Принцесса Египта - Константин Владимирович Денисов

Честно говоря, я и сам ещё не понимал, как мне нужно поступить, и решил «переспать» с этой мыслью. Возможно, и не один раз. Слишком много противоречивых чувств боролись внутри.

Я понимал, что передо мной приоткрылась завеса другого мира, другого уровня конкуренции между сильными магами. Совсем недавно я вообще об этом не имел ни малейшего понятия, а теперь был, можно сказать, в теме.

С одной стороны, это свидетельствовало о том, что мой уровень растёт, таща за собой и масштаб проблем. С другой стороны, не могу сказать, чтобы я этому сильно радовался. Я всегда хотел стать сильнее, чтобы никто не мог мной помыкать. Но за каждой открытой дверью, оказывается ещё одна. За каждым побеждённым противником приходит другой, более сильный. Есть ли этому конец? Где предел?

Я не испытывал иллюзий по поводу того, что наболтал мне Туман. Однако не мог не признать, что многое из сказанного им, скорее всего, было правдой. Всё очень хорошо укладывалось в общую картину мира. А некоторые новые сведения… вряд ли были ложью, потому что она впоследствии может легко вскрыться. А зачем это Туману? Он ведёт совершенно другую игру на другом уровне. И то, что он хочет использовать меня в открытую, казалось очень логичной тактикой с его стороны. Туман был далеко не дурак.

— Подумаю об этом завтра! — сказал я сам себе.

— Ты же не Скарлетт, чтобы думать завтра, — услышал я рядом голос Амины.

— Кто? — я удивлённо приподнял брови, — ты о чём, вообще?

— А это разве была не цитата? — удивилась Амина, — просто это любимая фраза одной литературной героини.

— Какой? — спросил я.

— Забудь! — отмахнулась Амина, — если ты не знаешь, то и не забивай голову.

— Как скажешь, — равнодушно пожал я плечами и решил сменить тему, — слишком тут шумно. Я бы предпочёл сейчас побыть один. Устал что-то…

— Нет, нет, нет! — помахала пальцем перед моим лицом Амина, — даже не думай! Произошло масштабное событие, а ты одна из ключевых фигур в нём. Дай людям насладиться победой и отпраздновать. Не лишай их этого! Неси этот крест, потому что без тебя будет совсем не то. Какой может быть праздник, без главного виновника торжества?

— Да уж, моё мнение, выходит, учитывать вообще не нужно? — удивился я.

— Быть лидером, это тяжёлая обязанность, — сочувственно вздохнула Амина, — часто приходится делать не то, что хочешь ты, а то, что нужно людям. И не всегда это спасение их жизней. В горе и радости, понимаешь?

— Это разве не из свадебной клятвы? — удивился я.

— Возможно, — улыбнулась Амина, — но суть та же. Если люди тебе дороги, будь с ними всегда, а не только тогда, когда тебе этого хочется. Не лишай их сегодняшнего вечера. Этого же никто не планировал, но в воздухе витает ощущение праздника. Этот всё получается спонтанно, само собой, на волне эйфории от победы. Раздели радость вместе со всеми. Я буду рядом и помогу, если что!

— Спасибо! — улыбнулся я, — ты настоящий друг!

— Просто я в ответе… — начала Амина.

— За тех, кого воскресила! Точно! Я же тоже один из этих… — перебил я её, — уже и забыл, что жизнью тебе обязан! А зря, про такое лучше помнить!

— Я тебе, ты мне, мы уже давно в расчёте, — положила руку мне на плечо Амина, — мы просто друзья, давай не будем считаться!

— Очень круто иметь своим другом человека, который может тебя воскресить! — усмехнулся я.

— Но не так круто, как иметь другом тебя! — серьёзно сказала Амина.

— Почему? — удивился я.

— По кочану, — похлопала меня по плечу Амина, — в том числе и потому, что ты сам этого упорно не понимаешь. Просто ты… стоишь того, чтобы идти за тобой. Поэтому эти люди и рядом. Потому они и собираются вокруг тебя. Потому и слушают, что ты им говоришь. Заметь, даже те, кто старше и опытнее! — она посмотрела в сторону, где сидел за столом Шторм, — потому и праздник без тебя, будет не праздник. Все поймут, что ты устал, что был тяжёлый день и тебе хочется отдохнуть. Никто даже мысленно тебя не осудит, если ты уйдёшь. Но атмосфера будет убита, праздник испорчен, довольно быстро всё протухнет, и народ разойдётся по комнатам.

— Можешь не продолжать, — сказал я, — ты уже давно убедила меня остаться. Я постараюсь разделить со всеми радость.

— Вот и молодец! — кивнула Амина, — удаляюсь, чтобы не получилось, будто я оккупировала твоё внимание. Наверняка многие захотят с тобой поговорить.

Я встал со стула, на котором сидел. Застолье ещё не началось, столы продолжали накрывать.

— Сейчас вернусь! — как бы между делом, но громко сказал я, чтобы многие услышали.

Нужно было навестить Петю и немного разъяснить Маше, что с ним происходит. И раз уж мне нужно будет быть весь вечер в центре внимания, лучше это было сделать сейчас, пока ещё мы не уселись за стол.

Петя спал, скорчившись в позе эмбриона, а Маша сидела рядом и держала его за руку. Лицо у неё было мокрым, хотя именно сейчас она уже не плакала.

— Проклятье, нужно было раньше с тобой поговорить! — с досадой покачал я головой.

— Что случилось? — напряглась Маша.

— В том-то и дело, что, скорее всего, всё не так плохо, как может показаться на первый взгляд, — сказал я, — сейчас постараюсь объяснить.

Я взял стул, поставил рядом с кроватью и как мог подробно и доходчиво поведал Маше про чакры, про их открытие и про последствия этого. Рассказал про себя и про то, насколько выросли мои возможности.

— В общем, с Петей, по моему мнению, происходит то же самое. Не знаю почему, может, это как-то связано с его даром, с тем, что его отбросило в карман, но я почти уверен, что у него открывается чакра. Нужно немного подождать, и потом он станет лучше прежнего!

— Не надо лучше, — задумчиво сказала Маша, — меня и так всё устраивает…

— К сожалению, отменить мы это уже не можем. Согласись, что трансформация и усиление