— Сотни лет Нефилимы придерживались своих правил, и удостоверились, чтобы мы делали так же. За это их откровенно ненавидят. Теперь они спрятались в Идрисе, и глупо было бы делать вид, что нежить не воспользуется определенными… преимуществами, пока их нет.

— Возможностью есть людей? — поинтересовался Бэт, складывая кусок пиццы пополам.

— И не только вампиры, — сурово сказала Лили. — Феи любят издеваться и мучить простолюдин, только Охотники останавливали их. Они снова начнут красть человеческих детей. Колдуны будут торговать своей магией по наивысшим ценам, как…