Турецкий. Цейтнот - Андрей Лучиновский
"Да их тут, как грязи. За деревьями два транспортника стоят, каждый – рыл на двадцать. Но снаружи пока только три боевые тройки, разошлись в разные стороны, разведку проводят. Одна из них, на которую мы нарвались, движется к точке нашего выхода. Возьми левее, тогда вы с ними разминётесь. Если, конечно не будете ломиться, как лоси."
Услышав последнюю фразу, мне пришлось тут же остановиться, вскинув вверх сжатый кулак. Топот позади меня мгновенно стих, а в мою спину по инерции воткнулся Миша, чуть не сбив меня с ног.
– Пардон, Кирилл Андреевич, – прошептал он извиняющимся тоном.
Повернувшись назад, я пару раз качнул рукой в нужном направлении и, перейдя на шаг, повёл группу в обход.
"Лёня, что на стоянке?"
"Туда пошла вторая тройка, но судя по всему они о ней ничего не знают, идут гораздо правее. Насчёт них не волнуйся, я их сейчас сниму. Поторопитесь, буду ждать возле флайеров."
"То не бегите, то поторопитесь… Лёня, только не убивай никого, полиция нам не враг."
"Ну ты уж из меня маньяка-то не делай, Кира," – усмехнулся Рысь и замолчал.
А ведь мы уже почти пришли, в просвете деревьев мелькнули наши машины. Я снова поднял вверх руку, давая знак остановиться, и громким шёпотом скомандовал:
– Белка и Дюжина, ко мне! – и как только рядом со мной появились бойцы, скомандовал, – Бегом к машинам, заводите и подгоняете ближе к нам.
На всё про всё у них ушла всего минута. В машину, пилотируемую виконтом, залезли Рысь, Михаил и Вжик с Фаренго, а я, Лика и Дана разместились у Белки. Но едва наши флайеры приподнялись над землёй, как с правой стороны поляны из-за деревьев выскочили затянутые в чёрное фигуры и, подбадривая себя криками и стрельбой поверх машин, бросились нам наперерез, явно намереваясь взять нас живыми.
– Жми на полную, Матрёшка! – крикнул я Белке и проорал в рацию, – Лёша! Стартуй на максималках!
До первых полицейских оставалось уже метров двадцать, когда машина Дюжины, резко набрав скорость, заложила крутой вираж влево и скрылась в чаще. Повторив манёвр виконта, наш флайер тоже начал крутить пируэты, уворачиваясь от замшелых древесных стволов.
– Кир, по-моему, оторвались, – заметила Белка.
Я повернулся к сжавшимся на заднем сиденье девчонкам и улыбнулся:
– Ну, как вы там, девочки?
Лика сидела согнувшись, прикрывая собой, лежащую у неё на коленях, голову Даны.
– Нормально, – хором ответили девушки.
Включив рацию на передачу, я поинтересовался:
– Лёша, ты куда рулишь? Сбавь скорость, давай определимся на местности.
– Уже определились, Кира, – из "мыльницы" раздался голос Рыси, – До трассы осталась пара километров. Сейчас махнём по второстепенной, повернём налево и выскочим на Московское шоссе.
В принципе, мы так и собирались сделать, когда обдумывали маршрут нашего переезда – двигаться сразу на запад было рискованно. Если нас начнут искать, то пусть думают, что мы рванули вглубь азиатской части Империи. В Новгороде нас уже ждали перекладные флайеры, на которых мы должны были доехать до Пскова. А вот оттуда уже было несколько путей на наш выбор.
– Главное, чтобы выезды перекрыть не успели, продолжил Рысь, – Тогда уйдём. До Новгорода двести километров, это всего час езды.
Через минуту мы уже неслись в сторону Москвы, но пересечь границу города так и не успели. Неожиданно раздался взрыв, по ушам стегнул мерзкий свистящий звук какой-то техники, после чего началась беспорядочная стрельба. Флайер виконта, несущийся метрах в двухстах впереди нас, резко подпрыгнув, перевернулся. Но уже через мгновение вокруг него заколыхалось, спрессованное до твёрдости стали, марево воздушного щита, который здорово исказил очертания машины и выползающих из него людей; в той машине находились оба наших воздушника, – и Дынин, и Малютин, – поэтому щит получился двойной и преломление света многократно усилилось.
Моментально сбросив скорость, Белка направила нашу машину к обочине и, перелетев через небольшую насыпь, мы оказались в чистом поле.
– Вика, давай к ним поближе! – я вытянул руку в сторону придорожного лесочка, – Облетай вон ту посадку по дуге, зайдём с тыла!
Подняв флайер чуть повыше, Белка направила его в указанную сторону, не забывая маневрировать, то и дело кидая его из стороны в сторону.
– Ребята пару минут продержатся, откатывать время пока не хочу, надо узнать, что это за уроды за нами охотятся.
– Кира, а у меня кольцо готово.
Я криво ухмыльнулся:
– Не учи учёного, Данька, у меня с тринадцати лет в голове калькулятор щёлкает. Пятиминутное тоже откатилось, так что прибереги пока дар и используй только по моей команде.
Пока я разговаривал с сестрой, наш флайер, описав неширокую дугу, оказался позади лесополосы.
– Тормози, Матрёшка, высаживаемся! Девочки, я по центру, вы идёте чуть позади по бокам. Вика – ты слева, Лика, вы с Даной справа.
– Какой чуткий у меня муж… – тихо произнесла Лика, – Беременную жену и ребёнка в пару поставил.
– Это кто тут ребёнок? – возмутилась сестра, – Да я…
– Цыц, мелочь пузатая, – оборвал я её излияния, – Вы отлично друг за другом присмотрите. Всё, вперёд.
– Ну если только так, – многозначительно заявила Лика, поднимая дверцу флайера вверх.
Чёрт, лучше помолчать… пока мысли не станут цензурными. Я с ума сойду с этими женщинами, потому что у каждой из них свои индивидуальные тараканы. Вот думаешь – всё, изучил этих насекомых вдоль и поперёк. Ан нет, уже новые откуда-то набежали – ещё непознанные и напрочь загадочные.
И в этот момент словно кто-то ударил по кузову тяжёлой кувалдой. Лика отпрянула от двери, а Дана скорчилась на полу между сиденьями, пытаясь создать джет. Лязг передней дверцы заставил меня бросить взгляд на пустующее водительское место, потому что Белка уже была снаружи и, выставив перед собой ледяной щит, прикрывала бок флайера.
– Слева вылезайте! Быстрее! – прокричала она, перекрывая своим голосом громкое шипение, испаряющегося под огневыми техниками льда.
Это точно не исошники, только полные дебилы могли атаковать морозный щит файерболами. Вокруг моментально распространилось облако такого густого и плотного пара, что под его прикрытием мы с Даной не торопясь отправили сквозь белую завесу с десяток мощных джетов. После чего впереди раздался мощный взрыв и наступила тишина.
– Продувка, – скомандовал я, совершенно забыв, что воздушников среди нас не было.
Но Вика поняла меня правильно, сконденсированный пар пролился на землю мелким дождиком. Перед нашими глазами возникли развалины блокпоста, которые сочились алыми языками пламени. Когда-то белые бетонные стены исходили чёрным дымом, вокруг лежали в неестественных позах человеческие тела, чем-то неуловимо напоминающие брошенные кучи грязного тряпья. В нос ударил запах сгоревшего пороха и жареного мяса.