Неспокойные артефакты Эм/ Как я влюбилась в дознавателя - Анна Каляда

— Вы решили сменить профессию? — я приподняла бровь. — Из дознавателей — в плотники?

— До того как стать главным дознавателем, я десять лет был полевым агентом, — ответил он спокойно. — Мы там сами себе и плотники, и слесари, и иногда сапожники. Если надо, могу посмотреть ваш ставень. Время до отъезда ещё есть, а вы займётесь своими делами, не отвлекаясь.

Я хотела отказаться — не люблю, когда посторонние люди делают за меня работу. Но, во-первых, Рас уже не был посторонним. А во-вторых, ставень меня действительно бесил последние две недели.

— Инструменты в ящике у двери, — сдалась я. — Если почините ставень, с меня обед.

— С вас уже чай, — напомнил он, направляясь к ящику. — Обед — это перебор. Ограничимся пирогом, который оставила ваша соседка.

— Вы и пирог заметили?

— Я дознаватель, Лирена. Я всё замечаю.

Я фыркнула и вернулась к амулетам. Следующие полчаса прошли в странной, почти уютной тишине: я работала с кристаллами, сверялась с записями, меняла настойки на полках, а из-за спины доносился мерный стук молотка и скрип дерева. Рас работал молча, без лишней суеты, и это было неожиданно приятно — делить пространство с кем-то, кто не пытается заполнить каждую паузу разговором.

— Готово, — объявил он наконец, отряхивая руки от невидимой пыли. — Ставень открывается. И петлю я тоже закрепил. Подсобка больше не скрипит.

Я обернулась. Ставень и правда висел ровно, а дверь в подсобку закрывалась мягко, как новая. Я невольно улыбнулась.

— Спасибо, Рас. Вы не обязаны были…

— Я знаю, — он посмотрел на меня серьёзно. — Но мне хотелось помочь.

И от этой простой фразы — «мне хотелось помочь» — у меня внутри что-то потеплело. Я быстро отвернулась, делая вид, что проверяю замок на витрине.

— Тогда выдвигаемся через четверть часа, — сказала я. — Дайте мне только переодеться. В доме, где четыре месяца никто не жил, вряд ли будет чисто.

— Жду снаружи, — кивнул он и вышел, оставив меня наедине с предательски горящими щеками и метёлкой, которая тихо чихнула синими искрами — на этот раз, готова поклясться, одобрительно.

Я поднялась наверх, накинула поверх платья плотный рабочий фартук, прихватила с собой маленькую дорожную сумку с инструментами — пинцет, лупа, пара диагностических кристаллов, крошечный флакон с нейтрализатором магии на случай, если в доме Инары остались активные заклинания. Подумав, добавила туда же пару булочек, оставшихся от Ричиного утреннего пакета. Никто не знает, сколько мы там пробудем, а на голодный желудок магия слушается хуже.

Когда я спустилась, Рас уже ждал у двери — снова в перчатках, с папкой под мышкой и с тем самым выражением лица, которое я про себя окрестила «дознавательской готовностью». Я повесила на дверь табличку «Закрыто по семейным обстоятельствам» (бабушка говорила, что честность — лучшая политика, но не уточняла, в какой степени), погладила метёлку на прощание и вышла на улицу.

Рыночная бурлила, и на мгновение мне захотелось остаться — просто вернуться в лавку, заварить чай и сделать вид, что никакого браслета не было. Но я знала, что это не сработает. Взломщик где-то там, и он не остановится.

— Готовы? — спросил Рас, протягивая мне руку, чтобы помочь спуститься с порога.

Я вложила ладонь в его ладонь — тёплую даже через перчатку — и кивнула.

— Готова. Ведите, главный дознаватель.

Он чуть сжал мои пальцы и отпустил. И мы двинулись в сторону Верхнего города, туда, где четыре месяца назад умерла женщина, которая всего лишь хотела открыть чайную лавку.

Дорогие читатели!

Спасибо, что провели это время со мной и Лиреной. За то, что не заскучали над папкой с показаниями, не осудили Сэма за долги и начали подозревать всех вокруг — как и положено.

Впереди — дом с призраками прошлого, бабушкины архивы, новые улики и разговоры наверху, от которых даже метёлка смущается. Будет тепло, тревожно, смешно и немножко романтично.

Подписывайтесь, чтобы не пропустить продолжение. Дальше — интереснее.

Спасибо за каждый отклик. Вы — лучшее, что может случиться с историей, которая начиналась с метёлки и заката на Рыночной улице.

Ваш автор — Анна Каляда