Зарубежный детектив 2026-15 - Кристофер Райх

— Все готовы?

Эмма Рэнсом покинула дом на рю Сен-Мартен утром, ровно в пять сорок пять. Опустив стекла в машине, она медленно ехала по сельской дороге, вдыхая воздух, насыщенный запахами скошенных трав и плодородной земли. Для работы, которую ей предстояло сегодня выполнить, она решила одеться консервативно, выбрав широкие угольно-черные брюки, черный блейзер и белую блузку. Волосы она убрала назад в хвост и косметики использовала совсем немного. Оружия она с собой не взяла. Единственными рабочими инструментами, которые она положила в дамскую сумочку, чтобы осуществить задуманное, были острогубцы, универсальная отвертка фирмы «Филипс» и коробка с зажимами типа «крокодил». Предметы эти не могли показаться слишком уж необычными для знающего свое дело инспектора МАГАТЭ.

Через пять минут она выехала на автостраду D23 и направилась по ней в сторону Фламанвиля. День опять выдался солнечный, и она быстрым движением надела темные очки. Затем включила радио, немного послушала какой-то рок и выключила.

Съехав с автомагистрали у знака «D4 / рю де Вальмануар», она проследовала дальше по узкому ответвлению, служившему для выезда на то самое шоссе, с которого она только что свернула. Теперь она ехала параллельно автомагистрали. Справа утренний ветер колыхал широкое поле пшеницы. Так она проехала десять километров, пока не увидела дорожный знак с надписью: «Ла Рень-1, Ла Рень-2. Запретная зона. Въезд и проход строго по пропускам». Как предписывал знак, она свернула на узкую двухрядную дорогу, идущую к морю. Взгляд ее остановился на склоне холма, где она прятала свою машину два дня назад, и в памяти промелькнуло все сделанное и увиденное той ночью. Высящаяся впереди ограда представляла собой линию внешнего периметра и тянулась до самого горизонта, как бы деля его на две части, а прямо посреди дороги был расположен КПП. При первом же взгляде она поняла: что-то не так. Нога соскользнула с педали газа. По обе стороны дороги стояло по одному бэтээру, каждый с пулеметом пятидесятого калибра на турели. Из люков выглядывали солдаты. Они, как ястребы в поисках добычи, не сводили с дороги настороженных взглядов.

С большим трудом сохраняя самообладание, она принялась анализировать возможные причины принятия повышенных мер безопасности. Пьер Бертель из Международной корпорации ядерной безопасности обнаружил, что никакая она не Анна Шоль, а обманщица? Британская полиция вышла на того, кто передал Расселу сведения об операции? В самом Кремле прознали о планах Папика и тому пришлось выложить карты на стол? Все эти варианты означали одно: операция провалена.

Призвав на помощь все ту же холодную логику, она перебрала в уме эти версии, а затем по очереди отвергла каждую из них. Если принять в расчет страстное желание Пьера Бертеля уложить ее в постель, представлялось крайне сомнительным, чтобы тот хотя бы на секунду мог усомниться в том, что она не та, за кого себя выдает. С этой стороны новоиспеченной Анне Шоль ничего не угрожало. Во-вторых, даже если бы британской полиции удалось разыскать информатора Роберта Рассела, они получили бы от него не больше информации, чем сам Рассел. Намечается диверсия, но где — неизвестно. Выбранный для нее объект можно искать по всему миру. А если предположить, что враги Папика в Москве узнали о его намерениях, то в подобной ситуации они не сразу сообразили бы, как лучше поступить, и это на первое время парализовало бы их возможные действия.

Эмма повнимательнее присмотрелась к бронемашинам и поняла, что сюда их прислали просто на всякий случай, скорее всего после пропажи ноутбуков. Как бы там ни было, присутствие двух бронемашин без достаточного количества специальных сил поддержки как раз и было признаком того, что ее план остается в силе. Прознай кто-то о нем или хотя бы начни подозревать о том, что «Ла Рень» вскоре станет объектом диверсии, здесь, на КПП, уже стояло бы двадцать бэтээров, а не два, и к ним в придачу еще целый полк вооруженных до зубов солдат.

Эмма поставила ногу на педаль газа, на сей раз куда увереннее. Она объехала бэтээры и остановилась на КПП.

— Анна Шоль, — представилась она, предъявляя документы. — МАГАТЭ.

— К кому вы направляетесь?

— Инспекция без предварительного уведомления. Позвоните мсье Грегуару, начальнику службы безопасности.

— Подождите здесь, — распорядился охранник, в голосе которого прозвучало куда больше настороженности, чем ей бы хотелось.

Взяв удостоверение личности, которое она днем раньше получила в Международной корпорации ядерной безопасности, он пошел в караульное помещение и стал звонить в службу охраны станции. Эмма глянула влево. Пулеметчик пристально наблюдал за ней сквозь светоотражающие солнечные очки. Эмма кивнула ему, но улыбаться не стала. Взгляд пулеметчика словно прилип к ней.

Прошло несколько минут. Эмма сняла руку с рычага переключения передач и держала ее в паре сантиметров над ним. Пальцы, застывшие в воздухе, не обнаруживали ни малейшей дрожи.

Наконец охранник вернулся:

— Проедете дальше триста метров и припаркуетесь на стоянке для посетителей по левую сторону. Мсье Грегуар еще не прибыл, но вас там встретят.

— Надеюсь, что так. — Эмма засунула удостоверение обратно в сумочку, подождала, когда ворота откроются, потом неспешно проехала на парковку.

По пути она взглянула на казармы военизированной охраны слева от нее. Помимо джипов и грузовиков, там стояла одна-единственная полицейская машина, принадлежащая местной жандармерии. Еще одно доказательство того, что никто не догадывается о предстоящей диверсии на «Ла Рень».

Припарковавшись, Эмма быстрым шагом направилась в здание, где находились службы безопасности станции. Войдя, она предъявила свой «атомный паспорт» и положила раскрытую ладонь на биометрический сканер. Сканер подтвердил, что ладонь действительно принадлежит Анне Шоль, после чего Эмме предложили пройти к металлоискателю, а ее сумочку положили на конвейерную ленту и просветили рентгеновскими лучами. Когда сумочка выехала из камеры, охранник внимательно изучил ее содержимое, осмотрев острогубцы, зажимы и отвертку, а также ее айпод, сотовый телефон, губную помаду и прочую косметику.

— Вы инженер? — спросил он, держа в руке острогубцы.

— Инспектор, — ответила Эмма.

Охранник положил острогубцы на прежнее место, вручил ей сумочку и пожелал всего хорошего.

По другую сторону барьера ее поджидал человек средних лет, с внимательными глазами за стеклами практически лишенных оправы очков и со стрижкой «ежиком», которая, верно, выглядела щегольской в далекие пятидесятые.

— Доброе утро, госпожа Шоль. Мое имя Ален Руаяль, я помощник мсье Грегуара. Он еще не приехал, но, я уверен, появится с минуты на минуту. Он никогда не опаздывает. Можете подождать в его кабинете, а я пока позабочусь, чтобы для вас приготовили бейджик, позволяющий передвигаться по станции, а также