Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

   Доехали быстро. Двое матросов занесли в каюту бессознательную графиню и бросили на кровaть, словно тюк.

   Старик подошел к Анисии и приложил ладонь к ее лбу. Девушка вся горела. По закону к ней должны вызвать целителя, нo, видимо, всем было наплевать. Бедняжка стала никому не нужной, одна перед целым белым светом.

   – Ничего, девонька, потерпи. Я не я буду, если не вытащу тебя.

   Старик достал большую бутыль, налил из нее в кружку воды. Нагрев магией, закинул туда несколько щепоток лечебного цветка, размял пучок трав. Заваренный травяной сбор должен помочь девушке прийти в себя.

   Через полчаса он напоил Анисию отваром и, намочив обильно им же лоскуты ткани, положил на истерзанную спину.

   До места назначения они плыли сутки. На следующий день, ближе к обеду, их высадили на суше, носившей название остров Надежды. На прощание один из матросов дал им два одеяла, подушки и немного еды.

   – Спасибо, ребята. Сделанное добро обязательно вам зачтется, поблагодарил старик и поклонился.

   – Скажи, отец, зачем ты пошел на это?

   – Графиня за свою короткую жизнь сделала намного больше, чем любой из толстосумов, которых я знаю, – ответил доброволец. - Вся ее вина в том, что не сдержала магию и ненарoком убила своего мучителя. А именно им и являлся ее муж.

   Матросы лишь покивали и вернулись на корабль.

***

Анна Семеновна Пирогова возвращалась с практики домой, в небольшой городок под Москвой. Сельхозработы в Рязанской области, на которые отправляли студентов сельскохозяйственного института, наконец-то закончились. Теперь можно вздохнуть с облегчением: впереди два месяца летних каникул.

   Аня мечтала съездить к отцу с матерью. Они уехали в Крым, вступать в наследство. После смерти маминой мамы, Аниной любимой бабушки, остался дом в небольшой деревне на берегу Черного моря. Родителям стало жалко его продавать, и они, немного подумав, отписали дочери квартиру, а сами переехали в дом бабушки вместе с двумя младшими сыновьями. Через неделю Аня собиралась в гoсти, уже мечтая о том, как будет загoрать и купаться в море.

   Визг тормозов она услышала слишком поздно. Только почувствовала резкий тoлчок в бок, а потом пришла всепоглощающая боль. В голове успела пронестись мысль: «Я очень хочу жить!» и наступила темнота.

   Аня плавала в непонятном густом тумане.

   – А ты уверена, что хочешь жить? - послышался мужской приятный баритон.

   – Да, очень хочу.

   – Могу тебе предложить жизнь в другом мире. Согласна?

   – А в своем нельзя?

   – Нельзя. Твое тело слишком повреждено, вернуть тебя просто некуда. Или соглашаешься, или идешь на перерождение. Каков твой выбор?

   – Хорошо, согласна.

   Тут ее закрутило, и она провалилась в какую-то воронку. А следом Аня ощутила сильную боль в спине, отчего застонала.

   – Ничего, девочка, справимся. Ты должна жить, - услышала она тихий старческий голос.

   Перед глазами замелькали эпизоды из жизни графини Анисии Александровны Лусской. Счастливoе детство и юность, смерть родителей, замужество, издевательства мужа, избиения, пьяные оргии. Последнее, оставшееся в памяти событие, - экзекуция. И Аня поняла, что это теперь ее жизнь.

Аня то приходила в себя, то вновь проваливалась в беспамятство. Но когда бы она ни открыла глаза, старик всегда находился рядом и успокаивал.

   Первый раз Аня пoпробовала встать лишь на пятый день. Она попыталась сесть, но ничего не вышло. Тело было как тесто и не хотело слушаться хозяйку.

   – Ох, деточка! На поправку пошла, хвала Всевышнему!

   – А мы где? - хриплым голосом спросила девушка.

   – Нас, милая, закинули на остров Надежды. Скажем так, на выживание. Пока ты была в беспамятстве, я немного обследовал окрестности. Здесь есть питьевая вода, это успокаивает, но настораживает, что невдалеке лес и, вполне возможно, там водятся хищники. А оружия у нас с тобой нет.

   – Мы здесь навсегда? Или есть надежда?

   – Судья сказал, что через три года корабль вернется. Это если он не забудет. А коли на твое наследство, доставшееся от мужа, найдется хозяин, то и специально могут забыть. Мол, не выдержала, умерла. Вариантов много, милая. Но я предупредил сыновей, чтобы через три года навестили судью. Если он не примет их, то дети сами приплывут за нами.

   – Ох, дедушка, эти три года ведь ещё прожить надо как-то, – переживая за их будущее, ответила Аня.

   – Γрафиня… – начал старик, но девушка перебила, наконец-то вспомнив его имя:

   – Какая я теперь графиня, дед Стефан? Так, обычный человек без роду и племени, - она усмехнулась. - Просто Анисия. Или Аня.

   – А вы были и навсегда остаетесь моей госпожой, графиня. Но, коли вам угодно, буду звать Анисия.

   На том и порешили.

   Аня все же умудрилась вылезти из своего закутка и только после этого огляделась. Дед нашел убежище в пещере, метрах в ста от пляжа. За кустами вход невозможно было разглядеть, что очень удобно. Мало ли кто сюда заплывет.

   Еще Стефан сделал лежанки из стволов деревьев. К счастью, он захватил с собой небольшой топорик, а для отделения сучьев использовал дар огня. Сверху набросал ветки вечнозеленого растения, напоминающего ель, но с более мягкими иголками, а на них – одеяла. Получились импровизированные кровати.

   Костер разводил на улице лишь раз в день, приготовить еду. В мешочке, переданном матросами, оказалось вяленое мясо и хлеб. Из мяса старик варил бульон, так что на первое время им еды хватило.

   Но, увы, заправлять бульон было нечем, и желудок начинал требовать чего посущественнее. На одном бульоне долго не протянешь.

   Когда графиня стала передвигаться без посторонней помощи, дед решил сходить в лес. Хотел немного осмотреться и поставить силки на мелких грызунов. Как Аня успела заметить, в этом мире водились вполне узнаваемые зайцы, лисы и волки, но также встречались и неизвестные девушке звери.

   Стефан ушел, а она расположилась на утесе и принялась наблюдать за океаном. Тихий шум воды и соленый запах, смешанный с