Борис Карлов - Очертя голову, в 1982-й

Как и предполагал Альтшуллер, в понедельник утром Карклина хватились по-настоящему. Вечером Змий собрал Политбюро. Феликс Петрович вылетел в Москву самолётом.

Рубцов открыл заседание и обрисовал ситуацию.

Никто не видел, как Карклин покидал полигон. Никто не видел его где-нибудь позднее. Его семье ничего не известно. Спецслужбы подняли на ноги вчера вечером. Результатов нет.

Змий предложил высказываться, но все молчали.

В зависшей тишине Архаров налил в стакан минеральной воды и выпил большими глотками. После этого опять стало тихо.

— Фёдор Иванович, — обратился Президент к Коренному, — ты как думаешь?

— Сбежал в Америку, сволочь, — выдавил из себя Коренной после паузы.

— Семён Степанович?…

— Согласен, — откликнулся Архаров, не поднимая глаз.

— Феликс Петрович?…

— Согласен, — буркнул Коршунов.

— Что-что?… И ты согласен?

— Все мои люди на ногах; если он в стране, его найдут живым или мёртвым.

Опять стало тихо, и опять Архаров шумно налил себе и шумно выпил стакан минералки.

Президент грохнул кулаком по столу:

— Идиоты!.. Как он мог сбежать? Когда он сбежал? Он пропал, растворился на пустом месте!..

Архаров облизал пересохшие губы. Именно это он видел собственными глазами. В определённом состоянии он вообще видел много чего необычного.

— Чёрт с вами, от вас никакого толку. Нужен кто-то на его место. Все эти его гипнотические излучатели — детский сад. Нужно форсировать ОС, Бомбу, Оружие Сдерживания. Нужны первые результаты. Тогда не понадобится никаких ракет, никаких излучателей. Затраты на оборону — ноль копеек.

Президент посмотрел на своих друзей-заговорщиков.

Архаров пьёт. Коренной слишком глуп. Коршунова некем заменить. Рубцов пока нужен ему самому…

— Я сам…

У Коршунова опустилось сердце.

— Я сам займусь этим делом. Карклин саботажник. Вы все саботажники. Результаты будут через неделю. Свободны.

Трое членов Политбюро поспешили к выходу столь резво, что в дверях произошла заминка.

Накопившиеся дела задержали Коршунова в Москве, и он вернулся в Питер только во вторник вечером. А утром, не теряя времени, спустился в Город.

На причале Асфоделового луга его встречал озабоченный Мерехлюдин, зачем-то вырядившийся в парадную военную форму. Не обратив на него внимания, Коршунов зашагал в сторону лаборатории, к Альтшуллеру. Но Мерехлюдин снова возник у него на пути, и на этот раз пришлось остановиться.

— Конфиденциальный разговор, товарищ командующий Городом! — отрапортовал Мерехлюдин, сделав строевой шаг вперёд. — Личное.

Коршунов сдержался, чтобы не послать его матом.

— Потом, после подойдёшь.

Мерехлюдин засеменил рядом, но, не находя слов, замедлил шаг и отстал.

На всех парах Коршунов влетел к Альтшуллеру и плюхнулся в кресло. Несколько находившихся в лаборатории сотрудников на цыпочках удалились.

— Миша, вы уверены, что испытание Бомбы приведёт к катастрофе?

— Добрый день, Феликс Петрович, рад вас видеть.

— Змий назначил самого себя начальником ВПК.

Альтшуллер оторвал пальцы от клавиатуры и крутанулся в кресле лицом к Коршунову. В наступившей тишине было слышно, как вертит на столе лопастями вечная мельница. Но теперь во вселенной уже не было ничего вечного.

— Подключайся к Сети. Сегодня же. Даю полный карт-бланш.

Выйдя из лаборатории, Коршунов снова увидел Мерехлюдина. Тот шагнул навстречу и забормотал:

— Феликс Петрович… Товарищ маршал…

— Ну, что у тебя? Плохо выглядишь.

— Уделите время, товарищ маршал. Сейчас. Наедине.

— Ладно, пошли. Перекусить можно, чтобы не взорвали?

— Да, наверное… Окунь…

— Что окунь?

— Окунь, Валентин Адамович, интендант. Он распорядился.

В заново отстроенном и охраняемом снаружи взводом автоматчиков банкетном зале суетились официанты. Коршунов залпом выпил рюмку аперитива и закурил. Мерехлюдин не заметил своей рюмки. Вытянувшись через стол, он зашептал, брызгая слюной:

— Альтшуллера необходимо отсюда срочно убрать, вообще ликвидировать. Он водит всех нас за нос, всё это чушь, мистификация, фокусы, он всех нас погубит!..

Вглядевшись в него, Коршунов заподозрил неладное. «А не свихнулся ли он, чего доброго…»

— Погоди, — похлопал он себя по карманам. — Забыл там, в лаборатории… Сиди здесь, я скоро.

Коршунов зашёл в свой собственный кабинет и надавил кнопку вызова:

— Доктора Павлова.

Не прошло минуты, как появился доктор, будто срисованный с портрета члена Первой государственной Думы.

— Иван Иванович, меня интересует состояние здоровья главного инженера.

— Хотите взглянуть на медицинскую карту?

— Нет. В двух словах.

— Полная импотенция и частичное расстройство психики. Это уже становится заметным?

— Пожалуй… Его можно поставить на ноги?

— Видите ли, Феликс Петрович, я не любитель вторгаться в чужую личную жизнь…

— И всё таки?

— С некоторых пор Елена Юрьевна ему изменяет.

— С кем?

— С Мишей Альтшуллером.

— Что?!

— Здесь трудно держать что-либо в секрете. Товарищ Мерехлюдин видел плёнку, отснятую в бассейне оздоровительного комплекса. Это его и подкосило.

— Чёрт бы побрал бальзаковских барышень!

— Полагаю, что не обошлось без доброжелателя в лице Софочки Альтшуллер.

— Чёрт бы побрал экзальтированных девиц!

— Все хороши, Феликс Петрович. С Мерехлюдиным будут проблемы до тех пор, пока Елена Юрьевна не станет снова образцовой женой.

— Спасибо, доктор, вы свободны.

С Альтшуллером Коршунов решил поговорить по телефону, коротко и решительно.

— Что у вас с женой Мерехлюдина? — сказал он строго.

— Она меня соблазнила, — ответил Миша, всё взвесив.

Ответ был дан, и Коршунов не стал придираться к формулировке.

— Как давно?

— Месяц назад.

— И часто вы имели с ней… встречи?

— Когда один раз в день, когда два.

— Мерехлюдин узнал только вчера?

— Вчера он увидел запись… Всё остальное зависит от объяснений Ольги Юрьевны.

— Послушайте, Михаил Оттович, вам известно, что генерал-полковник Мерехлюдин является вторым лицом в Городе?

— Клянусь, я вам клянусь, я просто купался в бассейне, я даже не подозревал, что Ольга Юрьевна имеет на меня виды… Вы же понимаете, мне бы и в голову не пришло!..

— Ладно, успокойтесь, я всё понял. Постарайтесь в ближайшее время не попадаться ему на глаза. Думайте, думайте о главном, о нашем деле.