Магазин волшебных питомцев 7 - Сергей Шиленко

— Отлично выглядишь, Стася, — сказал я, чтобы разрядить обстановку. — Я уже думал, ты не появишься.

Она чуть порозовела и поправила выбившуюся прядь.

— Спасибо, Денис. Я… просто задержалась… Вот, заметила вас и решила подойти, поздороваться. Заодно посмотрю инициацию.

— Ага, инициацию она пришла смотреть, — скривилась Алиса. — Платье три часа гладила исключительно ради первокурсников, да?

Стася вздёрнула подбородок:

— Я хотя бы умею одеваться к месту и уважать праздник. В отличие от тех, кто ходит на торжественные мероприятия в траурном.

— У тебя на платье, кстати, пятно, — Алиса ткнула пальцем. — Вот тут, у пояса.

Стася дёрнулась. Лёгкая голубая ткань тревожно зашуршала, когда она принялась лихорадочно ощупывать абсолютно чистый лиф.

— Где? — её голос дрогнул.

Весенний ветер прошумел в кронах, сбрасывая на асфальт пару сухих чешуек.

— Шутка, — припечатала Алиса с видом абсолютного превосходства. Её серебряные побрякушки тихо звякнули.

Стася резко выдохнула, её глаза вспыхнули от гнева.

— Шувалова, я тебя сейчас…

— Это была проверка на нервы, — перебила колдунья. — Ты её провалила.

— Я вчера до трёх ночи паяла контур! — возмутилась Стася, сжимая кулачки. — У меня нервов нет, у меня одни катушки остались!

Тоша тяжело вздохнул. Его туша с царапающим шорохом сдвинулась по камню, но пока вставать между хозяйкой и её противницей он не стал. Я потёр переносицу, чувствуя, как от их перепалки начинает гудеть голова, и примирительно поднял ладони.

— ДЕ-ВОЧ-КИ.

Они повернулись ко мне.

— Что? — спросили обе одновременно. И с абсолютно одинаковой, звенящей от возмущения интонацией.

— Ничего. Любуюсь.

Пока они не вцепились друг другу в волосы, решил перевести тему в более безопасное и насущное русло.

— Стася, твой отец приедет на праздник?

Наш последний разговор с Беломором состоялся на юбилее Хмельникова, когда Гипподрак превратил его в объект садового искусства. Встречаться с главой империи конкурентов, который спит и видит, как бы стереть мой магазин в порошок, сейчас совершенно не с руки.

Стася покачала головой, на её лице мелькнуло облегчение от того, что я сменил тему.

— Нет. Он… он сегодня не приедет. У него срочное совещание, какие-то проблемы в северо-восточном отделении. Так что я одна. Ну, с Тошей.

— Свобода! — резюмировал Архимед. — Папаша не уследит! Две дамы — один Денис! Любовный тр-р-реугольник! Султан доволен!

Алиса закатила глаза, а Стася густо покраснела, но ни одна из них никуда не ушла. Обе остались стоять по разные стороны от меня, сверля друг друга взглядами. Тоша, поняв, что женских боев в грязи не предвидится, снова закрыл глаза, всем своим видом показывая, что он выше человеческих страстей.

* * *

Гомон оборвался не сразу, а волной — будто кто-то провёл по поляне невидимой рукой. Сначала смолкли первые ряды. Потом средние. Потом даже родители за барьером перестали перешёптываться.

На помост поднялся человек.

Я, честно говоря, ждал другого. Мантия. Свита. Посох. Ну хотя бы хороший костюм.

По настилу неторопливо шёл пожилой мужчина в простом тёмном пиджаке и вязаном свитере под ним. Невысокий, крепкий, с широкими плечами. Окладистая борода. Седые волосы коротко стрижены, брови щёткой. Руки большие, с узловатыми костяшками.

В правой он держал эмалированную кружку. Обычную, с синим ободком.

Рядом с ним, заметно отставая, шёл старый пёс — рыжий, с седой мордой и мутными глазами. Ректор шёл медленно, подстраиваясь под собаку, но ни разу не обернулся проверить, идёт ли она. Просто держал темп.

Тихон Савельевич Железнов (Ранг S, Уровень 87). Ректор МГАМИ. Архимаг. Тот самый дед, который может испепелить город левой пяткой, но предпочитает попивать чаёк.

Железнов подошёл к микрофону, поставил кружку и оглядел поляну. Не торжественно. Просто посмотрел, как на непаханое поле перед работой. Пёс уселся рядом с кафедрой и вывалил язык.

По краям поляны засуетились люди в жилетках прессы. Три телевизионные бригады с массивными камерами синхронно взяли ректора в фокус. Над ними зависла парочка дронов-операторов с логотипами центральных магических каналов. Заморгали красные огоньки записи.

Архимед тихо произнёс мне в ухо:

— Дед — стр-р-рашный.

— Дед серьёзный, — поправил я.

— Стр-р-рашный, — упёрся какаду и прижал хохолок к затылку.

Железнов наклонился к микрофону.

— Здравствуйте, — сказал он.

Голос оказался негромкий, чуть хрипловатый. При этом его было слышно над всей поляной — и я готов поспорить, что микрофон тут вообще ни при чём.

— Мне полагается сказать речь, — продолжил ректор. — Я произношу её двадцать второй год подряд. И с каждым годом делаю всё короче, потому что знаю: сейчас вы меня почти не слышите. Внутри у вас всё сжимается от страха. Страха оказаться пустышкой.

По поляне прошёл вздох. Очень хорошо слышный, в восемьсот грудных клеток.

Чьи-то пальцы осторожно, почти невесомо, коснулись моей ладони. Стася тихонько переплела свои пальцы с моими. Её рука была прохладной и едва заметно дрожала. Она смотрела на подростков, закусив нижнюю губу. Видимо, вспоминала о собственной инициации.

Алиса тихо фыркнула.

Снизу раздался звук, похожий на работу дизельного генератора. Я опустил взгляд. Тоша развалился на асфальте, вытянув задние лапы. Чешуйчатые бока мерно вздымались, а из ноздрей вылетали крохотные искры.

На фоне его эпического храпа драматизм момента немного поубавился.

— Я знаю, о чём вы сейчас думаете, — голос ректора стал чуть жёстче. — Каждый из вас надеется на чудо. На высокий ранг, на редкий боевой класс, на силу, которая перевернёт мир. Но я скажу вам правду. Не каждый из вас будет доволен тем, что получит. Кто-то уйдёт отсюда с E-рангом. Кто-то получит дар, который покажется ему бесполезным. Кто-то решит, что его жизнь кончена, не успев начаться.

Он сделал паузу, вглядываясь в толпу.

— Это ложь. Ранг — это не приговор, а всего лишь стартовая черта. Погода на сегодня, а не климат на всю жизнь.

Кто-то в толпе нервно закашлялся. Железнов не сводил глаз с подростков.

— Я вырос в глухой деревне на Северной Двине, где единственным магом был фельдшер-отставник. Получил ранг E и слабый дар управления пламенем — едва хватало, чтобы разжечь костёр без спичек. Отец хотел, чтобы я продолжил рыбачить. Мать настояла на поступлении в Академию.

Он поднял руку.

— Я прибыл в Москву в латаном пальто, с деревянным чемоданом и десятью рублями в кармане. С трудом прошёл вступительное испытание. На факультете магии стихий оказался самым слабым. Однокурсники-аристократы