Новые опасные видения - Харлан Эллисон
К счастью, ситуация меняется. Как по мне, слишком медленно, но все-таки. Еще хватает того, что обычно зовут «женской литературой» – в основном в больших глянцевых журналах, которые выпускаются, только чтобы читать в парикмахерских под сушилками для волос; но это говорит о высоком уровне качества серьезных писательниц не больше, чем руарковские[79] подростковые мускулистые рассказы в «мужских приключенческих журналах» говорят о серьезной литературе мужчин. Надеюсь, в обоих клише люди признают то, чем они и являются: простейшую попытку угодить самой нижней планке литературных потребностей мужчин и женщин.
Причины моей радости из-за укрепляющегося положения писательниц в нашем жанре, а также причины моего мнения о том, что движение за женское равноправие – это подарок не только для литературы, но и для мира в целом, одни и те же.
Мужчины правили тысячи лет. Концепция «мачизма», господствующее мужское мировоззрение, изображение женщин слабыми и в принципе безмозглыми существами, обожествление Марса в виде бога войны и мужского превосходства… все это привело нас к миру тщеты, ненависти, узколобости, сексуальных проблем, загрязнения и отчаяния. Быть может, пришло время уступить руль женщинам. Хуже-то они уже точно не сделают. И хоть я понимаю, что женщины тоже могут укреплять нынешнее неприятное культурное положение (те матери, которые отправляют сыновей на битву с наставлением вернуться со щитом или на щите, а потом воздают почести останкам, что приходят к ним из Вьетнама в пластиковых мешках, и выставляют безвкусные золотые звезды в окнах гостиных, лично мне кажутся ненамного лучше монстров), я все-таки вижу больше доброты и рациональности в средней женщине, чем в среднем мужчине.
Я очевидно заимствую у истинной традиции утопистов, когда воображаю мир, спасенный женщинами, и не менее очевидно несправедливо перекладываю на женские плечи ответственность за исправление того, с чем напортачили мужчины. (Вспоминается молодая студентка, которая в ответ на слезливые поучения седовласого мудреца о том, что спасение мира находится в руках у нее и «более осознанного поколения», ответила сему пожилому господину с призывом отбыть в жопу: почему это я должна все решать, спросила она. У вас была куча времени – и вы все запороли, а мне теперь, значит, разгребать вашу помойку. Нет уж, папочка, спасибо. Поверьте, ее мнение не осталось неуслышанным.)
И все-таки не могу избавиться от ощущения, что если бы у женщин было единство цели, как у дам из «Лисистраты», то они бы закончили войну за полдня.
Не говорите. Сам знаю. Ожидаю от женщин благородства, которого явно нет у мужчин, и ожидаю, будто все они одинаково относятся к любым важным вопросам. Но я же вроде сказал, что я утопист, да?
Могу же я надеяться.
Могу надеяться, что мир, увиденный разумом и глазами женщин, приятней и приемлемее, чем тот, что все эти века предлагали мы, мужчины. И именно это мировоззрение – новое и иное, поскольку рождено иной системной ориентацией, – сейчас формирует ядро новой лучшей литературы в НФ и вне ее благодаря неравнодушным и сознательным писательницам.
А среди них не последнее место занимает Джоанна Расс.
Однажды Терри Карр, редактор «особых изданий» в Ace Books, рассказывал, что первый роман Джоанны Расс – превосходный «Пикник в раю» (Picnic on Paradise) – отвергли во всех основных издательствах книг в твердых обложках, прежде чем его заметил и подхватил он. Могу ошибаться в мелочах, но готов спорить, что как минимум один редактор (а они все – мужчины) подсознательно вычеркнул роман только потому, что его написала женщина. У меня нет абсолютно никаких доказательств этой теории и я даже не знаю, кому книгу предлагали, но я, на минуточку, варюсь в этом бизнесе и встречал предрассудки, въевшиеся на таком клеточном уровне, что их не замечают даже сами мужчины, тем не менее лишенные справедливости и рациональности.
Какими же унылыми и глупыми сейчас кажутся те редакторы, упустившие роман столь очевидной важности. «Пикник в раю» номинировали на премию «Небьюла» 1969 года в категории «лучший роман», где он чуть-чуть не выиграл. Джоанна Расс с первым же романом оказалась среди главных талантов НФ и состязалась наравне с такими авторами, как Джеймс Блиш, Филип К. Дик, Роберт Силверберг, Р. А. Лафферти, Джон Браннер и победитель того года – Алексей Паншин.
Перспективность «Пикника в раю» подтвердилась в ее втором романе, «И умер хаос» (And Chaos Died) 1970 года. Он был еще сильнее первой книги и тоже номинировался на «Небьюлу», и, хоть снова проиграл (отчего творчество Джоанны снова попало на второе место), очевидно, что Расс от заслуженных наград и славы отделяет только время.
Джоанна Расс родилась в Бронксе в 1937 году и большую часть раннего детства каталась на коляске по Ботаническому саду. О своем образовании сообщает: «Поступила в Научную старшую школу, но не пошла туда из-за безумия семьи и в итоге провела четыре года в другом месте, где стала одной из десяти победителей „Поиска научных талантов Вестингауза“ в стране – за то, что вырастила грибок, красивый, но до того пугавший мать, что я его хранила в холодильнике. Я поступила в Корнелл – очень традиционно, на английскую литературу, – но после окончания решила бросать быть хорошей девочкой и получила диплом магистра драматургии в Йельской школе драмы».
Три года Джоанна писала, как она сама выражается, «плохие пьесы», а потом, в 1959 году, издала свой первый рассказ в The Magazine of Fantasy & Science Fiction, «Пред ней бессильны возраст и привычка»[80] (Nor custom stale). С тех пор продала несколько десятков рассказов для таких разнообразных рынков, как Orbit и Manhattan Review. Работала редактором, машинисткой и автором пресс-релизов в издательствах, ходила по объявлениям для временных офисных работников, работала секретаршей у раздражительного психиатра и,