На границе империй. Том 10. Часть 16 - INDIGO
— Не нужно, — ответил хмуро император. — Это я сейчас сам выясню. Искин, соедини меня с Багирой.
— Соединяю, — ответил виртуальный дворецкий.
Когда в воздухе над столом развернулась голографическая картинка, несколько секунд никто не произносил ни слова.
Багира находилась в небольшой, хорошо освещённой комнате — явно жилой, с мягкими цветными ковриками на полу и низкими полками, заставленными предметами, которые бывают только там, где живут дети. На её правом плече сидела девочка лет трех, вцепившаяся в волосы Багиры с видом полного права собственника. На руках — мальчик чуть постарше, серьёзный не по-детски, с тёмными глазами, в которых угадывалось что-то до боли знакомое всем, кто знал его отца.
Багира играла с ними.
Первым делом императора заметила девочка на плече.
— Привет, а мы тут играем, — сообщила она с той непосредственностью, с которой дети сообщают важнейшие факты своего существования совершенно незнакомым взрослым.
В этот момент Багира повернула голову — и увидела, что на неё с экрана наблюдает император. Она немедленно выпрямилась, насколько позволяла девочка на плече.
— Ваше Императорское Величество, — ответила она с поклоном и, немного смутившись, пояснила: — Няня вышла на несколько минут за покупками, а я вот сижу с детьми.
— Я вижу, — сказал император.
На что мальчик с задумчивым и очень серьёзным видом посмотрел на незнакомого разумного с экрана. Несколько секунд изучал его. Потом поднял руку и отдал честь, чётко, не по-детски, будто повторял движение, которое видел много раз. Девочка мгновенно повторила, едва не потеряв равновесие на плече Багиры.
Улыбнувшись в ответ, тепло, без привычной имперской официальности, император кивнув им в ответ и поинтересовался:
— Я так понимаю, что это дети Мерфа?
— Совершенно верно, Ваше Императорское Величество, — ответила Багира. — Я охраняю их и его семью.
— Это я вижу. А вот что произошло с самим Мерфом? Почему он в реанимационной капсуле, хотя я тебя отправил присматривать за ним?
— Ваше Императорское Величество, я же вам отправила подробный отчёт о произошедшем?
— Да, видимо, он до меня не дошёл пока. Расскажи на словах, что с ним произошло.
Багира на секунду задумалась. Поставила мальчика на пол, тот не возражал, лишь продолжал серьёзно смотреть на экран, словно взрослый, присутствующий на важном совещании и отлично понимающий, что именно сейчас говорится о его отце. Девочка перебралась с плеча на руки и прижалась к Багире с доверчивостью, которую та, кажется, не умела отвергать.
— Когда я прибыла на станцию, — начала Багира, — Мерф находился в тяжёлом состоянии после взрыва. Его лечебную палату охраняло местное СБ и киборги контрразведки. Охрана была вполне достойная, поэтому я сосредоточилась на его семье.
— Когда Мерф уже почти поправился и начал ходить, произошло нападение на станцию. Тени ударили одновременно по нескольким точкам. Пока я отражала нападение на его семью, они перебили всю охрану Мерфа.
Голос Багиры остался ровным.
— Однако он сумел уйти. С одной из жён и лечащим врачом. Уже раненый, он добрался до своего корабля и принял бой прямо там.
На малом совете стояла тишина. Контр-адмирал перестал смотреть в сторону и повернулся к голографической картинке. Маршал Форт медленно разжал кулаки и положил руки на стол.
— Он уничтожил лично девять Теней, которые преследовали его, — продолжила Багира. — Но при этом получил тяжёлые ранения. Когда десятый собирался прикончить его, я успела прийти на помощь и захватила того живым. Вот только он сразу активировал яд в теле и покончил с собой. А Мерф с трудом дотянул до реанимационной капсулы.
Грегор слушал и думал о Мерфе — о том, каким он видел его в последний раз. Судя по тому, что сейчас рассказывала Багира, девять Теней — это не «достаточно» для него. Это было «почти».
— И давно он там? — спросил император.
— Так сразу после нападения… две недели, наверно. А может, уже и больше.
— Понял. — Император помолчал секунду. В этой секунде было многое.
— Будут какие-нибудь указания на его счёт? Я всё подробно описала и отправила в своём отчёте.
— Я его непременно посмотрю, а пока присматривай за его семьёй, как и делала. — Он чуть усмехнулся — и вновь появилась та человеческая теплота, которую император позволял себе редко. — Тем более, я вижу, тебе это нравится.
Багира не успела ответить — связь прервалась.
Она ещё секунду смотрела на погасший экран, потом перевела взгляд на мальчика. Тот тоже изучающе смотрел на неё, внимательно, по-отцовски серьёзно.
— Это был важный дядя? — спросил он.
— Да, — сказала Багира. — Очень важный.
— Папа тоже важный, — сообщил мальчик тоном, не терпящим возражений.
— Твой папа — самый важный, — согласилась она.
Девочка, всё это время молчавшая на её плече, вдруг крепко обхватила Багиру за шею.
— Папа скоро проснётся? — тихо спросила она.
Багира не стала говорить «скоро» — она не умела лгать детям. Это было её слабостью, и она давно приняла девочку как часть себя. Но и правды в полную силу говорить не стала.
— Он сильный, — ответила она. — Он справится.
Когда вернулась няня с покупками, Багира передала ей детей, аккуратно, как передают что-то, что дороже любого задания. Вышла в коридор. Остановилась, прислонившись спиной к стене, закрыла глаза и запросила у Ланы подробные данные о состоянии Мерфа. Получив их, она несколько секунд смотрела на цифры, не как специалист, оценивающий параметры, а как. Потом отправила всё лично императору с пометкой «срочно», которую ставила редко.
А малый имперский совет продолжался.
Голографическое изображение над столом погасло, и комната снова стала тем, чем была: закрытым залом, в котором несколько разумных пытались понять, кто из них врёт, кто ошибается, и что с этим делать.
— Как я понимаю, — сказал император, и в голосе его была та спокойная твёрдость — Мерф не мог скупать никакие акции из реанимационной капсулы. И Грегор прав: это всё явная постановка. Аэн, займись этим вопросом. Выясни, кто этим занимался. Всё, что сможешь. Я санкционирую всё,