Кристи Голден - Сага о Тёмных Тамплиерах

И затем спокойным мысленным голосом Зератул рассказал об изучении следов протосской энергии, излучаемых с неизвестной луны.

— Это случилось вскоре после смерти Рашжагал, — сказал он. — У нас не было записей о поселении протоссов в этом квадранте. Но то, что мы нашли…

Джейк пожалел, что не может просто соединиться с разумом Зератула так, как это происходило с Замарой. Но подобное было невозможно. Разум Зератула не был так переплетен с разумом Джейка, как Замара, и он понял, насколько нескладным может быть общение при помощи только слов. Впрочем, у Джейка сложилось впечатление, что даже если бы удалось соединиться с Зератулом на столь глубоком уровне, Прелат скорее постарался бы передать эту истории как можно более отстраненно и безэмоционально.

Что, разумеется, встревожило его еще больше.

— Мы удивились, обнаружив поселение терранов, где импровизированные стасис-камеры питал энергией протосский пилон. Ужас и отвращение возросли, когда мы поняли, что в одних из этих клеток содержались плененные протоссы, а в других- зерги. И зерги, и протоссы находились глубоко в криогенном сне. Но самым шокирующим открытием стало то, что кто-то экспериментировал над нами и зергами.

Он открыто посмотрел на Джейка.

— Они экспериментировали с их ДНК… Соединяли гены протоссов и зергов, чтобы создавать гибридов, столь гнусных и отвратительных, что даже сейчас я с трудом могу говорить об этом спокойно.

И действительно, Зератула била дрожь. Не от страха — от ярости. Джейк ни капли не винил его в этом. Его разум вернулся к картинам иссушенных тел в подземельях под Айуром — тех, которые он видел собственными глазами, и которые видел Темлаа. А затем он подумал о таинственных цистернах, полных чернильно-черной жидкости, и вспомнил чувство ужаса, которое исходило от них — чувство столь сильное, что Замаре пришлось воздвигнуть преграду, чтобы защитить его.

Его желудок перевернулся.

— Эти… кем они ни были… это новые зел-нага? Генетическая комбинация протоссов и зергов?

— Нет, — быстро ответила Замара, и Джейк закрыл глаза от облегчения. — Нет. Эти создания — настоящая мерзость. Они не имеют никакого отношения к естественному жизненному циклу зел-нага. Я скорблю о протоссах, подвергшихся подобному насилию. Зел-нага по-своему безжалостны, но вовсе не до такой степени. То, что ты видел, Зератул, и что, возможно, наблюдали и мы в пещерах, — нечто совершенно иное. Нечто совершенно неправильное, чего не должно было быть.

Зератул, похоже, тоже испытал облегчение, однако гнев от того, чему он стал свидетелем, все еще вызывала в нем легкую дрожь.

— Все это координировалось человеком. Или, по крайней мере, тем, кто казался человеком. Он заявил, что существует в течение многих тысячелетий и известен под разными именами. Единственное, что известно о его настоящей личности мне, — имя, которое он решил раскрыть: Самир Дюран.

Имя ничего не говорило Джейку, но, определенно, было знакомо Замаре:

— Дюран… Так звали консорта Сары Керриган.

— Ну-ка, ну-ка, я думал, что Итан — ее консорт? — спросил Джейк, озадачившись.

— Дюран оставил Керриган, — ответил Зератул. — Он заявил, что превосходит ее и служит гораздо более могущественной силе.

Джейк постарался понять все это. Каким-то образом, соответственно психологии зел-нага, зерги и протоссы должны были быть объединены. Но гибрид, которого видел Зератул, был вовсе не этим.

А значит, он был кем-то другим. А значит…

— У кого-то хватило самонадеянности, или глупости, попытаться обойти зел-нага, — выдохнул Джейк. — И если они преуспеют…

— Перерождение зел-нага не случится. Вместо этого во Вселенной появится чудовищное и могущественное существо, искажающее сущность протоссов и зергов, и все, что мы знаем и чем дорожим, падет при его пробуждении.

Это были ужасные, отчаянные слова, но Джейк ощутил, что они едва царапнули поверхность. Зератул оставался почти неподвижным — за исключением дрожи от ярости. Он сидел на корточках, но теперь поднялся на ноги одним мгновенным движением, которое заставило Джейка вздрогнуть.

— Мы провели здесь уже достаточно времени. Мы поделись теми историями, что было необходимо рассказать. Настало время действовать. Мы не знаем, кто или что стоит за этими событиями, но мы знаем, что в какой-то мере в это вовлечены Улрезаж и Самир Дюран.

Он посмотрел на Джейка сияющими глазами, обращаясь одновременно к нему и к Замаре.

— Наше пророчество утверждает, что повторное появление Сумеречного Спасителя станет предвестником трагедии. И чтобы победить, мы должны будем объединить то, что прежде противостояло друг другу. Мы видели это в Адуне — первом, кто использовал энергии протоссов Айура и темных тамплиеров, чтобы защитить последних и спасти первых от трагической ошибки, восстановиться после которой было бы невозможно. Мы увидели это в Тассадаре, когда он начал слушать меня и учиться тому, чему я мог научить его. Ни один учитель никогда не был так горд своим учеником, как горжусь им я. И он также многому научил меня. Тем вещам, о которых до недавнего момента я забыл.

Джейка вновь коснулась тень стыда Зератула, но в нем не было жалости к себе — лишь признание, принятие и решимость двигаться дальше.

— Я полагал, что пророчество исполнилось, когда Тассадар объединил нас, когда все вместе мы сражались с зергами и делали все возможное для спасения своего народа. Он принес себя в жертву, чтобы уничтожить Сверхразум. И все же, трагедия, с которой мы столкнулись сейчас, еще более отвратительна и жестока, чем потеря нашего родного мира. Она может привести к потере… всего.

Его глаза ярко вспыхнули.

— Я думаю, что, возможно, Анах Су’н еще раз проявит себя перед тем, как все будет сказано и сделано. Но прежде всего, мы должны позаботиться о вас — о вас обоих. Есть место, одно из тех, где темные тамплиеры осели вскоре после того, как были изгнаны с Айура. Хоть мы и провели многие сотни лет, изучая Пустоту, с тех пор как обнаружили Элну, мы не забыли ее. Это место, где хранится история и знания. В действительно наше название, Алис’арил, означает «Святилище мудрости».

Зератул засомневался.

— Однажды я задумывался о том, чтобы отправиться туда паломником. В каждом из нас живет необходимость поступить так, поскольку у нас нет Хранителей, чтобы сохранять наши воспоминания.

— Я помню, что однажды ты говорил о подобном способе сохранения знаний среди вашего народа, но ты не сказал мне, где находится это место, — ответила Замара. — Вот почему я искала тебя.