Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Глава 21

Война — это Искусство

Поляна в садах Лилии была разворочена нашей битвой. Вокруг догорали остатки некогда прекрасных цветов, воздух был наполнен запахом гари и крови.

— Десять тысяч лет прошло, а ты все такой же… праздничный, — хмыкнул я, крепче сжимая рукоять Клинка Бездны, — Может, тебе стоит попробовать садоводство? Говорят, успокаивает нервы.

Карнакс рассмеялся, но в этом смехе не было ни капли веселья — только звериный оскал и жажда крови.

— А ты все такой же любитель потрепаться, — процедил он.

Я смотрел на Карнакса, и невольно в памяти всплывали картины прошлого. Того времени, когда бог войны был… другим. Не таким безумным, более человечным, что ли. Мы даже почти дружили — не так близко, как с Ноктусом, но всё же…

Помню, как накануне очередной битвы с титанами мы сидели у костра, обсуждая стратегию. Карнакс тогда был совсем другим — спокойным, рассудительным воином. Его глаз (тогда еще самый обычный) еще не сводил с ума своим безумным тиканьем и скрежетом. В нем не плескалось то безумие, что появилось позже.

«Война — это искусство, Эстро», — говорил он тогда, задумчиво глядя на пламя, — «Как твоя живопись или поэзия. Каждая битва — это картина, написанная кровью на холсте истории. Каждый маневр — как стихотворная строка… только вместе красок в таких картинах — боль и страдание».

Да, это была его фраза. Я ее очень хорошо запомнил.

А потом случилась та битва… Я до сих пор помню крики титанов, рев призванных чудовищ, грохот рушащихся гор и… тот момент, когда всё изменилось. Когда коготь древнего монстра вспорол лицо бога войны, проникая ему в глаз. Самый кончик когтя зашел Карнаксу глубоко в мозг…

Тогда в первый раз я услышал этот жуткий смех — смех существа, потерявшего рассудок от боли и ярости. Карнакс не умер — он был слишком зол для этого. Но изменился безвозвратно.

Бог-кузнец создал ему новый глаз — шедевр механики и магии. Но что-то в самой сути Карнакса надломилось в тот день. Словно вместе с живым глазом он потерял часть своей души.

Глядя сейчас на бога войны, я пытался найти в нем хоть что-то от того прежнего Карнакса. Но… что-то было не так. Совсем не так.

— Карнакс, — мягко произнесла Айсштиль, делая шаг вперед, — Зачем всё это? Мы же не враги. У нас нет причин сражаться.

Её голос дрожал от едва сдерживаемых эмоций. Для неё это было особенно тяжело — когда-то они были больше чем просто знакомыми… В конце концов Карнакс был ее первым и единственным мужем.

— Вы пришли туда, куда вам приходить не следовало, — ответил бог войны. Но это прозвучало как-то сухо — словно цитируя заранее заготовленный текст.

Похожим образом говорили Осколки, которых подчинил себе Босс Организации.

Его механический глаз крутился с неестественной скоростью, издавая странный скрежет. Что-то было не так с этими механическими движениями, с этими заученными фразами…

— О чем ты? — я внимательно следил за каждым его движением, — Это сад Лилии. Мы имеем право здесь находиться.

— Битва очищает разум, Эстро, помнишь? — вместо ответа произнес он, — Ты сам говорил это, когда забрал часть моих полномочий.

Я нахмурился. Нет, я никогда такого не говорил. Это была любимая фраза самого Карнакса…

— Ты что-то путаешь, — сказал я ему.

Он атаковал без предупреждения — молниеносный выпад Рассветом, за которым тут же последовал удар Заката. Классическая комбинация бога войны, но… слишком классическая. Слишком очевидная.

Я отбил первый удар Клинком Бездны, уходя от второго перекатом. Айсштиль тут же создала ледяной щит, прикрывая мой маневр.

— Прекрати это безумие! — крикнула она, пока морозные узоры расползались по земле, — Мы же были друзьями!

— Друзьями? — Карнакс рассмеялся, но смех звучал неестественно, словно запись на поврежденной пластинке, — Какие могут быть друзья у бога войны?

Я вскочил на ноги, окутывая клинок силой Бездны. Что-то определенно было не так. Каждое движение Карнакса, каждая его фраза — словно взяты из какого-то сборника «Лучшие хиты бога войны».

— Эстро, — прошептала Айсштиль, пока мы кружили вокруг противника, — Ты тоже это замечаешь?

Я кивнул. Да, она тоже это почувствовала. Этот Карнакс был слишком… правильным. Слишком соответствовал образу безумного бога войны. Словно кто-то изучил все истории о нем и создал идеальную копию.

Даже в своем безумии настоящий Карнакс всегда оставался непредсказуемым. Его действия могли быть жестокими, нерациональными, но в них всегда была какая-то своя, извращенная логика. А это существо перед нами просто… следовало программе.

Воздух вокруг нас наполнился шипением — Карнакс активировал боевые печати на своих доспехах. Они вспыхнули кровавым светом, но… свет был каким-то тусклым, неживым.

— Война — это искусство разрушения! — прорычал он, бросаясь в атаку, — А ты, Эстро, пытался сделать из нее балет!

Снова заученная фраза. Снова механические движения.

Я парировал его атаку, позволяя силе Бездны течь через клинок. Айсштиль поддержала меня градом ледяных копий, но Карнакс отбил их с неестественной точностью.

«Слишком точно», — подумал я, — «Настоящий Карнакс никогда не был таким… предсказуемым».

Вокруг нас догорал прекрасный сад Лилии. Светящиеся цветы гасли один за другим, словно звезды перед рассветом. Но даже в этом было что-то неправильное — настоящий Карнакс получал удовольствие от разрушения, упивался им. А этот просто… выполнял работу.

— Знаешь, что самое забавное? — спросил я, уклоняясь от очередного выпада, — Настоящий Карнакс никогда бы не повторил дважды одну и ту же комбинацию ударов. А ты уже третий раз делаешь абсолютно идентичную связку.

Механический глаз существа