Путешествие с Фениксом. Книга 1 - Цзюлу Фэйсян

Задержав дыхание, Шэнь Ли вскинула лапу и украсила тыльную сторону его руки тремя кровавыми полосками.

– Ай! Да она же совсем дикая!

От боли мужчина сразу разжал ладонь и уронил добычу. Шэнь Ли же, и глазом не моргнув, немедленно перевернулась и стрелой шмыгнула в переулок. Лишь когда преследователи остались далеко позади, она наконец-то решила перевести дыхание и распласталась на земле.

«Как же нелегка жизнь обыкновенной курицы…» – только и успела подумать она, как вдруг за спиной раздался скрип двери, и сверху на нее выплеснули ушат грязной воды с овощными очистками.

– Что-то шумно сегодня на улице, – послышался женский голос.

Гнилая ботва, соскользнув с макушки Шэнь Ли, глухо шлепнулась на землю. Полная изумления и готового вот-вот вырваться наружу гнева, птица медленно повернула голову и взглянула на молодую женщину за спиной.

Да как она посмела облить ее этими… Такое уж точно… никуда не годится!

Одна пара глаз встретилась с другой, разница в росте мгновенно напомнила Шэнь Ли о ее нынешнем положении. Вчерашние события быстро сложились с произошедшим сегодня, и едва в ее голове промелькнула мысль о надвигающейся беде, как в крылья вцепилась женская ладонь.

– Чья это курица? Кто ее выпустил общипанную?

Шэнь Ли брыкнулась, сражаясь изо всех сил, но увидела, как из дома вышел мужчина.

– Соседи куриц не держат, а раз ничья, то и место ей в кастрюле. Сегодня работы немало, и плотный ужин как раз кстати.

– Да я тебя самого в кастрюлю кину! – гневно заверещала Шэнь Ли. – Увидели курицу – и сразу на стол? Это ведь живое существо! У вас тут всех совсем совести нет?!

Мужчина между тем поправил на себе одежду и, перед тем как выйти за калитку, погладил по голове провожавшую его супругу.

– Хорошего тебе дня, милая.

Лицо той залилось краской, хватка ослабла, и Шэнь Ли, вцепившись в этот шанс, клюнула женщину. Та закричала, а птица вырвалась на волю и бросилась за дверь, оставив супружескую пару и их неугасающую нежность друг к другу позади.

Бега ее продлились до самого полудня и привели к границе города. За это время Шэнь Ли умудрилась наткнуться не меньше чем на десяток негодяев, желающих отужинать ей, отчего устала и проголодалась так, что больше просто не могла бежать. Она шлепнулась в траву на речном берегу и, поднеся голову к воде, сделала пару глотков, после чего молча уставилась на затянувшие небо свинцовые тучи. На глазах собирался весенний дождь.

– Извести меня хотите? – бессильно обратилась она к небу.

Громыхнула гроза, и по земле застучали капли дождя. Шэнь Ли не без труда поднялась с травы с намерением отыскать укрытие, вот только стоило ей повернуть голову, как взгляд уперся в уже знакомую фигуру: молодой мужчина в светлом одеянии стоял на берегу с плетеной корзиной за спиной. Их глаза встретились, и внезапно Шэнь Ли ощутила внутри нечто теплое – облегчение. Казалось, пройдя восемнадцать уровней Преисподней[3], она вдруг наткнулась на маленький желтый цветок, купающийся в солнечном свете. Пусть молодой мужчина на берегу выглядел куда прекраснее, и пусть сцена встречи человека и птицы была далека от поэтичной.

Сквозь пелену нарастающего дождя Син Юнь смерил долгим взглядом Шэнь Ли, покрытую с ног до головы пылью, а затем, вдруг склонив голову и прикрыв рот ладонью, бессовестно захохотал.

«Да… да он же просто глумится!»

– Глупая птица, – пробормотал Син Юнь себе под нос, но следом достал из наспинной корзины зонт из промасленной бумаги и, раскрыв его, медленно направился к Шэнь Ли.

Сил на побег у нее не осталось, да и желания тоже, и, хоть Син Юнь все еще был загадкой, самую главную опасность для Шэнь Ли представляло дно кастрюли, а с новым знакомым птицу перед смертью хотя бы ждал ужин.

Зонт навис над ней безоблачным пятном, закрывшим дождливое небо.

– Я уже думал, ты не вернешься, Цып-Цып. А ты все это время ждала меня здесь?

Шэнь Ли, опустив голову, оставила его слова без ответа. Син Юнь же, не страшась испачкаться, поднял ее и усадил в свою корзину.

– Нужно настоящее мастерство, чтобы умудриться довести себя до такого вида за какие-то полдня.

– Шагай уже! – не удержавшись, прикрикнула Шэнь Ли: слишком уж много он болтал.

Молодой мужчина тихо усмехнулся, но разговор не продолжил. Бумажный зонт полностью укрыл их от дождя, и на лысое тело Шэнь Ли больше не упало ни капли.

Измотанная этим днем, она быстро заснула под качку наспинной корзины, однако очень скоро ее пробудил холод. Девушка машинально дернулась, вытянула лапы и раскрыла клюв, чтобы наказать обидчика.

– Какая же ты неуемная.

Син Юнь с ковшом в руке отступил. Шэнь Ли отряхнула крылья от воды и настороженно уставилась на него.

– Ты что делаешь?

– А ты как думаешь? – с улыбкой ответил он вопросом на вопрос. – Ты грязная, словно выкопанный из земли корешок, поэтому я и решил помыть тебя вместе с ними. Или тебе больше по нраву пруд?

Шэнь Ли скосила глаза и поняла, что лежит в деревянном тазу, а рядом с ней – кучка дикорастущего женьшеня. Ее когти тут же полоснули по похожему на кусок грязи растению, но молодой мужчина поспешно схватил ее за лапу.

– Тише, испорченный уже не продашь.

– Так вот что… ты продаешь?

– Конечно.

Син Юнь притянул ее лапу и потер ребром люфы[4]. Отмыв одну, он перешел ко второй, как вдруг замер, точно его осенило, и насмешливо посмотрел на Шэнь Ли.

– А ты что подумала?

Его слишком прекрасное лицо на таком близком расстоянии заставило сердце Шэнь Ли пропустить удар. Глядя на его легкую улыбку, она вдруг почувствовала, что с ней заигрывают.

Разгневанная собственным смущением, Лазурная Принцесса резко прикрикнула:

– Какая наглость!

Острый клюв дернулся вперед и угодил прямо в кончик носа юноши. Син Юнь, совершенно не ожидавший нападения, завалился назад и смог вернуть равновесие, только сделав несколько шагов, после чего схватился за нос и опустил голову.

Гнев еще не угас, однако при виде его понуренной головы Лазурная Принцесса задумалась: а не была ли она слишком резка? Что, если она причинила ему серьезный вред? Да и к тому же… вдруг он теперь решит с ней расквитаться? Шэнь Ли молча ждала, что случится дальше.

Пока она мучилась догадками, плечи Син Юня вдруг слегка затряслись. Птица недоуменно взглянула на него, но услышала только смех, который озадачил ее лишь сильнее. Неужели клюв у нее волшебный и превратил его в дурачка?

Син