Башня Кристо - Келли Уэст

– Деньги и в самом деле все, что имеет значение! – тявкнула в ответ Эмили.

Когда она встретила Софию, то неплохо зарабатывала в качестве брокера в титульной компании в Финиксе. Рынок недвижимости переживал бум. Она видела будущее, и будущее это было радужным.

А потом случилась та неделя в Италии. Мать Софии с жалостью наблюдала за Эмили, когда та передала официанту свою пустую тарелку.

Такая уж это штука – Старые Деньги.

Деньги можно нажить. Можно покупать дорогие вещи. Это не имеет значения. Породу не купишь ни за какие коврижки. И высокомерно-наплевательское отношение к жизни таких людей тоже достоверно не изобразишь.

В некотором смысле Эмили усвоила этот урок еще ребенком. Когда ей приходилось тщательно планировать, как украсть пакетик чипсов в соседнем минимаркете, или как уберечь свою мать-алкоголичку от падения с лестницы, или как предотвратить появление у порога социальных служб.

Другая штука заключалась в том, что наличие денег вызывает аппетит к еще бо́льшим деньгам. Попытки утолить который не приносят чувства сытости. Или удовлетворения. Такого, когда после вкусной трапезы встаешь из-за стола и понимаешь, что какое-то время можешь обойтись без еды.

– Ибо где сокровище ваше, – прошептала Эмили смутное воспоминание из воскресной школы, – там будет и сердце ваше[14].

Та старая монахиня заставила ее выучить наизусть все Евангелие от Матфея.

Эмили прикинула, что теперь у нее, скорей всего, есть около восьми недель, пока ее босс не узнает об этом. Пока ее не поймают. Она думала, что у нее будет больше времени.

Финансистка… Эмили хотелось рассмеяться. Ее финансовые махинации разрушали жизни.

Она вписалась в это шоу, чтобы выиграть время. Чтобы потянуть его. Чтобы с полным правом пропасть с горизонта и со связи. Чтобы дать своему адвокату время поработать. Время изобразить растерянность. Даже если она и выиграет, то не сможет торчать здесь в ожидании денег. Предполагается, что ее будут ждать чистый паспорт и частный авиарейс из Тетерборо в день окончания съемок.

София будет ждать ее в Дубае. Во всемирном центре по отмыванию денег. Никакой экстрадиции. Это идеальное место для побега. До тех пор, пока подруга не начнет задавать слишком много вопросов.

Однако сначала Эмили придется попотеть семь недель в «Кристо». Семь недель изображать из себя ледяную принцессу, избалованную богатую сучку. Что-то в этом плане не давало ей покоя. Не оставляла мысль, что ничего у нее не выйдет. Что кто-нибудь в «Кристо» просечет, что она не из таковских.

Такое случалось и раньше. Эмили давно следовало усвоить этот урок.

Сначала думать, а потом делать.

Квартира 62Б: Доктор

И зачем он только подался в нейрохирургию?

Доктор Пимпл Поппер[15] заработала в прошлом году семь миллионов долларов. Эта врачиха-дерматолог, которая давит прыщи на «Ютьюбе», наверняка спокойно спит по ночам и попивает «Мимозу» на поздних воскресных бранчах. Доктор Пимпл Поппер не проводит летучки с командой корпоративных менеджеров, пытаясь понять, как втиснуть еще трех пациентов в день в и без того напряженный график. И не читает истории болезни по ночам, когда все остальные наверняка уже давно сидят по домам и смотрят «Янкиз»[16] по телику. Или не забывает позвонить своей матери в день ее рождения. Нет, она давит прыщи!

Доктору Уильяму Борегарду хотелось вернуться назад во времени и начать все сначала. Зачем заморачиваться хитросплетениями мозгоустройства, когда можно просто давить прыщи?

Голос Ведущей вернул его к реальности.

– Итак, – произнесла она, – мне нужно, чтобы вы запомнили, что нельзя смотреть или говорить прямо в камеру. По крайней мере, слишком часто.

«Кристо»… Это его братец, Дэйв, уболтал Бо принять участие в этом шоу. Дэйв работал программистом в крупной айти-компании.

– В самом худшем случае, – сказал брат, – после того как вся эта бодяга выйдет в эфир, я смогу подтянуть кое-какую рекламу на твой веб-сайт, чтобы наконец монетизировать его, и мы сможем заработать тебе немного инфлюенсерских деньжат в соцсетях.

Был и лучший вариант развития событий. Продюсеры сказали Бо, что готовы рассмотреть его кандидатуру и для других телешоу. В роли ведущего. Вроде Доктора Оза или Санджая Гупты[17]. Наконец-то он сможет зарабатывать деньги, какие заслуживает, а то и в кои-то веки не работать во время отпуска.

Бо знал, что у него это просто отлично получится.

Вообще-то объяснять он умел и любил с малолетства. Что угодно мог растолковать, ясно и доходчиво. Именно поэтому в больнице на него возложили преподавательские функции. Это сделало его кабинет в больнице популярным местом тусовки юных интернов, которых приводила в ужас перспектива реального общения с пациентами. Именно поэтому его часто приглашали на консультации, даже когда он был слишком занят, чтобы лично провести какую-либо процедуру. Краниотомии, биопсии, тромбэктомии… После его объяснений у людей появлялось ощущение, что они понимают подобные вещи. И что бы ни понималось под умением найти подход к пациентам, доктор Бо, несомненно, обладал им.

Он был чертовски хорошим нейрохирургом. Вот почему в «Медикорп» согласились подменять его на протяжении семи недель съемок.

Ему было сорок два года, и волосы у него уже начали седеть, а его мальчишеская привлекательность уже не значила так много, как раньше, и люди уже называли его светилом, а бариста в кофейне начали обращаться к нему «сэр». Он никогда не был женат и проводил слишком много времени в пабе «Аквариум», делая вид, будто это ниже его достоинства – клеиться к поддатым старшекурсницам, едва не падающим со своих табуретов у стойки. Друзья называли его «серийным съемщиком», и все обычно лишь посмеивались над этим, но последней девушкой, которую он пытался подцепить, была совсем молоденькая подружка невесты на свадьбе его двоюродного брата – ей не было еще двадцати. Бо был тогда здорово пьян и после долго извинялся и расшаркивался.

Люди больше не смеялись. А потом было то расследование…

Естественно, дисциплинарная комиссия полностью оправдала его. Все для него обошлось. Но вот для его репутации…

Доктор Бо давно хотел укрыться в какой-нибудь тихой гавани. Хотел встретить кого-нибудь. Какую-нибудь жизнерадостную молодуху – может, еще студенческого возраста, с девчоночьим конским хвостиком, которая мечтала бы сидеть дома и нянчить детей, любила бы йогу и тренажеры, и чтоб у нее были богатые консервативные родители с солидной страховкой жизни, которые скоро помрут и оставят после себя прекрасный загородный дом в Хэмптоне.

В этой квартире он и вправду чувствовал себя как дома. На всех кроватях было то же постельное белье от «Ральф Лорен», на которое он потратился, чтобы обустроить свою собственную квартиру. Бо