Чудовище Невы - Ирина Ширяева

Ну а вдруг? Все мы живые люди.

Пассажиры в вагоне, однако, особой живости в поведении не проявляли. Они выглядели суровыми, собирали горестные складки на лбу, тревожно переговаривались. Несколько раз прозвучало слово «Атакан».

Митя спохватился. Как-то очень некстати увяз он в чувствах – своих и чужих.

А между тем созревание монстра совершенно очевидно движется к развязке. И вот-вот рванёт. Причём никто даже приблизительно не представляет, что это будет. Во что выльется грандиозный цикл созревания заложенного почти два века назад под Литейным мостом философского яйца. Наверное, этого не знал даже сам Пель. А может, знал, поэтому и хотел предупредить, оставил послание.

Увы, от предупреждений толку уже нет. Остаётся только надеяться, что в своём письме алхимик не только предостерегал, но и оставил годную инструкцию, как уничтожить монстра.

Только вот как до этого послания добраться? Предположительно, его срисовала девочка Женя из альтернативной реальности. Но путь туда – через туман Литейного моста, а его охраняют грифоны.

Как найти другой путь? За какую ниточку ещё потянуть, чтобы как можно быстрее распутать клубок?

Ну да, есть зацепка с футболкой Лядащева… Но очень не хочется втягивать любимого преподавателя в опасный водоворот.

Так! Что значит «не хочется»?! Городу грозит опасность, какие уж тут «хочется-не-хочется»! Он просто обязан отработать версию с футболкой! В конце концов, можно ведь просто спросить.

Выйдя из метро на Невский и направляясь к дворцу Белосельских-Белозерских, Митя набрал номер Лядащева.

– Здравствуйте, Геннадий Николаевич!

– О, Митя! – обрадовался тот. – А я как раз собирался тебе звонить!

– Вот как! А что, был повод? – насторожился парень.

– Ну конечно! Я видел тебя вчера на эскалаторе…

– Да! Я вас тоже видел! – нелюбезно перебил Митя, изобразив порыв юношеской непосредственности. Надо же было как-то поскорее перейти к интересующей его теме. – Вы ещё были в такой классной футболке! С надписью… эм… «Цой жив!», что ли? Это что-то концептуальное?

– Понятия не имею, что эта надпись обозначает! – рассмеялся Лядащев. – Мне эту футболку студенты подарили. Кто-то оставил на кафедре пакет, подписанный моей фамилией. А там – эта футболка и открытка с подписью: «Поздравляем с окончанием учебного года!» И забавные такие стишки…

– Здорово, – искренне порадовался Митя.

Уф-ф! Ну вот всё и объяснилось. Лядащев не виноват. Его подставили.

– Извини, но я хотел спросить, – продолжил Лядащев. – Зачем ты вчера поехал на Финляндский вокзал, то есть к Литейному мосту? Именно сейчас, когда все стараются удрать оттуда подальше?

– Э-э-э… – растерялся Митя от такого прямого напора. И ляпнул наугад: – Наверное, затем же, зачем и вы…

– Я так и думал! – обрадовался Лядащев. – Ты тоже хотел понаблюдать за этим мистическим туманом над Литейным мостом?

Так. Теперь ясно, что делал там Лядащев. Значит, надо срочно выяснить, не докопался ли преподаватель до чего-то нового и важного.

– Ну… да… – буркнул Митя.

– Молодец! Ведь это необходимо сделать именно сейчас, когда там проходят какие-то процессы очевидной активизации мистического объекта! Это уникальный случай для наблюдения! Другого такого не будет! – увлечённо рассуждал преподаватель.

Конечно, не будет. Когда монстр разнесёт всё на атомы, вообще ничего не будет.

– Извините… – опять слегка перебил Митя, чтобы ускорить процесс. – Неужели вы прошли по Литейному мосту?!

– Нет, к сожалению, – вздохнул Лядащев. – Не решился, честно говоря, – и уныло добавил: – И вообще, признаться, никаких америк вчера не открыл… Увы! Ничего такого, на чём я смог бы построить внятную концепцию происходящего… А у тебя как? – в голосе преподавателя прозвучала надежда.

Митя задумался на пару секунд. Стоит ли прямо сейчас посвящать блистательного собеседника в тайны самодеятельного следствия? Безусловно, ГеНи стал бы неоценимой находкой для процесса. С его-то острым умом, безразмерной эрудицией и парадоксальным мышлением!

Но, с другой стороны, эта мутная история с футболкой… Судя по всему, Лядащев, так или иначе, вовлечён в какую-то интригу Каменщика. И контакты с ним могут быть опасны.

– Да в общем тоже ничего… – наконец выдавил из себя Митя.

– Эх! Жаль! – закручинился импульсивный Лядащев. Но тут же опять оживился: – Митя! А что, если нам встретиться прямо сейчас?! Сложить наши наблюдения за мистическим объектом и проанализировать! – и с жаром добавил, уже загоревшись идеей: – Это следует сделать непременно! И немедленно!

Митя застонал от досады.

Вести беседы с любимым преподавателем в неформальной обстановке! Вместе рассуждать на актуальные темы, слушать ГеНи… Наблюдать, как при твоём скромном участии рождаются теории, которые завтра с пылу с жару будут пересказываться по коридорам и аудиториям универа как знаковые новинки… Да об этом мечтает каждый его ученик! Но Лядащев очень редко удостаивает кого-то такой чести.

И вот – Мите повезло! Да ещё как!

Однако кто бы мог предположить, что именно сейчас воплощение мечты окажется тормозом и помехой для гораздо более важной миссии.

– Простите… Простите… – залепетал парень в трубку. – Но… прямо сейчас… Я никак… У меня друг ранен… Я должен к нему…

– Ну что ж, – не скрывая своего разочарования, прервал ГеНи Митины потуги объясниться. – Жаль! Привет другу! Пускай поскорее выздоравливает.

И отключился. Кажется, потеряв к любимому ученику всякий интерес.

Эх!

Утешает одно: ГеНи ни в чём не виноват. Футболку ему зачем-то подкинули.

Хотя мутный осадочек от разговора всё-таки остался.

Вообще, Лядащев вовсе не наивен, всяческие психологические загадки щёлкает на раз-два. А тут как будто верил каждому слову Митиного неуклюжего вранья.

Ясно, что в эти роковые для Петербурга дни преподаватель всё своё внимание отдал разгадке феномена Атакана. Потому может чего-то не замечать.

И всё же не совсем понятно: кто из собеседников кого обманул?

А главный вопрос: откуда взялась на кафедре футболка? Если её действительно принесли студенты, то кто именно мог это сделать?

Первым предполагаемым доставщиком артефакта стал Валерка Антипин – вечный начинщик сомнительных забав.

Но если по градусу склонности к издёвкам над ближним Валерка идеально соответствует образу Каменщика, то внешним приметам никак к этому образу не подходит. Ведь Валерка длинный, а Каменщик невысокий и, судя по прикидкам, внешность менять не умеет.

Зато у Валерки есть верный друг и вечный адъютант – якут Аян, который как раз имеет весьма миниатюрное телосложение. А потому очень подходит под Лизино описание сеньора Алессандро, он же Каменщик.

Правда, Лиза ничего не упоминала про азиатский разрез глаз «итальянца». Но из-за капюшона и маски «сеньора», да просто из-за собственного волнения девушка могла этого не разглядеть.

Митя, правда, полагал, что Каменщик – одиночка, но…

Тут парень обнаружил, что дошёл до самых дверей дворца Белосельских-Белозерских.

Ну что ж, придётся тему отложить. Ненадолго.