Код 93. Районы - Оливье Норек

не будем портить место преступления. Ронан, звони криминалистам. Скоро шесть. Когда они сюда доберутся, солнце будет на закате, пускай возьмут прожекторы – один, чтобы освещать снаружи, и два для дома. Сэм, найдешь мне хозяев этой халупы и свяжешься с ними. Я звоню дежурному врачу и прокурору, чтобы получить согласие на вскрытие. Сэм, последний звонок был во сколько?

– Согласно списку входящих, в пятнадцать часов.

– И вызов каждые три часа, то есть, по идее…

Звонок, который раздался здесь в это мгновение, в 18:00, чем-то напоминал кубинскую музыку, в этой ситуации совершенно неуместную. Экран мобильника, застрявшего между двумя ребрами трупа, периодически вспыхивал, демонстрируя надпись «номер неизвестен». Вот уже третий день телефон в определенное время вибрировал; этот последний звонок оказался роковым для обугленных костей, которые его удерживали. Ребра раскололись, частично рассыпавшись в пыль; мобильник провалился внутрь грудной клетки, где исчез, продолжая наигрывать румбу, теперь чуть глуше. Все же Ронану удалось сыронизировать:

– Надо будет предупредить твоего судмедэксперта, что там внутри сюрприз, как в «киндере».

– Я подумаю. Пошли отсюда, не будем больше ничего трогать, сваливаем.

Но Сэм как будто его не услышал.

– Сэм, что ты делаешь? Не подходи.

Тот оставил приказ без внимания:

– Стул. Он не сгорел. Он из пластика, но не сгорел. Пол тоже. Блин, тут вообще ничего не сгорело, кроме него.

Издали видя прожекторы, бросающие резкий свет на дом 23 по Ивовому проспекту квартала Бельведер, прохожие, должно быть, думали, что здесь снимается кино. Работа службы криминалистического учета закончилась лишь около одиннадцати вечера. После осмотра места происшествия встал вопрос, каким образом извлечь тело из дома. Сотрудники похоронной службы пребывали в некотором недоумении. Первый попытался просунуть руки под мышки жертвы, другой осторожно взялся за лодыжки. Кости левого плеча разрушились, рука отвалилась и упала на пол. Один сотрудник едва не выблевал съеденный ужин. Руку осторожно положили на колени ее владельца, и служащие похоронного бюро смирились с тем, что придется вынести труп прямо на стуле. Чтобы снаружи полегче было запихивать его в патологоанатомический мешок.

Кост подошел к группе криминалистического учета и протянул им обнаруженное удостоверение личности:

– Мне еще надо, чтобы вот на этом вы обнаружили отпечатки пальцев. Скажите Недотроге, что к этому прикасались двое – сержант Самюэль Дорфрей и я, капитан Виктор Кост. Извините.

– Ничего страшного, возьмем ваши отпечатки и исключим. Тут все хорошо, мы уже закончили.

Заинтригованный, криминалист посмотрел на Коста:

– Это у вас три дня назад было дело воскресшего?

Прикрыв глаза, Кост кивнул.

– А теперь самовозгорание. Вам в уголовке попадаются удивительные преступления. И это в наше-то время.

– У нас еще случай укуса волка-оборотня; если вас интересует, я сохраню для вас шерсть.

– Вы серьезно?

Кост разозлился: он понимал, что примерно то же самое будет трубить и пресса в ближайшие дни.

– Вы дурак или что? Сделайте мне анализ углеводорода. Версия, что его облили бензином, сожгли в другом месте, а сюда притащили уже потом, куда вероятнее, чем ваша выдумка с самовозгоранием. Когда будут результаты?

– Завтра утром, если начну сегодня вечером.

– Так за дело, Фокс Малдер[16].

Кост отошел в сторонку и прикурил. Привалился к решетке соседнего коттеджа, съехал по ней спиной и сел на корточки. Подперев голову ладонями, он выслушал отчеты подчиненных. Первым слово взял Сэм:

– Хозяева в Каннах, продажу поручили агентству недвижимости, которое обанкротилось. Затем у них не было времени этим заниматься, коттедж стал разрушаться, и они ждали, когда появится немного денег, чтобы отремонтировать его и снова выставить на продажу. Вот уже полгода, как они здесь не появлялись.

– Что еще?

– В доме ничего особенного, я обследовал оба этажа. А вот задняя дверь со следами взлома на наличниках. Не иначе, отжали ломом. Возможно, так и вошли – гораздо незаметнее, чем через переднюю дверь.

Ронан продолжил:

– Я связался с Институтом судебно-медицинской экспертизы, завтра в час дня у них окно в расписании.

– А раньше никак?

– Можно на час пораньше, но доктор Леа Маркан заступает на дежурство в час, и я подумал…

– Час – это хорошо. Сворачиваемся.

– Знаешь, загадочный флик с красивой мордой и голубыми стальными глазами – это проканает примерно на минуту, но, если хочешь, чтобы у тебя с мисс дело хоть немного продвинулось, лучше вам поговорить в другом месте, а не над трупом. Если надо, я тебя потренирую – это практикуется все чаще и чаще, я по телику видел.

Сэм поддержал Ронана:

– Тем более что три дня назад ты ее наверняка уже впечатлил своим зомби, а теперь еще это…

– Если ты произнесешь слово «самовозгорание», я тебя уволю к чертовой матери. Нет, я тебе назначу смены на Рождество и Новый год, а уже потом уволю к чертовой матери. Только тебя возбуждают подобные штуки.

Трое мужчин двинулись по Ивовому проспекту. Тихое мяуканье заставило Ронана обернуться. Сэм нес в тощих руках кота с пиратской мордой.

– Ты серьезно? Что ты собираешься делать с этим уродцем?

– Сегодня у меня по расписанию доброе дело.

Проходя мимо дома номер 15 по Акациевому проспекту, Сэм перекинул кота через ограду, и детский телефон сказал ему спасибо.

Сэм никак не решался отпустить напарника:

– Ладно, а то, что на тебе новая рубашка с двумя расстегнутыми пуговицами и ты в некотором роде побрит, никак с этим не связано?

– Никак, ты меня уже достал.

– Извини, просто мне кажется странным, что ты навел такую красоту ради первого дня лейтенанта Де Риттер. С другой стороны, я тебя понимаю: с такой женщиной тебе ничего не светит.

Кост вместе с новой коллегой вошел в тир. Несмотря на скорее атлетическое телосложение, рядом с ней ему удавалось выглядеть безобидным. Он обратился к своей команде и к инструктору:

– Месье, вы почти все уже знаете нового лейтенанта. Жоанна, представляю тебе Бенжамена, нашего инструктора, и лейтенанта Ронана Скалью, моего помощника, второе лицо в нашей группе, единственного из команды, кого ты еще не видела.

Они поприветствовали друг друга, поколебались между поцелуем и рукопожатием, но так и не выбрали ни того ни другого. Слегка отвернувшись, Ронан шепнул:

– Оставляю выстрел за тобой, Сэм.

– Я же говорю, с такими тебе не светит.

Инструктор приступил:

– Итак, девочки, выдвигаемся на огневой рубеж. Оружие на предохранитель. Вставьте обоймы по пятнадцать. Становитесь в пяти метрах для контактной стрельбы пятью патронами. Шлем