Застрявший в Болотах - Антон Викторович Текшин

Однако при этом она за всё время так ни с кем и не сблизилась. Возможно, будь Шест или Молотильщик живы…

— Ни хера бы не изменилось, — авторитетно заявила Двойка. — Не потому что у них пеньков на голове нет. Она просто в твою сторону нервно дышала.

— Что за бред?

— Ты её спас от бесславной гибели, как настоящий герой сказочек, — Мечница принялась демонстративно загибать пальцы перед моим лицом. — Когда уносило не туда, ты сразу ставил её на место. Это не просто победа, а эта, как её… Доминация, во! Вообще ты жестокий и кровожадный ублюдок, у которого лёгкую смерть ещё нужно заслужить. Нормальный человек просто прирезал бы того вертухая, а не стал бы его псинам скармливать. До этого ж додуматься надо! Наконец, ты ничего не боишься, потому что больной на всю голову и… Сука, у меня ещё один палец остался.

— Может, я красивый? — поскромничал я.

— Да ну на хер! Твоей рожей только детей пугать, которые просраться не могут.

— Мне кажется, или за тебя всё-таки ревность говорит?

— Ещё чего! Я в отличие от остальных дурочек точно знаю, что ты скорее со своим самострелом будешь трахаться всю ночь, чем за кем-то побежишь.

— Я очень плохо бегаю.

Под протезом как раз хрустнул очередной камешек, но заместительница явно имела в виду другое.

— Если ты прикажешь ей вернуться, она всё бросит и придёт к нам. Сосок даю на отсечение. Твой.

Шутки про то, что ещё не пригодится мне, уже стали её коронным номером.

— А помнишь, подруга, что я ей обещал в самом начале?

— Хм, — задумалась та всерьёз. — Пристрелить, если резко дёрнется?

— Новую жизнь, — покачал я головой. — У меня на родине никаких шеков нет. Мне под силу обеспечить её деньгами до конца жизни, но сделает ли это её счастливой?

— Окранова мохнатка! — всплеснула Двойка руками, будто пытаясь взлететь. — Счастье это самая скользкая штука на свете! Сегодня она у тебя есть, завтра уже нет. Думаешь, ей без нас будет лучше? Многие до сих пор смотрят на её обрубки с таким видом, будто вот-вот заблюют.

— Здесь она по крайней мере будет в своей среде.

— А если я решу, что мне тут лучше? И не захочу никуда уходить?

— Ты ведь сама хотела повидать мой мир, — напомнил я ей. — Где нет людоедов, окранитов и прочих ушлёпков.

— Перехотела. У тебя дома я буду глупой дикаркой, которая только и умеет мечами махать. Жженоземцев у вас ведь тоже нет, сам говорил. Все будут тыкать в меня пальцем и смеяться. Поселишь меня у себя во дворце, словно редкую зверушку? Спасибо, как-нибудь обойдусь.

Мне осталось лишь вздохнуть.

— Ты даже вообразить себе не можешь, как сильно заблуждаешься. И я тебе это докажу, даже если придётся тебя нести на себе, как вязанку хвороста.

— Вот! Я ж говорила, что ты садист!

— А ещё у меня там есть столько выпивки, что тебе жизни не хватит всё перепробовать.

— Ну ладно, может и не такая плохая затея…

За разговором наша процессия успела разделиться. Шеки утопали вглубь расселины, пристраивать растерянное пополнение. На них Скуин произвёл неизгладимое впечатление, окончательно выветрив чужую дурь. Никто здесь жертвоприношениями не занимался и насильно рога не отрезал. Детишки освоятся без проблем, а вот взрослых скорее всего перебросят в одну из ближайших застав. Там они всегда будут под присмотром.

Мы же подошли к небольшому дворику, большей частью выдолбленному в скале. Там разместилась парочка тягловых бычков с поклажей. Животинки куда меньше, а главное — спокойней боевого Гаврюши. Гарру здесь большая редкость, а вот парнокопытные наоборот. Их дикие собратья всё ещё встречаются в прериях за Стопкой и пограничными каньонами. Да и в неволе они разводятся неплохо. Никогда не испытывал страсти к молоку, но здесь не удержался и взял целую крынку из рук уличного торговца. Заодно пообещал ему непременно найти его ещё раз, поэтому тот поспешил заменить ёмкость.

За техническими помещениями начиналась крутая лестница, по всем шаолинским ГОСТам восходившая прямо по голому склону. Вместо перил только натянутый трос, который можно в любой момент перерубить на радость врагам и пьяницам. Да и с ним, честно говоря, взбираться то ещё удовольствие. Увы, до лифта здесь ещё не созрели, хотя Мау заинтересовался идеей подъёмника.

Обычно лестница пустовала, но сейчас там устроился старший мастер Каям, настолько аутентично вписываясь в пейзаж, что я поначалу заметил не его, а коленопреклонного шека у нижних ступеней. Даже наше появление не заставило его пошевелиться.

— Это что ещё за коврик у порога? — уточнил я, подойдя ближе.

— Не знаю, — честно ответил последователь учения Сохэй. — Он сидит здесь с самого утра. Думаю, это как-то связано с тем, что накануне Сторк вернулся расстроеным и слегка побитым.

— Вот прямо слегка?

— Он отказался от моей помощи. Но насколько я могу судить, там ничего серьёзного.

Учитывая чудовищный болевой порог боевого монаха, которого даже сварить заживо не получилось, стоило срочно звать Юту, которая всё ещё возилась с поклажей. Я глубоко вздохнул, дабы ненароком не процитировать Двойку, и окончательно почувствовал себя дома.

Как будто и не уходил.

Автор — М. Звенигородский, aka Rumpelstiltskin

— Напомни, пожалуйста, что я вам говорил перед уходом?

— Ну, башня-то на месте, — робко улыбнулся Мау.

— Это была шутка, мать твою механику! Но спасибо, что не развалили тут всё окончательно.

— У нас нет конфликта с местными, — заверил меня инженер. — Это небольшое… Недоразумение. Брат Сторк воспользовался кое-каким оборудованием в ближайшей кузне, чтобы закончить ремонт. Мы честно всё оплатили.

— А сразу купить необходимое вам Китрин запретил? — вздохнул я. — Или Окран?

— Здешнее качество даже меня заставляет сквернословить. А за нормальные детали нужно переплатить чуть ли не втрое!

Бюджет у хозяйственников и правда был скромным. Не потому что я опасался очередного проигрыша в казино — здесь подобные заведения под