Код 93. Районы - Оливье Норек
– Принято.
Кост остановился перед дверью канцелярии уголовной полиции.
– Зайдешь сюда, представишься, назначат смены, сообщат коды и логины полицейской картотеки, откроют электронный почтовый ящик, проведут в оружейную, выдадут пистолет, тонфу[15] и нарукавную повязку. Канцелярия – это как медсестры; пусть ты даже самый лучший хирург отдела, но, если с ними рассориться, все может моментально усложниться. Перед тем как получить право носить оружие, пройдешь в тире испытания на стенде с мониторами. Группа тебя сопроводит, это даст нам возможность немного притереться друг к другу и посмотреть, чего ты стоишь.
– Принято.
– Ты когда-нибудь говоришь более длинными фразами?
Захваченная врасплох, она быстро взяла себя в руки:
– Просто я…
– Это я тебя подкалываю; все мы когда-то начинали и не знали, что говорить. Не напрягайся, веди себя прилично, не слишком сплетничай, и никто не заметит твоего присутствия. В первые дни именно этого и стоит добиваться. Невидимость.
За спиной Коста появился Сэм и прервал разговор, даже не поинтересовавшись, не побеспокоил ли он их:
– Номер, который передала нам мать Самуа, выявлен в границах Пре-Сен-Жерве. Звонок точно каждые три часа.
– Другие звонки?
– Никаких, только этот каждые три часа в течение трех дней перенаправляется на голосовую почту, при этом не оставляет ни единого сообщения. Первый звонок в девять утра, затем в двенадцать, пятнадцать и восемнадцать часов, последний в девять вечера.
– С девяти утра до девяти вечера… почти совпадает с рабочим днем в полиции. С какой целью? Хочет, чтобы его обнаружили?
Но Сэм уже отвлекся и в упор разглядывал Де Риттер.
– Прости. Сэм, это лейтенант Жоанна Де Риттер. Жоанна – Сэм. Теперь я передаю тебя в руки канцелярии, а нам нужно прогуляться в Пре-Сен-Жерве. Похоже, кому-то хочется, чтобы мы туда отправились.
По дороге к кабинету Сэму не удалось скрыть улыбку.
– Серьезно? Это и есть Де Риттер? Ронан ее видел?
– Еще нет.
– Ты знаешь, что уже два дня у него на уме только ее фамилия?
– Ага, знаю, будет забавно.
15
– Мы еще на месте преступления, господин прокурор. Направляемся к коммуне Пре-Сен-Жерве, в квартал Бельведер. Кровь, обнаруженная на свитере Малыша Кулибали, принадлежит уже упомянутому Франку Самуа, хорошо знакомому нашим службам наркоману. Сходили к его матери, у нее вот уже несколько недель нет от него известий. Она дала нам номер его мобильника. Это тот самый, что зафиксирован в пределах квартала Бельведер.
– Думаете там его отыскать?
– Да нет, просто установка границ зоны – это помогает нам найти если не точный адрес, то хотя бы район. Все легче, чем жилой комплекс из пятнадцати двадцатиэтажных домов. С другой стороны, на свитере его кровь, так что у меня есть сомнения насчет состояния его здоровья. Но как только мы что-нибудь обнаружим, я вам позвоню.
Отключившись, Кост убрал мобильник в куртку. Ронан был за рулем, а Сэм на заднем сиденье, бессовестно привирая, описывал ему Жоанну Де Риттер.
– По-моему, давно пора! В группе не хватало хорошенькой попки, достало уже пялиться на твои бедра, Сэм. Я, знаешь ли, не фанат тюремных нравов, а в нашем управлении даже пофлиртовать не с кем.
– Ты просто плохо ищешь.
– Говорят, они шифруются. Носят спортивные костюмы и плюют на землю, чтобы выглядеть как можно менее женственными. А возвращаясь с вечеринки, вынуждены, прежде чем появиться у себя на районе, переодеваться в метро. Для некоторых здесь девушка, которая носит юбку, заведомо шлюха.
– Ты сгущаешь краски, Ронан.
– А девчушка, которая совершила самоубийство прямо у себя под окнами?
– Это просто из-за того, что она встречалась с парнем не из своего района. Но ты-то говоришь о той, которой ножом расписали лицо в клеточку.
– Ну да, каждый раз их путаю.
* * *
Машина припарковалась на вершине холма Пре-Сен-Жерве.
– Сэм? – позвал Кост.
Тот положил планшет на капот машины и, нажав что-то на экране, открыл карту местности.
– Хорошо. Квартал представляет собой квадрат из четырех улиц. В нем три проспекта, названных именами деревьев; лично я предпочитаю, когда называют именами поэтов, ну да ладно. Итак, у нас тут Акации, Ивы и Каштаны. Я заглянул на сайт недвижимости. Нам предстоит обойти семьдесят четыре дома. Мобильник в одном из них.
– А если нам хоть немного повезет, рядом с мобильником обнаружится и Франк Самуа.
– Да ты просто оптимист, Ронан. Как мы действуем, Кост?
Несколько мгновений тот размышлял.
– Я с этим кварталом хорошо знаком. Здесь нет ни одной виллы дешевле четырехсот тысяч евро, а наш парень не может столько платить даже в качестве жильца. Либо его кто-то приютил, либо он поселился в заброшенном доме. Лично я склоняюсь ко второму варианту. Можно обшаривать дом за домом, а можно сразу найти старуху, которая знает квартал, шпионит за соседями и собирает все сплетни. Без толку заглядывать в дома, где есть сад с детской площадкой, особняки, перед которыми стоят новые тачки, и те, на которых спутниковая антенна. Так что надо найти нашу старуху. Ронан, ты берешь Акации, Сэм – Каштаны, я – Ивы и первый, кто что-то найдет, звонит остальным.
Трое полицейских разошлись по разным улицам, и спустя каких-то двадцать минут тем, кто связался с остальными, оказался Ронан. Сэм и Кост встретились с ним у дома номер 15 по Акациевому проспекту.
– Вам понравится. Улов что надо. Знаете, что это?
Ронан предъявил игрушечную рацию – круглую и розовую, привязанную к решетке виллы и обращенную в сторону запущенного сада. Из зарослей сорняков едва выглядывала небольшая статуя неведомо кого, а почтовый ящик украшала табличка «Осторожно, злая собака».
– Детский, чтоб его, телефон на прием и передачу. Она их развесила вокруг своей халупы.
Сэм удивленно присвистнул:
– Поздравляю, ты нашел местного параноика.
Из детского телефона раздалось:
– Длинный с дурацкой рожей остается снаружи, чтоб в мой дом ни ногой! Мы еще посмотрим, какой я вам параноик!
Все трое подняли глаза и увидели в окне чей-то силуэт. В солнечных бликах на стекле разглядеть как следует не удалось. Потом силуэт исчез.
Ронан был на седьмом небе –