Старатель - Тим Волков
Взгляд главаря был спокоен и уверен. Он уже мысленно считал деньги. Его рука потянулась за пазуху, вероятно, за ножом. Оспенный похабывал в метре от меня, а вертлявый с дубинкой переминался с ноги на ногу.
Я не дал им закончить их представление.
Вместо того чтобы отступить или заговорить, я резко, как пружина, сорвался с места. Не назад, не в сторону, а прямо на главаря. Мое движение было настолько внезапным, что его поросячьи глазки лишь успели расшириться от изумления.
Бить кулаком? Конечно же нет, это было бы бесполезно против такой махины. Всё моё тело, вся инерция броска ушла в жесткий, точечный удар локтем ему в челюсть. Это был грязный приём из забытых уроков самообороны девяностых, но здесь и сейчас правила были совсем другие.
Раздался глухой, хрустящий щелчок, похожий на звук ломающейся толстой ветки. Глаза главаря полезли на лоб, полные не боли даже, а дикого, животного непонимания. Он схватился за лицо, издавая хриплый, пузырящийся звук, и медленно, как подкошенный, осел на землю, судорожно хватая ртом воздух, которого не мог вдохнуть.
Наступила доля секунды гробовой тишины. Смятение и удивление. План нападения бандитов рухнул в одно мгновение. А вы что думали в сказку попали?
Эта пауза мне и была нужна. Оспенный, стоявший ближе всех, опомнился первым. С диким рёвом он рванул на меня, пытаясь обхватить и повалить. Я не стал уворачиваться. Вместо этого я встретил его, сделав шаг вперёд, и всадил ему колено в пах со всей силы. Его рёв превратился в визгливый, женский всхлип. Противник сложился пополам, и моё колено, уже по инерции, жёстко встретилось с его лицом. Послышался противный хруст носа. Оспенный рухнул на грязную землю, катаясь и хватаясь за окровавленное лицо.
— Ах ты сука! — завизжал вертлявый с дубинкой.
Он замахнулся. Но его движение было размашистым, неумелым. Я не стал отскакивать — вместо этого резко нырнул под его руку. Левой рукой перехватил локоть противника, а правой со всей силы врезался ему под ребра, прямо в печень.
Противник ахнул, и из его рта вырвался сдавленный стон. Дубина упала на камни.
Я не стал останавливаться — второй короткий, хлёсткий удар в солнечное сплетение вышиб из него остатки воздуха. Громила отлетел к забору и сполз по нему, силясь вдохнуть и давясь кашлем.
Всё это заняло не больше десяти секунд. Трое лежали: один хрипел, захлёбываясь собственной кровью, второй стонал, зажимая разбитое лицо, третий сипел, пытаясь набрать воздуха в лёгкие.
Я стоял, тяжело дыша, сжав кулаки. Руки гудели, в ушах стоял звон. Адреналин лился по венам раскалённым металлом. Я повернулся к оставшимся двум. Они стояли в ступоре, не веря своим глазам. Их взгляды метались от меня к своим поверженным товарищам. В глазах не было уже ни злобы, ни жажды наживы — только чистый, животный ужас.
Я сделал шаг в их сторону. Всего один. Но они, как по команде, синхронно отпрыгнули назад, подняв руки в защищающем жесте.
— Стой! — сипло крикнул тот, что был постарше, мужчина с обветренным лицом и испуганными глазами. — Сто-ой! Не надо! Мы уходим!
— Мы ничего не хотели! — запинаясь, добавил второй, тщедушный парень, больше похожий на подмастерье, чем на бандита. — Он нас заставил! — он кивнул на хрипящего на земле главаря.
Я не расслаблялся, продолжая дышать глубоко и ровно, следя за их руками. Моя поза говорила сама за себя — я был готов продолжить, если понадобится.
— Поднимите своих товарищей.
Те удивились, но повиновались. Все пятеро теперь с опаской смотрели на меня, с трудом держась на ногах.
— Хотели напасть на меня и отобрать деньги? — спросил я, медленно вытирая окровавленные костяшки пальцев о брюки. — Значит, я так понимаю, они вам нужны.
Старший, с обветренным лицом, молча кивнул, не понимая, к чему я клоню. Его взгляд метался между мной и своим хрипящим предводителем.
— Понимаю, деньги всем нужны. Но деньги можно заработать гораздо более безопасным трудом и без большого риска получить в морду, — я красноречиво глянул на свой кулак. Мужики потупили взоры.
Что ж, это хорошо. Пора их еще раз встряхнуть.
— Хотите… работать на меня? — оглушил я их своим предложением. — Будете честно выполнять порученную работу — будете получать деньги. Не рискуя схватить пулю в лоб или срок на каторге.
В их глазах читалось полное непонимание. Такое развитие событий не укладывалось ни в какие их воровские схемы.
— Работать? — переспросил тщедушный парень, морщась, будто от горького лекарства. — А что… что надо делать?
— Уж точно не махать кулаками! Это у вас получается плохо, — я усмехнулся, глядя на их поверженных товарищей. — Будем мыть золото. Впрочем, кто знает — может и кулаками придется помахать. Работа не самая безопасная!
Глаза бандитов расширились. Золото! Это слово манило многих.
— Мыть? — облизнув губы, прошептал старший, и в его голосе впервые пробилась не жадность, а робкая, невероятная надежда. — И… много?
— Хватит всем, — ответил я коротко и уверенно. Я не соврал. Тридцать грамм с поверхности за полдня говорили сами за себя. С командой даже таких оборванцев мы сможем вскрыть пласт и добраться до настоящей жилы.
Они переглянулись. Безмолвный диалог длился несколько секунд. Они оценивали мое предложение, мой странный поступок, мою силу. Они видели поверженных товарищей и понимали, что у них нет выбора. Но теперь этот выбор был не между жизнью и смертью, а между голодным воровским существованием и шансом на безбедное существование. Вполне неплохой выбор.
— Ладно, — наконец, хрипло выдохнул старший. — Мы согласны. Батько, — он кивнул на хрипящего главаря, — ему доктор нужен. Серьезный.
— Это ваши проблемы, — холодно парировал я. — Через день, на рассвете, будете здесь. С сумками. Берите теплые вещи, сменное белье, рукавицы крепкие. Провизию и инструмент обеспечу я. Опоздаете — уйдем без вас.
Они снова кивнули, уже более уверенно, подхватили своего вояку и, почти не глядя на меня, потащили его прочь, скрывшись за углом. На земле остались лишь пятна крови и