Код 93. Районы - Оливье Норек

– О сборе средств договорился?

– Да. С государственным секретарем. Я использую одну из наших «спящих организаций», они как раз на такой случай.

– Которую?

– Одну из самых первых, которые я создал: Ассоциацию по оздоровлению облика жилых кварталов.

– Сколько там аванса?

– Пятьсот тысяч евро из специальных фондов Матиньона. Но у них уже есть подсчет общей суммы. Они предлагают тебе пять миллионов, если беспорядки прекратятся в течение сорока восьми часов. Купишь себе совершенно новый город, красивую избирательную кампанию и кучу избирателей.

– В Вилье-ле-Бель было четыре и шесть десятых миллиона, меньшего я и не ожидала. И каким образом они это проведут по отчетности?

– Частично через Управление по благоустройству территорий, которое передаст фонды через Национальное агентство городской реконструкции. Остаток разместим в другой подставной организации с целью… – Он взглянул в бумагу, которую держал в руках. – Вот: «создания новой окружающей среды – более здоровой и пригодной для жизни». Долго размышлять не пришлось, название мне буквально продиктовали. Знаешь, я думаю, они начинают привыкать.

Весперини поудобнее устроилась в кресле:

– Хорошо. В таком случае надо незамедлительно связаться с банком. Мне нужны триста пятьдесят тысяч наличными, сейчас.

– Так много?

– Они же хотят, чтобы я все сделала за двое суток? Вот во сколько это обойдется. Не беспокойся, вникать они не будут.

– О’кей, займусь сейчас же, – заверил Дельсар, развернулся и вышел из кабинета.

* * *

Оставшись одна, Весперини закурила. Все оказалось чуть сложнее, чем она предполагала, но ей все удалось.

Она только что заполучила пять миллионов евро.

Лично вызвав беспорядки в собственном городе, она провернула грандиозное ограбление. Хуже того: она только что ограбила государство.

Жоанна и Сэм заканчивали просматривать материалы дела перед его передачей в прокуратуру окружного суда Бобиньи, где Колен Фэзон должен будет предстать перед судом. Решение Сен-Круа никого не удивило: подростку назначили предварительное содержание под стражей. Углубившись в свои мысли, Кост наблюдал, как трудятся двое его подчиненных, и тут появился Ронан с четырьмя бутылками холодного пива.

– Можно?

Виктор кивнул и взял бутылку. В голове у него засела мысль, которую он не решался выразить. Поэтому он начал намеками, вокруг да около, на манер псов, которые крутятся перед тем, как сесть.

– Было бы очень полезно убедиться, что суд открывает отдельное требование по этому делу.

– А как им, по-твоему, еще поступить? – удивился Ронан. – Мы едва начали расследование. Еще предстоит проверить огромную кучу фактов.

– Точно. А также было бы хорошо удостовериться, что это отдельное требование будет передано нам. Сен-Круа может с таким же успехом выбрать другой участок или другую группу.

Сэм, не понимая, куда клонит начальник, поднял голову от документов:

– И как ты хочешь за это взяться?

– Толком не знаю. Надо ее убедить.

Жоанна улыбнулась. Сэм перевел взгляд на Ронана, который самым невинным образом утолял жажду, пока не понял, что все смотрят на него, и не догадался, что́ Кост имеет в виду.

– Вы серьезно, народ? Хотите, чтобы я пошел к Флёр Сен-Круа? Напоминаю, что мы сейчас не в лучших отношениях.

– Я же не требую, чтобы ты торговал телом. Я всего лишь спрашиваю, можешь ли ты разузнать.

Ронан залпом проглотил остаток пива.

– А не пошел бы ты, босс. Мы с ней разругались.

– О’кей. Тогда забудь. Не хочу отвечать за чье-то разбитое сердце.

В начале девятого Кост отпустил свою команду, чтобы обеспечить сопровождение Колену в суд. Он уже собирался домой, когда его мобильник завибрировал и стал отплясывать на столе.

Леа. Он ответил на звонок.

– Ты что, издеваешься надо мной? Поверить не могу, как ты надо мной издеваешься! Мне только что звонил отец. Твой свидетель удрал. Я думала, он в опасности?

– Клянусь, в опасности он постоянно.

– И ты клянешься, что он правда свидетель? Потому что свидетель, который находился под защитой и сбежал, – довольно странная история, нет? Виктор, то, что ты солгал моему отцу, еще ничего. Но вот лгать мне категорически не в твоих интересах!

Кост отложил куртку и присел на диван.

– Жак Ландерн был кормилицей у наркодилеров. Джеврик хотела использовать его в качестве приманки без гарантии безопасности в дальнейшем. Надо было вытащить его и спрятать.

Леа перестала кипеть – она буквально взорвалась.

– И ты спрятал пособника наркодилеров в клинике? Да что с тобой такое? Ты лжешь мне, ставишь под угрозу карьеру моего отца – и все это ради какого-то типа, которого ты больше никогда не увидишь?

– Я поступаю так не потому, что мы с ним подружились, а потому, что это справедливо.

– Вот любишь ты это слово, да? А со мной ты поступаешь справедливо, как по-твоему?

Кост не ответил.

– Ты мне солгал, Виктор. Какая же ты все-таки сволочь.

Только Весперини еще оставалась в своем кабинете, когда в пустынных коридорах мэрии, толкая свои тележки, начали сновать уборщицы. Телефонного звонка она ждала с нетерпением и моментально сняла трубку.

– Госпожа мэр. Мои сотрудники начинают проявлять опасное нетерпение. Наступает четвертая ночь. Вы мне говорили, что правительство отреагирует быстро.

– Успокойтесь, оно уже отреагировало. Завтра деньги будут. Только скажите мне, как мы поступаем. Но пожалуйста, не назначайте мне встречу на подземной парковке в два часа ночи.

– Все гораздо проще. Я считаю, что вы уже продемонстрировали свою добрую волю и я могу вам доверять. Сейчас я пришлю вам свой телефонный номер. С этого момента вы тоже сможете со мной связаться. Кстати, именно это вы и сделаете, как только деньги окажутся у вас. Садитесь в свой седан, звоните мне, и я сообщу вам адрес, где мы встретимся. Вас это устраивает?

– Больше всего меня бы устроило, если бы мы с вами никогда не встретились.

– Если прикидываться жертвой помогает вам лучше спать по ночам, рекомендую играть эту роль с теми, кто знает вас хуже, чем я. Я слышал вас утром по радио – вы были очень убедительны. Ваш рейтинг не перестает подниматься. Если вы сыграете по партитуре, которую мы с вами написали, у вас появятся большие шансы на третий срок. Вы ведь отдаете мне лишь часть того, что досталось вам, правда? Миллион, полтора миллиона?

Предпочтительно было сохранять в тайне добычу с налета – иначе требования Босса