Зарубежный детектив 2026-15 - Кристофер Райх

Грейвз позвонил в службу безопасности компании «Водафон». Он состоял в приятельских отношениях с несколькими ее сотрудниками, так что весьма обрадовался, когда в трубке прозвучал голос одного из прежних его сослуживцев из парашютно-десантной части особого назначения. Грейвз продиктовал прежнему товарищу по оружию все три номера и попросил предоставить ему исчерпывающую историю контактов по ним, а особенно проверить, не звонил ли кто с них или на них два дня назад, в одиннадцать часов двенадцать минут по Гринвичу.

Ответа долго ждать не пришлось. За все время пользования первой сим-картой на ее номер поступил всего лишь один звонок, причем именно в одиннадцать часов двенадцать минут по Гринвичу. Более того, эта карта после того стала числиться как технически неисправная. Под «технической неисправностью» в данном случае следовало понимать ее полное разрушение при взрыве. Грейвз пометил этот номер звездочкой. Он принадлежал телефону, использованному во взорванной бомбе в качестве детонатора.

Вторым в списке Грейвза шел номер, соответствующий сим-карте, с которой, собственно, и был сделан тот фатальный звонок. На оперативном языке Грейвз назвал бы его «телефоном террориста». Именно его и запечатлели видеокамеры наружного наблюдения на Виктория-стрит в тот момент, когда, производя взрыв, его держала в руке Эмма Рэнсом.

— И часто с него звонили? — осведомился Грейвз.

— Много раз. Всего сорок или пятьдесят звонков.

Грейвз не мог поверить своим ушам:

— Куда?

— Куда-то здесь, в Лондоне, потом в Рим. В Дублин. В Москву. В Ниццу. И наконец, в Сочи.

— Погоди-ка. Ты говоришь, в Москву?

— Да, в Россию с него сделано несколько звонков. Некоторые из них на мобильный телефон в Москве, как раз четыре дня назад. Еще один раз, в день самого теракта, звонили в Сочи.

Вот оно как. Выходит, Давид Кемпа все-таки говорил правду. У Грейвза не оставалось сомнений, что Эмма вступала в контакт с заказчиком, будь это Сергей Швец или какой-то другой высокопоставленный сотрудник ФСБ.

— А вы можете предоставить по всем этим звонкам GPS-координаты для обоих абонентов, точно указывающие, в каких местах они в тот момент находились?

— С точностью до городского квартала.

— Ну, так давайте. А как насчет звонков, сделанных в Париж?

— Я насчитал четыре таких, сделанных на городской телефонный номер наземной линии связи с кодом парижского региона.

— Городской номер наземной линии? Ты уверен?

Ответ оказался краток:

— Подожди, сейчас посмотрю адрес.

Грейвз принялся в смущении барабанить пальцами по столу. Продолжать звонить с той же сим-карты, которая использовалась в теракте, — приобретенной именно потому, что засечь ее представлялось делом практически невозможным, — было вопиющим нарушением всех правил. От этого за версту несло беспечностью и дилетантством и совсем не вязалось с той тщательностью, с которой была разработана кража компьютерных кодов МАГАТЭ.

— Номер зарегистрирован на имя некоего Г. Бахрейни, проживающего по адресу: рю Жан Матье, дом восемьдесят четыре… — Затем последовала пауза, а потом собеседник Грейвза издал торжествующий возглас и голосом, пресекающимся от волнения, закричал: — Чарльз, ты меня еще слушаешь?! Погоди-ка секундочку… Господи… Ну вот, мы его засекли.

— О чем ты? — спросил Грейвз.

— Как раз сейчас кто-то звонит на номер, зарегистрированный по данному адресу, с одной из тех «симок», про которые мы только что с тобой говорили. Аккурат в этот самый момент они беседуют.

Наверное, Эмма Рэнсом, подумал Грейвз.

— А прослушать можно?

— Увы, не получится.

Грейвз разочаровано вздохнул:

— А откуда звонят?

— И этого тоже не могу сказать. Вызов проходит через вышки мобильного оператора «Франс телеком», так что принимающий сигнал абонент находится в Париже или где-то рядом. Секундочку… Разговор только что прервался. Его длительность составила тридцать одну секунду.

— Свяжитесь с компанией «Франс телеком». Попросите их составить полный список звонков, поступивших на этот номер, и узнайте, сколько времени нужно, чтобы определить местоположение звонящего. Ордер мне удастся подписать к обеду. Это дело чрезвычайной важности, связано со взрывом на Виктория-стрит.

— Приступаю немедленно.

— Да, и что там с последним номером, который я тебе продиктовал?

— С тем-то? Он девственно чист. По нему не звонили.

Грейвза неожиданно посетило страшное предчувствие. Не звонили… пока.

— А можно этот телефон выключить? Ну как бы дезактивировать его… в общем, чтобы он не работал?

— Более чем уверен, что ребята из технической службы сумеют это сделать. Однако понадобится какое-то время, чтобы проследить этот номер по всей системе.

— И сколько на это уйдет?

— Управимся к полудню, самое позднее.

Еще половина суток. Не слишком здорово, но лучше, чем ничего.

— Большое спасибо. Я твой должник. — Грейвз повесил трубку и тут же начал звонить Кейт Форд. — Ну, где вы? — спросил он.

— В Эзе. Обыскиваю дом, в который заявился Рэнсом.

— Кому он принадлежит?

— Юридически он является собственностью маленькой компании под названием «VOR S.A». В компании числится всего лишь один директор по имени Серж Сименон.

— Серж Сименон. Сергей Швец. Имя совпадает. Что вы об этом думаете?

— О чем именно?

Грейвз рассказал Кейт Форд о своей встрече с русским шпионом по фамилии Кемпа и о той информации, которую он только что получил от сотрудника компании «Водафон».

— Телефоном продолжают пользоваться, и штаб операции находится в Париже.

— О боже!

— Нашли вы какую-нибудь ниточку, которая вела бы в Россию?

— Да тут у них в офисе прямо-таки склад газет, напечатанных на кириллице, да еще несколько компакт-дисков с записями русских певцов. Это что, совпадение?

— Конечно нет. Кстати, реактивный самолет еще в вашем распоряжении?

— Он на аэродроме в Ницце.

— Сколько времени понадобится, чтобы долететь до Парижа?

— Если потороплюсь, то три-четыре часа. Что вы хотите там предпринять?

— Облаву, — объявил Грейвз. — Начнем на рассвете.

Солнце встало в Париже в пять часов сорок две минуты. По дороге в город из аэропорта Шарля де Голля Кейт Форд залюбовалась, как его первые лучи освещают купол базилики Сакре-Кёр, стоящей на вершине холма Монмартр. Ее машина промчалась по Новому мосту, и от Сены повеяло приятной прохладой. Кейт успела заметить стоящий выше по течению собор Нотр-Дам. Дальше автомобиль покатил по лабиринту серых и неухоженных улиц. Это был другой Париж, совсем не тот, который ассоциировался с Лувром и Триумфальной аркой, — этот, скорее, походил на пришедший в упадок аванпост колониальной империи, с алжирскими кофейнями, левантийскими ресторанчиками и лавочками, торгующими западноафриканскими нарядами. По мере того как