М. Гуминенко - Созвездие близнецов
Датч был не злопамятен и перестал злиться на Гвидо уже минут через двадцать после того, как На-Ла увела "Медузу" из талповского космопорта. Это было бессмысленно и не помогло бы делу. Что касается того, кто втянул их в историю, так тут братья однозначно обвинили бы диктатора Эйле Влада, а не Гвидо. И то, что Гвидо "влип", сунувшись в покои Влада, тоже не было в глазах Дагвардов поводом для обвинений Гвидо. Стоит ли обвинять человека в том, что у него нет опыта в лазании по чужим домам. Поэтому то, что теперь Большеносый помалкивал и держался скромно, братья истолковали по своему: Гвидо — бывший консультант маисийского правительства, матерый политик, человек аристократического рмаркритского общества, особа, приближенная к наследнику престола Илуо. Неудивительно, что он держится особняком, "как король в изгнании: скромно, но с сознанием собственного достоинства" — охарактеризовал Гвидо Рек, будучи наедине с Датчем.
В общем, они друг друга слегка не поняли, но это было и не важно. Важно было то, что теперь им приходилось делить на троих все тяготы и проблемы, которые должны были расти по мере их пребывания на Талпо.
Первые сутки удалось прожить на случайно завалявшемся в багажнике сухом пайке. Некогда было искать что-то лучшее. Нужно было изучить местность, найти укрытие, прослушать все переговоры, какие только можно будет прослушать и так далее. Была безумная надежда на то, что удастся проскользнуть на один из трех земных кораблей. Но после того, как Влад убедился, что экипажи кораблей — совсем не те люди, которые напали на него, всех землян под конвоем рассажали по их звездолетам и выпроводили с Талпо.
— Может, захватить чей-нибудь корабль? — предложил было Рек, но сам себя перебил: — Еще не факт, что справимся с чужой системой, а знакомого, как на зло, ничего нет.
На вторые сутки остро стала проблема с водой. Местные речки были основательно загажены, как и подобает речкам, протекающим в густо населенной местности. Оставались наружные водопроводы, которые у талповцев строились как маленькие крепости, но по счастью, не запирались. И хорошо еще, что они вообще были. Подобраться к ним можно было только ночью. Поэтому Рек извлек из кустов флаер, дождался самого темного часа и слетал вместе с Гвидо к намеченному днем водопроводу. В багажнике флаера всегда лежали две канистры, как раз на подобный случай. Поэтому водой удалось запастись минимум на несколько суток.
Настал черед подумать о еде. Вот тут Реку и попалась местная "дворняжка", больше похожая на тощего дикобраза.
Костер разводили в ямке, под прикрытием из камней и дерна. Заниматься этим пришлось днем, потому что ночью случайный огонек могли заметить. Рек занимался мясом, которое, если честно, воняло, как некастрированный хряк и старый кобель одновременно. Некоторое время Датч косился на всю эту стряпню, а потом убежденно заявил:
— Я это есть не стану.
Рек перевернул кусок мяса на камушке и невинно спросил:
— Многоножки на Стамтоне были лучше?
— Они так не воняли! — категорично отрезал капитан.
Рек не стал спорить и продолжил свое занятие. Гвидо, наблюдавший эту коротенькую сценку, решил не чиниться и когда мясо (по утверждению Река) было готово, с благодарностью принял свою долю. Крепкие зубы и мощные челюсти помогли ему справиться с обедом.
Часа через два Датч перестал воротить нос, молча вытащил уже остывший кусок мяса и принялся есть.
— Лучшая приправа к блюду — отсутствие альтернативы, — прокомментировал Рек.
Брат покосился на него нехорошим взглядом, но спорить не стал.
* * *Едва "Медуза" приблизилась на достаточное расстояние к станции, На-Ла вошла в местную компьютерную систему и подключилась к усилителю передающей антенны. Можно было официально попросить экстренный канал связи. Объяснить, что от этого зависит жизнь трех людей. Но На-Ла подумала: вдруг не поверят. А если ей не поверят и откажут — сложно будет "взять без спросу", потому что на станции могут ожидать, что она попытается воспользоваться передающей антенной без разрешения. Придется тащиться к другой станции. Слишком много проблем. Поэтому На-Ла никого не стала ни о чем просить, а всё сделала сама.
Первый сеанс связи прошел без результатов. Ха-Лан, которую попыталась "вызвонить" На-Ла, либо находилась в гиперпространстве, либо вообще отсутствовала в Кадийском секторе. На всякий случай На-Ла разослала во все стороны кодированный сигнал вызова, который могли принять и Ха-Лан, и Хазар и Динко. Но вероятность того, что они случайно окажутся в зоне досягаемости сигнала "Медузы" была слишком мала.
Пришлось ждать, когда усилитель станции накопит энергии для нового вызова.
Осуществлять связь через гиперпространство — не такое уж новое изобретение. Эльдориане, к примеру, использовали его еще до того периода, когда Земля связалась с первыми своими ближайшими соседями по галактике. Но научно-технический прогресс не раз находил тупики в своем развитии. Последние лет триста усовершенствовать гиперпространственную связь и сделать ее дешевой и доступной пытались многие. Не вышло. Расход энергии при сеансе связи оставался так велик, что позволить себе подобную роскошь могли в основном только военные. Хотя одиночные импульсы, несущие короткие кодированные послания, могли позволить себе даже более крупные транспортные корабли. Но говорить об устойчивой прямой связи, когда в твоем распоряжении только передающая антенна не очень крупного корабля, не приходилось. А передающие спутники, через которые осуществляли прямую связь между некоторыми планетами коммерческие компании, На-Ле подходили еще меньше, потому что ей надо было "дозвониться" до кораблей, летающих где-то в космосе, неизвестно где.
Расходовать станционную энергию На-Ла посовестилась. Тем более, что такое радикальное вмешательство в чужие энергетические запасы не осталось бы незамеченным. С другой стороны, попроси На-Ла об этом официально, ей все равно предоставили бы только энергию солнечных накопителей. А это — всего два полноценных пятиминутных сеанса за полтора часа. Остальное время необходимо для подзарядки солнечных батарей. Так тем более, зачем просить то, что и так можно взять без спросу? Обнаружат нехватку только в том случае, если со станции захотят срочно выйти на гиперпространственную связь. А это делают нечасто.
На-Ла подобрала ноги и натянула капитанский китель до самых ступней, изобразив из себя маленький аккуратный клубочек в кресле. И стала ждать нового сеанса.
Ей одиноко было даже здесь, рядом с огромной станцией, вращающейся на орбите непригодной для жизни планеты. На станции много людей, но состыковаться с ней На-Ла была не в состоянии. Она могла поднять "Медузу", вывести в космос и задать нужное направление. Взлетать — мимо неба не промахнешься. Но сложные маневры для четырехпилотного корабля, когда на борту всего один пилот, были невозможны. Грузовоз не был на это, рассчитан. В открытом космосе На-Ла справлялась с управлением. Но посадку, тем более стыковку с движущимся объектом, На-Ла осуществить не могла. Да ей бы никто этого и не позволил. Вопиющее нарушение техники безопасности представляло реальную угрозу для обитателей станции. Поэтому На-Ле, как только она объяснила, что осталась на корабле одна, предложили выслать аварийный экипаж. Но Кадийка еще не дошла до того, чтобы пускать на корабль посторонних людей. Поэтому отказалась и отговорилась тем, что ждет помощи своих знакомых.