Наследник Тумана - Сергей Витальевич Карелин

Бронированные автобусы были вдвое больше обычных. Рядом стояли грузовики армейского образца и бронетранспортеры с имперскими гербами. Чуть дальше я заметил танк с длинным стволом.

— Это точно пассажирская станция? — спросил я.

Семен усмехнулся.

— Госэкспресс расшифровывается как Государственный экспресс. Они проводят грузы и людей через Туман любого уровня. Поэтому здесь армейская техника и такие же правила. Дорого, зато надежнее обычного каравана.

Он посмотрел на пистолеты, которые я принес из броневика.

— Оружие похитителей у тебя?

— Да.

— Отдай мне. У вас есть разрешение на ношение оружия как у проводников, но каждый ствол на входе проверят по номеру. Эти наверняка числятся крадеными или оформлены на подставных владельцев. Получите проблемы раньше, чем купите билеты.

Я передал ему оба пистолета.

— А почему у нас своего огнестрельного оружия нет? — тихо спросил я у Милы.

— Есть, но хранится в Гильдии, — ответила она. — Проводники не таскают пистолеты по городу без необходимости. Когда вернемся, заберем.

— Если вернемся спокойно.

— Не начинай.

У входа нас остановили. Охранники проверяли документы и содержимое сумок, но Семен показал служебное удостоверение. После короткого разговора нас обыскали без особого рвения и пропустили внутрь.

Главное здание было трехэтажным, из серого камня, с большими окнами. Над входом висела вывеска: «Центральная станция Госэкспресса. Тула», а выше располагался двуглавый орел.

В зале ожидания стояли ряды кресел. На стене висело большое табло, вдоль дальней стороны работали кассы. Пассажиров оказалось немного, и почти все выглядели обеспеченными. Неудивительно: пятьсот рублей за поездку вдвоем мог позволить себе далеко не каждый.

Военные патрулировали зал, дежурили у дверей и следили за пассажирами. Под потолком я насчитал не меньше десятка камер.

— Кассы справа, — сказал Семен. — Покупайте билеты, а я пока осмотрюсь. Если заметите знакомое лицо или что-то покажется странным, сразу зовите меня.

Мы подошли к свободному окошку. За стеклом сидела молодая женщина в форме. Она подняла на нас усталый взгляд.

— Куда едете?

— До Рязани, — ответила Мила. — Два места на ближайший рейс.

Сотрудница застучала по клавишам.

— Отправление в одиннадцать сорок пять. Посадка начинается за полчаса. Пятьсот рублей за двоих. Документы, пожалуйста.

Мы передали удостоверения. Она сверила фотографии, внесла данные и протянула билеты.

— Третья платформа. Не опаздывайте, конвой ждать не будет.

— Спасибо.

Семен стоял у колонны, откуда видел вход, кассы и проход к платформам.

— Взяли? — спросил он.

— Да. До посадки почти два часа.

— Садитесь в центре зала. Там вы будете на виду, и подойти незаметно к вам не получится. Я останусь рядом.

Мы устроились среди пассажиров. Мила уткнулась в телефон, но почти ничего не читала, а лишь водила пальцем по экрану. Я следил за входом и людьми вокруг. Рядом скучала семья с двумя детьми. Чуть дальше пожилой мужчина листал газету, а женщина у окна ругалась с кем-то по телефону из-за багажа. Никто не проявлял к нам интереса.

Время тянулось медленно. Я дважды ходил за чаем, Мила выкурила еще одну сигарету в специальной комнате, а Семен почти не менял положения. Лишь время от времени переходил к другой колонне, чтобы осмотреть зал с нового угла.

Наконец из динамиков донесся женский голос:

— Объявляется посадка на рейс Тула — Рязань. Пассажирам необходимо пройти на третью платформу. Приготовьте документы для проверки.

Мы поднялись. Семен коротко кивнул и пошел следом, не приближаясь к нам.

Пройдя через стеклянные двери мы вышли на внутренний двор. На третьей платформе уже стоял конвой из бронированного автобуса, двух грузовиков и пары бронетранспортеров. Военные проверяли документы и по одному пропускали пассажиров в автобус.

Очередь двигалась быстро. Перед нами оставалось всего несколько человек, когда за спиной раздался резкий голос:

— Стоять! Михаил Рощин и Людмила Майорова, не двигаться!

Я обернулся.

К нам шли четверо мужчин в гражданской одежде, но судя по их виду, это была только маскировка. Они совсем не походили на обычных служащих, а под куртками угадывалось оружие. Старший остановился в нескольких шагах и показал удостоверение, не дав рассмотреть его как следует.

— Рощин Михаил? Майорова Людмила? — повторил он. — Вы задержаны. Следуйте за нами и не пытайтесь сопротивляться.

Люди вокруг нас начали отходить, и очередь к автобусу остановилась. Мужчина перед нами подхватил чемодан и прижался к ограждению, едва не задев женщину с ребенком. Та сердито посмотрела на него, но, заметив наручники в руке полицейского, поспешила отвести мальчика подальше. Мила придвинулась ко мне.

— Вы объясните, что происходит? — спросила она у старшего. — Мы только приехали на станцию и собираемся домой. На каком основании вы нас задерживаете?

Она старалась говорить спокойно, хотя я видел, как напряглись ее губы. Полицейский достал сложенный лист и показал нам, придерживая за края.

— Подозреваетесь в нападении на людей барона Маковецкого. Ордер есть, так что пройдете с нами. В участке все объяснят.

Я наклонился, пытаясь прочитать хотя бы первые строки, но он уже убрал бумагу. Быстро же подсуетился барон. Впрочем, ордер могли подготовить заранее, на случай, если мы выберемся. Оказаться в участке и там проверять эту догадку мне совсем не хотелось.

— Подождите, я даже прочитать не успел, — сказал я, не убирая рук с виду. — Дайте посмотреть документ. Люди Маковецкого сами на нас напали, у нас свидетель есть. Вы хотя бы его выслушайте.

— Показания дадите следователю. А сейчас повернитесь спиной и не усложняйте.

Он шагнул ко мне, но Семен преградил ему дорогу.

— Наручники пока уберите, — сказал он. — Вы на территории Госэкспресса. Местный ордер здесь не действует, должны бы знать.

Полицейский остановился и посмотрел на него снизу вверх.

— А вы кем будете? Если не хотите поехать вместе с ними, отойдите.

— Семен Аркадьевич Воронов, капитан пограничных войск в отставке, — представился тот и раскрыл удостоверение. — Сейчас работаю с Гильдией. Нападение видел своими глазами и готов дать показания. Только сначала позовем станционного дежурного, чтобы потом не спорить, кто что сказал.

Старший задержал взгляд на удостоверении. Его спутник наклонился к нему и что-то прошептал, но тот отмахнулся. Со стороны платформы уже шли охранники Госэкспресса, и один на ходу просил пассажиров не задерживаться у прохода.

— Что у вас здесь случилось?