Легендарный повар 5 - Гриша Гремлинов

Мысленно усмехнувшись, я выдал ему три истории. Про кольцо, что сулило власть над всем миром, но тому, кто его надевал, приносило лишь беду. Оно требовало жертв и ломало судьбы, но нашлись те, кто решил его уничтожить навсегда, зная, что обратного пути уже не будет.

Вторую — про старую крепость, что стояла у края пропасти, где воины забыли старые распри и встали плечом к плечу против бесчисленной орды. Они знали, что не увидят рассвета. Каждый из них стал легендой, выбрав умереть стоя, а не жить на коленях.

Третью — про последнюю битву, когда казалось, что тьма вот-вот поглотит мир. Но один маленький герой, который сделал то, что другим было не под силу. Не оружием, а верностью своему слову и тем, кого любил.

Я замолчал и посмотрел на барда. Он сидел, не дыша, его пальцы замерли над струнами. Глаза горели, и я видел, как внутри него рождаются образы — таких историй он никогда не слышал в этих краях.

— Чёрт возьми… — выдохнул бард. — Где вы это взяли? Я никогда не слышал ничего подобного.

— Это моя тайна, — сказал я. — Не забудьте про наш договор. Никакой больше песни про братьев. Кто заказал её?

Бард посмотрел на меня долгим взглядом, потом усмехнулся и кивнул:

— Худой, с острыми чертами лица. Он приходил сюда три дня назад, платил серебром и рассказал мне историю про братьев. Я её переложил на мелодию. Всё просто.

— Теперь у вас есть другие песни, — я поднялся.

Бард кивнул, потерял ко мне интерес, тихо повторяя мои слова и перебирая струны.

Внимание!

Квест «Мелодия правды» обновлён!

Найдено бардов: ⅔

Переубеждено: ⅔

Репутация +10

Бекон, дождавшийся конца разговора, подошёл ко мне и потёрся о ногу, довольно мурлыкая. Кот явно одобрял такой способ ведения переговоров — без крика и угроз, сплошное искусство.

Я выдохнул. Остался последний. Бекон запрыгнул ко мне на плечо, и я погладил его по голове.

— Третий бард на ярмарке в соседней деревне, — сказал я ему. — Два часа езды, успеем ли мы застать его там?

Кот фыркнул и ткнулся носом в мою щёку, мол, конечно, успеем, не дрейфь.

— Буян, — я забрался на гнедого и пересадил кота на седло. — Нужно успеть до заката.

Буян решительно всхрапнул и с места взял в галоп. К тому моменту, когда я въехал в нужную деревню, солнце уже намекало, что мой трактир давно работает. А вот ярмарка уже сворачивалась, и повсюду стояли телеги, что едва удавалось проехать на коне. Торговцы убирали товары, зрители расходились, а дети, уставшие от шума и сладостей, плелись за родителями. Я проехал через всю площадь, но барда нигде не было видно.

— И где я его теперь искать? — пробормотал я.

— Мяу! — Бекон на моих коленях приподнял голову, навострил уши и вдруг указал лапой в сторону старого амбара на краю деревни.

— Там? — спросил я, и кот утвердительно тряхнул хвостом.

Я направил Буяна в ту сторону. Внутри пахло сеном и прелыми овощами, а в самом углу собирал вещи знакомый бард. Именно он пел в моём трактире, и с него началась эта история. Его лютня лежала на ящике, а в руках молодого человека был увесистый мешочек с деньгами.

— Как ты меня нашёл? — удивился он, и в его голосе послышалась насмешка. — Забыл слова песни? У меня лютня настроена, могу повторить.

Я подошёл ближе, Бекон спрыгнул с моих рук и сел рядом, настороженно глядя на барда. Тот даже не смутился кошачьего взгляда — напротив, улыбнулся ему и подмигнул.

— Ты знаешь, кто я, — сказал я, стараясь говорить ровно, хотя усталость уже давала о себе знать. — И знаешь, зачем я здесь.

— Знаю, — кивнул бард, он сел и начал перебирать струны. — Пришёл требовать, чтобы я замолчал. Или заплатить, чтобы я пел другое. Правильно?

— Неправильно, — ответил я. — Ты не нуждаешься в деньгах, и неглуп, я понял это ещё в трактире. Поэтому я не буду предлагать тебе ни того ни другого.

— О! Тогда зачем ты приехал? — бард удивлённо поднял брови. — Просто посмотреть на меня? Так вот он я, можешь теперь уходить с миром.

— Зачем тебе это? — я не двинулся с места.

— Что «это»? — его рука замерла над струнами.

— Зачем петь лживую историю, если знаешь правду?

Бард молчал несколько секунд, потом усмехнулся и пожал плечами.

— И что с того? Это весело. Ты не представляешь, как скучно в этой глуши! А тут — интрига, борьба, настоящая драма! Я пою — и люди собираются, спорят, перешёптываются. Они начинают чувствовать себя частью чего-то важного. И меня это заводит, — он улыбнулся шире. — Мне просто весело, Винтер. Понимаешь?

Я смотрел на него и вдруг понял, что он не врёт. Ему действительно было плевать на правду, на деньги, на Андрея. Он просто наслаждался зрелищем.

— Тогда у меня к тебе деловое предложение. Такое, что тебе будет ещё веселее. Обещаю, что публика будет требовать твоих песен, — спросил я, обдумывая одну интересную идею.

— Да что ты можешь мне такого предложить? — он картинно всплеснул руками, но я успел увидеть блеск интереса в глазах.

— Песня с продолжением, можно сказать, с интригой, чтобы зрители платили деньги за продолжение. Обрываешь песню на самом интересном, а продолжение уже на следующий день или за отдельную плату.

— Странный подход, — протянул он, — и что с того? Почему я не должен сделать то же самое и с твоей историей?

— Потому что правда в ней гораздо интереснее. Предлагаю обмен, — я прищурился. — Ты станешь первым, кто будет петь её, но не в лоб, а с постоянной интригой. Про мой трактир, про подлинную историю Винтеров, про мальчика, который получил свой дар после смерти деда. Про дриаду, гномов, поиски истины. Опираясь на это, ты будешь плести кружево истории, а люди будут приходить в «Сытый Вепрь» услышать продолжение. Ты станешь известен, как рассказчик, и главный хитрец мира бардов. Это же веселее, чем петь чужие глупости, правда?

Бард задумался. Его пальцы снова коснулись струн,