Корпоративный Морок: Норма пребывания в Конторе - Антоний де Крупе

— Нет, вы посмотрите на нее! — Валя пошла в атаку, оскалившись. — Ты — это я, мое сознание. Я больна, галлюцинирую. Но мы — одно. Придет конец мне — придет и тебе. Не понимаешь?

— О, ошибаешься, несчастная комбинаторша. Это в других историях так: психоз, перегруженная железа, избыток серотонина. Биология и психиатрия. Но здесь — всё иначе. Ты — это ты. А я — это я.

Валя принялась истерически смесятся, сидя топая ногами по полу.

Фрагмент: [Легион и анатомия Каразула]

— Ну да, отдельно от меня. Еще скажи, что ты с друзьями, — Валя зашлась хохотом.

— А, ты уже и их чувствуешь? Хорошо. Значит, разум готов к знакомству. Рад представиться.

Алина отвесила издевательский поклон, очертив правой рукой дугу.

— Меня зовут Каразул. Командующий легионом.

Голова Алины начала деформироваться. Она уменьшалась, втягиваясь в плечи, пока не исчезла совсем, а на её месте стала раздуваться иная — вдвое больше человеческой.

Зеленая кожа. Вместо носа — провалы. Основная пара белых глаз без зрачков и еще две пары поменьше, уходящие вверх, к самому лбу. Из темени, как у ископаемого ящера, торчали два черных острых рога, нацеленных вперед. Изо рта свисал гигантский, тройной длины язык, источающий смрад животного страха. Черт втянул язык в пасть, как спагетти, и оскалился.

— Каразул. Ударение на «у». Если не веришь — потрогай. Я — не ты.

Бес протянул Вале лапу. Она долго смотрела в его пустые глаза, слыша древний шепот, зовущий в бездну. Очнувшись от транса, Валя коснулась мохнатой зеленой кожи и вздрогнула.

— Верю! Господи, помоги мне! — она вскинула сложенные ладони к небу.

Бес захохотал хором голосов.

— И я верю, что ты веришь. Но, как я уже сказал — поздно. В тебе нет благодати. Твой Персональный движитель взломан до последнего винтика. Ты сама Его выгнала, и теперь я тут бог.

Черт положил лапу Вале на колено.

— Чем скорей смиришься, тем быстрей закончатся человеческие мучения. И начнутся другие. Вечные.

Хор бесов заржал, как обезумевший табун лошадей.

Фрагмент: [Инфернальный коучинг и 10 % номинала]

Хохот подавлял остатки воли. Страх Вали выгорел, смотреть в белые провалы глаз больше не хотелось.

— Ну вот, всё кончено. Ты уже не человек, — Каразул довольно потер мохнатые лапы. — Почти. Осталась последняя капля Благодати. Варианта два: хранишь её и ждешь гибели, чтобы попасть в общий котел — тебе там явно не понравится. Или добровольно отдаешь мне последний глоток и присягаешь на верность. Примкнешь к моему легиону. Выбирай. Девять минут, восемнадцать секунд.

Каразул скрестил зеленые лапы на груди.

— Как? И почему я? Зачем я тебе? — Валя знала ответы, но инстинктивно втянулась в переговоры.

— Будешь делать то, что умеешь лучше всего: сцеживать, обманывать, взламывать контуры через пропаганду. Убеждать, что нужно отдавать жизнь за режим, что женщины обязаны вносить вклад в борьбу. Ненависть к врагу, желание убить брата — весь твой арсенал. Заменишь женскую долю рупором, будешь посылать дурочек на баррикады.

Каразул широко развел лапы.

— А мы будем всем легионом ими питаться. Твоя доля — десять процентов. Даю столько только потому, что сегодня добр. Семь минут, пятьдесят три секунды.

— А как я буду это делать? — Валя продолжала «рубить» глухую.

— А вот это мне уже нравится! — Черт ткнул пальцем ей в грудь. — Сразу к делу. Залезешь в такую же, как ты. Есть на примете одна некрещеная. Будешь наращивать её духовную деградацию и получать контроль. Я всему научу. Считай меня своим коучем. Шесть минут, сорок шесть секунд.

Фрагмент: [Бренд-менеджмент Легиона]

— Я еще не решила. Есть вопросы, — Валя начала торги. Черт замер, превратившись в слух. — Какая должность? Кто еще в составе, какие позиции?

Валя имитировала вовлеченность; Каразул не скрывал восторга.

— Все-таки жешь не зря на тебя поставил! Сразу к должностной инструкции и знакомству с коллективом. Что ж, за пять минут управимся.

Каразул начал презентацию.

— Со всеми знакомить не буду, нас там шестьсот шестьдесят шесть «чертополохов». Но твоя команда — высший состав. Отчитываешься напрямую мне — на твоем языке, Генеральному директору. Моя правая рука — Гулжея. Совратительница. В твоей старой картине мира — директор по маркетингу. Сцеживание через сексуальность.

Зеленая голова Каразула начала сдуваться, втягиваясь в шею. Из плеч вытолкнулась иная форма: фиолетовая дьяволица. Аккуратные коровьи рожки, перекачанные губы, прямые волосы с ровным пробором. Глаза в стиле «смоки-айс», нарощенные ресницы, острые скулы.

— Гулжея. Ударение на «е».

Когда она заговорила, Валя почувствовала себя змеей под дудочкой. Дьяволица протянула фиолетовую руку; на каждом пальце — пёстрый гель-лак.

— Будем сцеживать по полной. С твоими данными нашему легиону очень повезло.

Голова Гулжеи начала плавиться, уходя обратно в плечи.

Фрагмент: [Офер на позицию Заменителя]

Из плеч Гулжеи выехала красная голова с огромными, в три витка закрученными рогами. Лицо отсутствовало — на месте глаз, рта и носа была натянута гладкая багровая кожа, что не мешало существу говорить. Оно протянуло красную руку с черными когтями.

— Мурхалий, ударение на «а». Контент-директор. Обезличиватель. Гулжея — вечная невеста Каразула, а она моя любовница. А мой парень — Каразул. Ты ведь за свободу плоти, равноправие и толерантность?

Валя кивнула, с трудом проглотив слюну.

— Вот этим я и занимаюсь. Рад видеть в команде — мы о тебе наслышаны.

Голова Мурхалия ушла в плечи, уступая место зеленой мохнатой коже.

— С остальными познакомишься после перехода. У тебя минута и пятьдесят три секунды на решение.

Каразул схлопнул все три пары глаз и принял позу «ждуна». Валя не отступала:

— С пропагандой и премией понятно. А должность? И что с предыдущим? Почему вакансия свободна?

Валя уставилась в зеленый лоб. Бес распахнул все глаза в изумлении.

— Ты получила оффер на позицию Заменителя. Ранее её занимал Сакинер, ударение на «и». Но… У нас чуть больше минуты, так что короче: «Светоносный» откусил ему голову, перевернул тело и воткнул в лаву на тридцать лет.