Компания «Охотники на монстров». Альфа - Ларри Коррейя

Кошмары. Эрл их никогда не видел. Зато многим в них являлся.

– Этот сукин сын украл у Шэрон лучшие годы жизни, а я не смог ее защитить. И вот теперь узнал, что он живой… Убей его, Эрл. Уничтожь. Я хочу, чтобы он почувствовал то, что чувствовала она. Я видел, на что ты способен. Сделай это ради отряда. Ради нее. А когда уничтожишь… Схожу к Шэрон на могилу, расскажу, что все закончилось.

Эрл поднял бутылку.

– За тех, кто ушел.

Они чокнулись.

– За павших друзей и дохлых краснопузых.

За это Эрл Предтеча выпил с удовольствием.

Наутро после первого превращения я проснулся голый в луже крови. Чужой крови. В фермерском домике-пуэбло на берегу реки. Хлипкая дверь, сорванная с петель, лежала на дворе, окруженная клюющими травку курами. Семью фермера размотало по всему двору, по стенам, по потолку, замесило в грязь на земляном полу. Я все еще чувствовал их привкус во рту. Куски мяса застряли у меня в зубах.

Это трудно объяснить. Когда я в другой форме, то и воспоминания другие. Их сложно пересказать человеческими словами. Это словно проснуться ото сна, который едва помнишь… Вот только я не забыл, что сделал с ними. У К.О.М. тогда мало было сведений о вервольфах – сборная солянка из мифов и баек, но теперь я знал, как передается проклятие. Один укус месяц назад. И моя жизнь кончилась.

На полпути к колодцу я нашел фермерский «Кольт Нэви». Я все еще чувствовал удар пули, пробившей мне ребра там, где под запекшейся кровью больше не было раны. Смутные воспоминания намекали, что пуля меня взбесила. Кольт фермеру ничем не помог, но теперь, стоя на ярком утреннем солнце, я молился, чтобы сейчас он на мне сработал. Я убивал монстров. Я не собирался сам становиться монстром. Поэтому сунул дуло под челюсть так, чтобы мне разнесло заднюю стенку черепа.

Я знал: остальные точно скоро найдут это место – наверное, уже разглядели кружащих стервятников. Увидев, что со мной случилось, охотники научатся на моих ошибках. С этой мыслью я спустил курок.

А потом очнулся с головной болью. Как я уже писал, мы тогда мало знали о вервольфах.

* * *

Хизер Керконен не обязательно было работать в ночную смену. Как старшая по званию, она могла брать себе только дневные, но по натуре была совой. Да, ночные смены отнимали шанс на хоть какую-то личную жизнь, но, за исключением мелких происшествий типа драк в баре или хулиганства, ночью обычно бывало тихо, даже мирно.

Прошлая ночь стала исключением: звонки шли один за другим. Полиция нашла в кемпинге какого-то бродягу, орущего о конце света, и отвезла в ближайший участок с обезьянником – в Коппер Лейк, где чокнутый вырвал кусок из руки офицера, пока его паковали.

Хизер, только что заступившая на дежурство, решила проблему щедрой струей из перцового баллончика и дубинкой.

Потом поступил звонок о двух туристах, которые отправились в горы и до сих пор не вернулись, но это перекинули на поисковиков округа Барага.

Потом заявили о пропавшем человеке: мистер Луара не дошел домой с работы, наверное опять свалился где-то пьяный…

Но это все отошло на второй план: она узнала, что Джо Бакли задрал медведь.

Конечно, в Северном Мичигане водились и медведи, и волки, но никто вспомнить не мог, когда они в последний раз на кого-то нападали. Услышав паникующий голос в трубке, Хизер сперва не поверила. Решила, что это ошибка. До Клифф Роад она гнала словно безумная, но к тому времени, как добралась, Бакли уже погрузили в скорую. Прогноз был мрачный, и, увидев кровавую лужу, из которой достали Бакли, она поняла, что друг умрет.

Его обнаружила Нэнси Рэндалл. Бедная женщина была в шоке. Рассказывала полицейским, что слышала вой. Но это, конечно, абсурд: такого ни один волк не смог бы сотворить. Когти, оставившие царапины на капоте, проткнули металл!

Через полчаса подъехали люди из Департамента окружающей среды и волонтеры с умелыми охотничьими собаками, но ни единого медвежьего следа не обнаружили. Собаки отказывались слушаться. Обнюхав землю вокруг покореженной машины Бакли, они сбежали, зажав хвосты между ног, и никакими уговорами нельзя было заставить их вернуться.

Хизер охотилась в этих лесах с детства – не для удовольствия, просто семья у нее была нищая, мясо на столе появлялось, только если ей удавалось что-нибудь подстрелить. Вот только она понятия не имела, как выслеживать зверей. Сидя на охотничьей вышке и поджидая оленя, следопытом вроде Дэви Крокетта не станешь. Но она достала из машины дробовик «винчестер», заряженный тяжелыми пулями, и пошла искать.

Мокрую землю так изрыли ботинками, что даже с фонариком следов было не найти, и рассвет не помог. Приехали еще волонтеры, но чертов медведь ушел.

Когда она вернулась, место преступления уже кишело «лесниками» из охраны окружающей среды, и сам шериф приехал раздавать приказы. Кай Хинце был шерифом с тех пор, как Хизер вернулась в Коппер Лейк из Миннеаполиса. Пятьдесят лет, пятьдесят кило лишнего веса и жесткий сдвиг на научной фантастике – Хизер от своего босса многого не ожидала, но шериф Хинце оказался хорошим лидером, ему не было плевать ни на своих помощников, ни на округ. Его все время переизбирали, потому что, в отличие от своего некомпетентного предшественника, он искренне заботился о людях, и весь Коппер его за это любил.

Он как раз говорил с одним из егерей. Тех независимые личности, жившие в городках вроде Коппер Лейк, наоборот, недолюбливали. Ей уже приходилось иметь с ними дело, когда она подростком охотилась на дичь как в сезон, так и не в сезон. Самыми противными