Меч света - ГоЛеон

Я кивнул, побуждая ее продолжать.

– Я согласилась. И когда поняла, что он и вправду ничего не требует взамен… – Линель замолчала на секунду, будто прокручивая в голове то далекое воспоминание. – Я совершила глупость, поклялась ему от имени своего рода: если однажды смогу спасти ему жизнь, то сделаю это без раздумий… На обратном пути я увидела своих преследователей мертвыми. Все были убиты его клинками, их не спутать: характерные удары, движения. Некоторые из тел… они были изувечены с особой жестокостью. Ты даже не представляешь, сколько раз мне пришлось пожалеть о той клятве. Сколько раз я слышала о Белом убийце, за которым тянется шлейф трупов, чаще замученных, искалеченных. Он убивает не ради наживы, не из нужды, а ради удовольствия. И вот опять. На одной чаше весов – мой род, память об отце, данная мной клятва. На другой – жизнь этого изверга. А я не могу предать их, понимаешь? Не могу!

– Так, погоди. Никто и не просит тебя нарушать клятву, – сказал я. – То, что ты мне все рассказала, уже спасло ему жизнь. Сейчас мы приготовим славный обед и ужин, ляжем спать, а за три часа до рассвета пойдем к ним в гости. Зайдем с трех сторон: ты и Гёте – с противоположной, а к Белому пойду я. Один.

– Только будь осторожен. Он и правда очень опасен.

– Ты волнуешься за меня?

– Вот еще, – парировала эльфийка, задрав носик, быстро встала и пошла в сторону лагеря. А я с довольной ухмылкой, разве что не урча от удовольствия, неторопливо побрел следом.

Гном уже успел разделать зайцев и, насадив мясо на шампуры, принялся обжаривать его над костром. Вскоре мы все уселись за трапезу. Даже Мудрец к нам присоединился, правда не спуская взгляда с Кисы. Он явно ее побаивается, и, надо сказать, не зря: я и сам к ней отношусь настороженно. Спокойный с виду зверь, а в бою – живая катастрофа.

Во время еды я вкратце изложил план предстоящей операции. После этого отправил Мудреца к ближайшей заставе, благо путь до нее занимал не более одного дня. Он унес послание для короля, в котором я указал точное место, где оставлю для него подарок. С одной важной поправкой: Белый должен остаться в живых. Пусть гниет в тюрьме до скончания веков, но не обретет того, чего желает. Ведь все, что он делает, он делает ради смерти. Он молится ей, живет ради нее, мечтает стать ее рыцарем. Потому и нельзя даровать ему то, к чему он стремится.

Перед выдвижением я решил пробежаться по своим возможностям и выбрать, что пригодится в операции.

Плащ охотника – оставляю (он всегда на мне и выручал уже не раз). Оружие и основная экипировка – само собой. Свиток призыва нежити – нет (в нем есть что‐то слишком мрачное, насыщенное темной энергией, будто способное – а вдруг? – отразиться на мне; оставлю на самый крайний случай). Призыв суккуба – тоже нет (слишком неоднозначная штука).

Отмычка же давно лежала в моем кармане. Приятно, конечно, иметь при себе легендарную вещицу, но, по правде говоря, больше у меня с собой ничего и не было. Я не жалуюсь: все, что есть, по-настоящему ценно и в нужную минуту может сыграть решающую роль. Проблема в том, что эта самая минута… лучше бы она не наступала.

Ни свитка, способного выжечь полмира, ни артефакта, меняющего ход битвы, – ничего подобного при мне нет. А значит, если все пойдет не по плану, придется действовать по старинке. Дедовским способом: с головой и кулаками.

Я всегда завидовал тем, кто может уснуть в любое время, стоит только дотронуться до подушки. Я так не умею. Как и договаривались, поужинав, мы отправились отдыхать, но сон долго не шел. Нет, конечно, при определенных условиях я отключаюсь, будь то полное изнеможение или действие алкоголя, но сейчас я не мог себе это позволить.

С трудом заставив себя уснуть, я проснулся на удивление легко. Впрочем, как и весь отряд. По лицам было видно, что мы полностью готовы к бою. Чтобы не сбивать настрой, мы молча собрались и выдвинулись на позиции. Линель набросала подробную схему лагеря, так что каждый знал, что и как нужно делать. Я лишь попросил дать нам двадцать минут форы и только после этого начинать операцию.

Вполне привычная для меня ситуация: диверсионная вылазка в стан врага с последующей ликвидацией командного состава. На учениях я отрабатывал ее не раз, но в бою – ни разу. Вы не подумайте, я не жалею. Наоборот, мне очень повезло, что так и не довелось повоевать по-настоящему. Будем считать, что это мое боевое крещение. Конечно, сравнивать боевые учения с этой вылазкой не совсем правильно: там, пусть и в максимально приближенных к реальным условиях, тебе противостоят подготовленные солдаты, а тут – лишь горстка пьяных крестьян.

Всю службу мне пытались вбить одну простую истину: неважно, насколько слаб противник, хоть бы и плюшевые мишки против тебя стояли, – нельзя его недооценивать. Нельзя позволить себе расслабиться. Одна ошибка может стоить не только срыва всей операции, но и жизни твоих боевых товарищей.

Дойдя до условного места, мы разделились. Подойдя на довольно близкое расстояние от лагеря, я заметил пост охраны. Бойцы, которым положено было следить за подступами к лагерю, тихо и мирно спали. Мне не составило бы труда их убрать, но я не стал: неизвестно, в чье поле зрения они могут попасть. Накинув капюшон и активировав тем самым маскировочные свойства плаща, я, прячась в тенях, проскользнул мимо поста. Избегая света факелов, двинулся к нужному шатру. Он заметно выделялся среди остальных палаток – в первую очередь размерами, а еще тем, что был единственным охраняемым.

У входа дежурил внушительного вида бугай. Убедившись, что поблизости больше никого нет, я метнул два ножа. Один вошел точно в шею, другой – в центр лба. Тело плавно осело на землю. Подскочив, я оттащил его за ближайшую палатку и, активировав навык невидимости, проскользнул внутрь.

Белый безмятежно спал на широкой двуспальной кровати. Не теряя времени я наложил «стан», быстро связал эльфа прочной веревкой и вставил в рот кляп.

Через минуту действие заклинания закончилось, и Белый тут же заерзал, яростно дергая руками, пытаясь освободиться. Но не тут‐то было: обездвиживание противника путем грамотного связывания конечностей – один из базовых навыков диверсанта. В свое время этому на