Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Я глава рода и не позволю ребенка лишать детства. Вот повзрослеет, сама сделает выбор, а сейчас, господа, прошу прощения, но мне надо заняться своим ребенком.

Теодор тихо открыл дверь и вошел в детскую.

— Дядя Теодор, я не сплю. Что это было? — девочка, вспомнив, что произошло на экзамене, всхлипнула.

Мужчина приподнял ее и усадил на колени.

— Деточка, ты, не осознавая того, что разговариваешь с призраками, выдала себя. Только те, кто имеет дар некроманта, могут видеть призраков, и то не все, только имеющие сильный дар. Эти коршуны, как только поняли, в чем дело, сразу заявились сюда предлагать свои услуги в раскрытии дара некроманта.

— А как же магистр Лионил?

— Магистр молодец, он долгое время работал в академии и даже какое-то время занимал пост ректора, быстро поставил их на место и, подхватив тебя, приехал домой. Вызвал целителя, но тот сказал, что у тебя на фоне переживаний из-за экзамена сильное переутомление, поэтому ты потеряла сознание.

— А Стан где?

— Стану дали успокоительное, он очень сильно переживал за твое состояние, и дар стал неконтролируемым. Он облил всю комиссию потоком воды, — Теодор улыбнулся. — Целитель дал ему успокоительного, сейчас он спит в своей комнате.

— Уже не спит, — рассмеялась звонко Ириска. И показала на дверь. В проходе стоял Стан и, пошатываясь, с закрытыми глазами медленно двигался в сторону кровати Ириски, даже не соображая, что делает. Добравшись, он обнял подушку, на которой лежала девочка и спокойно заснул.

— М-да, — произнес Теодор, даже во сне чувствует, что должен находиться рядом для защиты.

— Дядя Теодор, я хочу тебе открыть большой секрет.

— Я люблю секреты, — улыбнулся мужчина.

— Думаю, что он тебе не очень понравится, — девочка тяжело вздохнула. — Ты, вероятно, замечал, что я иногда говорю непонятные вещи, сама не зная, откуда это, хотя смысл иногда до меня доходит?

— Замечал, и не раз.

— Так вот, приступообразные головные боли у меня происходили от того, что я не могла вспомнить, кто я и откуда. Видимо организм требовал задействовать мыслительный процесс, а у меня не получалось. От этого я сильно мучилась. Когда я поняла, что передо мной не живые люди, а привидения, то страх и шок привели к тому, что у меня вновь из-за воспоминаний разболелась голова. Я не просто потеряла сознание, потому что, когда очнулась, поняла, что вспомнила все.

— Видишь, детка, без прошлого, как ни говори, тяжело жить, — лицо его стало пасмурное, видимо он вновь вспомнил своих близких.

— Дядя Теодор, я из другого мира, — девушка пристально смотрела на своего опекуна, пытаясь понять, как он отреагирует на эту новость.

Он потрогал ей лоб, чтобы убедиться, что жара нет, затем поинтересовался:

— Голова больше не болит? — он с сочувствием посмотрел на ребенка.

— Дядя Теодор, я понимаю, что это трудно принять, но это так.

— Хорошо, я попробую поверить, только попробую. Рассказывай.

— Зовут меня Татьяна Алексеевна Волкова. Я родилась в небольшом городке на берегу великой реки Волга. Окончила школу и поехала поступать в медицинский институт, но не добрала баллов и поступила в медицинское училище. Выучилась, получив образование фельдшера, это что-то наподобие целителя в этом мире. Домой возвращаться не хотелось, и я осталась работать в столице нашей республики, городе Казани на скорой помощи. Это такие механические кареты, на которых разъезжают целители по городу, чтобы оказать помощь, кому она требуется. Однажды я шла домой на съемную квартиру и увидела, как молодые ребята избивают пожилого человека. Тот лежал на земле и уже не шевелился. По первому виду было понятно, что они были обкуренные.

— Это как понять?

— Потом объясню. Я закричала и тем самым испугала их, они разбежались в разные стороны, но далеко убегать не стали.

Подбежав к пострадавшему, стала нащупывать пульс, но его не было. Они избили мужчину до смерти. Так и сидя на коленях перед телом, я с возмущением закричала, что они подонки, которых земля не должна носить. Хотела начать делать искусственное дыхание, как почувствовала, что нечто вошло в меня в бок с правой стороны. Успела только подумать, что там печень, и рана смертельная. Напоследок услышала слова того, кто меня пырнул ножом: «Нам свидетели не нужны, овца». Сильная боль и блаженство, так мне хорошо никогда не было. Я, словно пушинка, летала в мироздании, рядом находились такие же пушинки, одни посветлее другие потемнее, но были и такие, от которых свет шел до того сильный, что освещалось все вокруг на несколько километров вперед. Неожиданно я оказалась в каком-то радужном тумане, и в голове услышала приятный мужской голос: «Она подойдет, можешь отправлять». Очнулась уже, когда Стан грел мои руки, но мысли в голове и память о прошлой жизни исчезли до сегодняшнего дня, — девочка улыбнулась.

Теодор недоверчиво посмотрел на ребенка.

— Сколько тебе было, когда умерла?

— 24, только справила день рождения.

— Маленькая еще совсем, — грустно подытожил он.

Если сравнить его возраст с возрастом юной девушки, то разница была ощутимой. В этом мире жизненный цикл магов составлял в среднем триста лет, все зависело от магии. Теодору же было 68, он считался молодым мужчиной, а Ириска с Станом — несовершеннолетними детьми. Совершеннолетие в мире Фаэта наступало в тридцать, но если ребенок был сиротой, то он мог подать заявку в мэрию, и с 17 лет имел все права совершеннолетнего. Обычно в такой просьбе не отказывали. Ему давали подъемные, а дальше он должен был выкручиваться сам. Как раз это и хотел сделать Стан, убегая из приюта.

Неожиданно руки девочки вцепились в рубашку Теодора, взгляд ее был устремлен в угол комнаты, а лицо с каждой секундой становилось все белее.

— Детка, посмотри на меня, — спокойным голосом произнес опекун. Ириска опустила глаза и испуганно посмотрела на Теодора.

— Ничего не бойся, это просто души умерших людей, который не ушли на покой, а наблюдают за нами. Причинить вред они тебе не могут, а вот защитить — да. Спроси их, что они хотят?

— Светлого дня, господа, что вы хотите? — говоря, Ириска продолжала держать за руку опекуна, так ей было намного спокойнее. Она ощущала физически его заботу.

Одно из привидений отделилось от стены и подплыло ближе.

— Просим прощения, юное дарование. Дело в том, что мы случайно услышали разговор между моим внуком и теми, кто находился у нас