Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

— А, там ещё и призы полагаются? — вот в этот момент слуга завладел всем моим вниманием. Деньги это всегда хорошо. А турнир выглядит как лёгкий способ их подзаработать без риска для жизни и шкуры.

— Конечно, — кивнул слуга, — Целая мошна золотых альдингов победителю в верховом бою. Говорят что-то около пяти дюжин монет.

У меня пересохло в глотке. Такая сумма… Она могла бы решить наши финансовые проблемы на долгие годы. Помогла бы собрать не горстку профессионалов, а настоящую армию. В конце-концов помогла бы наладить связи с сильными мира сего, да и факт победы сильно бы упростил путь к титулу Барона. И в то же время черепушку настойчиво грызло горькое осознание — не в этот раз. За такую сумму будут драться лучшие кавалеристы юга, которые раскатают меня в первый же заход. К сожалению мы попали не в сказку, где тёмная лошадка, про которую никто ранее не слышал, может взять главный приз благодаря удаче и желанию автора. У нас тут решает исключительно мастерство. Так что приз, увы, проплывает мимо меня. И в этот турнир, и боюсь, что в тот, который будет через пятилетку. Хотя до него попробуй ещё доживи.

— Ещё есть состязание лучников. Там победителю полагается приз в десять монет. Говорят на него допускают даже не благородных, но придётся оплатить пошлину.

Я мысленно начал перебирать тех, кого мог бы выставить на это состязание. Почти все мои ребята хорошо владели арбалетами, но вот луки… С этим будет посложнее. Разве что Хавель. Но он хороший разведчик и мастер маскировки. Как он стреляет я ещё не видел, потому глупо будет сходу кидать его на амбразуру. Но тут уже есть хоть какой-то шанс попробовать взять приз. По крайней мере если до состязаний допускаются и простолюдины, то казна отряда наверняка сможет позволить себе такой риск. Разве что организаторы в качестве издёвки выставят пошлину, которую смогут заплатить только благородные. Такой вариант тоже исключать нельзя.

— А вы, благородный сир, тоже едете на турнир? — поинтересовался слуга. Не уверен, что ему это было и правда интересно. Скорее всего он просто хотел нарушить затянувшееся молчание.

— Пока что у нас контракт на охрану вашего господина. А там посмотрим, — уклончиво ответил я.

И мы снова замолчали. Так, в прохладной тишине поздних сумерек отряд и добрался до ворот старого замка.

Стены замка видали и лучшие дни. Камень кое-где выкрошился и теперь его осколки лежали на краю сухого рва, дно которого было утыкано старыми, подгнившими кольями. Несколько палок уже и вовсе обломились, оставив после себя лишь подгнившие пеньки, намертво вгрызшиеся в глиняный грунт. Впрочем, за замком ухаживали. Это было видно и по следам свежей шпаклёвки, которой замазывали щели, и по начищенным до блеска цепям подъёмного моста, и по ярко-красной черепице галереи, которую будто бы вчера положили.

Мост был опущен, но вход в замок закрывала массивная металлическая решётка, сквозь прутья которой было видно недовольное лицо стражника. Он стоял и сверлил нас колючим, раздражённым взглядом из под полей своего кабассета. Мы же с недоумением смотрели на него.

— Кто такие? Чего надобно? Барон сегодня просителей не принимает. Занят он. Завтра приходите, — стражник наконец пролаял заученную фразу и пригладил усы. Вот так-так. А я то думал нас тут ждут.

— Сир Генри Отважный, — я слегка приподнял берет, в знак приветствия, — со спутниками. Я думал…

— А, это вы, — глухо проворчал стражник, — Барон предупреждал о вас. Морт! Морт, ленивая скотина!

— А… Что… Не сплю я, не сплю… — донеслось откуда-то сверху хриплым спросонья голосом.

— Открывай ворота, мать твою, живо! Не спит он. Завтра кольчуги драить пойдешь, если задом не пошевелишь! И я, сука, прослежу чтоб у них каждое кольцо блестело, как зад твоей мамаши, после того, как на него спустили лучшую часть тебя!

— Вот чуть что, так сразу Морт. Нет бы кого другого позаё… — голос стал тихим, превратившись в неразборчивое ворчание. А через несколько мгновений и вовсе затих. Затем, откуда-то сверху донёсся тяжелый, протяжный вздох. Кряхтение. И скрип подъемного механизма. Решётка нехотя оторвалась от земли и, скрежеща по каменным пазам, неторопливо поползла вверх.

— А он недюжинной силы этот «Морт», — заметил Ульф, — Раз такую дурищу в одно рыло тащит.

— Или там какая-нибудь хитрая система рычагов и блоков, — пожал плечами я, — Помогающая тянуть эту хреновину вверх.

По правде сказать, я понятия не имел, как устроен подъёмный механизм ворот в таких замках. И, коли уж барон настоял на том, чтоб мы гостили у него, то будет не лишним прогуляться потом по галлерее барбакана и заполнить этот пробел. Кто знает, может однажды нам самим придётся штурмовать такую подобную крепость.

Решётка доехала до середины проёма, громко лязгнула упорами и встала.

— Готово! — послышался сдавленный хрип со стороны галереи. Похоже подъём стоил Морту немалых усилий. Впрочем, они не помешали ему тихо выругаться и тут же огласить внутренний двор крепости своим храпом.

— Вот ведь скотина ленивая, — выругался стражник, — Погоди, поднимусь я к тебе, такую выволочку устрою…

Я тронул пятками коня, и отряд неспешно направился вперёд, под массивную арку старых крепостных ворот. Стены тут были толстые. Метра три камня. А то и все четыре. Перед решёткой с обеих сторон прохода располагались две узкие бойницы. Наверху виднелся люк, с которого осаждённые могли бы кидать камни или лить кипящее дерьмо на головы тех смельчаков, кому всё-же удалось прорваться через подъёмный мост. Мда уж, не хотел бы я быть на их месте. За решёткой виднелись ещё одни ворота, на этот раз из толстого деревянного бруса. Мы из заметили не сразу, так как створки были распахнуты и привязаны к кольцами вбитым в стены. Последний рубеж обороны барбакана. На случай, если врагу удастся уронить мост и пробить решётку. Или закрыть внутренний двор от летящих сквозь железные прутья стрел врага. Да уж, предки барона, строившие это место, явно знали