Жду тебя на безлюдной станции - Инудзюн

– Это как-то связано с поставками?

– Да. Человек собирает разные вещички, связанные с морем, и хотел, чтобы я передал это из рук в руки лично.

– С морем?.. А вы, оказывается, и такими вещами занимаетесь, – удивилась я. Раньше я об этой части работы мужа не слышала.

– Ну так что, ты согласна? – непривычно робко спросил Кэндзи.

– Да, конечно.

Но что же в таком случае делать с ужином?.. К обычному времени я уже точно никак не успею…

– Как закончишь – сообщи по телефону, хорошо? А поужинаем где-нибудь вне дома.

Мне стало немного спокойнее. Интересно, когда мы последний раз ели не дома? Я люблю домашние обеды и ужины, так что в рестораны нас никогда особо не тянуло.

– Заодно потренируюсь пользоваться смартфоном, – кивнула я. Муж, расслабившись, допил чай и вышел из гостиной.

– Я хотел, чтобы мы были счастливы вместе. Ты тоже хотела обрести счастье со мной. Мы оба сделали правильный выбор. А потому, прошу, не надо сожалеть о нашей встрече.

* * *

Когда мы окончательно решили пожениться, моя жизнь наполнилась суетой.

За три месяца до свадьбы я ушла с работы. В последнее время я чувствовала себя неважно, и усталость из-за подготовки к торжеству только ухудшала моё состояние.

Сота же оставался таким же добрым, как всегда, и с нетерпением ждал, когда же мы сможем жить вместе. Он постоянно твердил, что хочет сделать меня счастливой, и я верила в его искренность.

Это случилось в один дождливый день в конце августа. Помню, как зазвонил домашний телефон. Звонивший представился начальником Соты и рассказал, что сломавшийся пресс зажал руку парня. Я сначала даже не подумала, что речь идёт о Соте.

Я вылетела из дома и увидела его маму. Она бежала ко мне, вся в слезах – должно быть, ей сообщили даже раньше, чем мне.

Дальше я толком ничего не помню. В память врезались лишь статичные картинки, что-то вроде фотографий.

Помню, что надпись «Идёт операция» казалась ещё более красной в полумраке больничного коридора. Как врач горестно сказал, что нервы в руке оказались разорваны. Как я ходила отменять назначенную свадебную церемонию. Помню, как смотрела в спину Соте, когда он проходил реабилитацию. И тот день, когда мы в последний раз разговаривали.

– Забудь всё. Считай, что ничего не было, – сказал он холодно, опустив глаза. Это были последние слова, которые я от него услышала.

Я не поняла, говорил ли он про свадьбу или про то, как обещал сделать меня счастливой. Я плакала каждый день. Я так разочаровалась в мире, что думала, что мне незачем жить. Но даже тогда у меня была причина всё-таки оставаться в этом мире.

Однажды Сота исчез из больницы и пропал без вести. Тогда наша связь оказалась окончательно разорвана. Мы были так близки, а Сота ушёл, даже не попрощавшись.

Я плыла по течению и на следующий год вышла замуж за Кэндзи. Так и живу…

* * *

Сегодня пятнадцатое октября. Со дня исчезновения Соты прошло ровно сорок пять лет. Коробочка, которую передал мне Кэндзи, лежала в сумке, а я шагала по улице, сверяясь с запиской от мужа. Дорога вдоль берега озера, кажется, стала красивее, чем раньше. Ну ещё бы – время идёт, и мне уже тоже давным-давно не двадцать.

Сначала я хотела отправиться по указанному адресу уже после прополки, но потом подумала, что будет не слишком приятно, если я приду грязная и мокрая от пота, а потому решила выйти из дома так, чтобы прибыть ровно к трём часам. Наведение порядка на заброшенном участке я отложила на завтра.

Через некоторое время я вдруг увидела справа от себя нужное здание под названием «Сан-Марино». Судя по всему, в здании с примечательными белыми стенами расположено кафе. Кажется, когда я здесь жила, этого заведения ещё не было, но и особенно новым оно не выглядело.

– Здравствуйте, – сказала я, открыв дверь и входя в зал. Ко мне вышел седой мужчина в сером фартуке.

– Добро пожаловать.

Поняв, что этот улыбчивый джентльмен сейчас проводит меня к столику, я поспешно достала из сумки белую коробочку.

– Прошу прощения, но я просто хотела передать вам вот это.

Я передала коробочку мужчине, и он улыбнулся, от чего морщинки в уголках его глаз стали глубже:

– А, вы жена Ацуми? Он говорил, что вы заглянете сегодня.

– Да. Рада знакомству. – Я приветственно склонила голову.

Хозяин кафе взглянул на часы и выдвинул стул у стойки.

– Присаживайтесь, пожалуйста.

– Спасибо, но…

– Нет-нет, всё в порядке. Ваш муж заказал вам напиток.

Я послушно села. Мужчина с коробочкой в руках скрылся в глубине помещения.

В зале играла приятная инструментальная музыка. Всё заведение было заставлено безделушками на морскую тематику. Рядом с тем местом, где я сидела, тоже были развешаны фотографии озера Хамана, а слева красовался канат толщиной с моё запястье и даже корабельный якорь.

– Спасибо за ожидание, – произнёс хозяин кафе, ставя рядом со мной чашку с горячим чаем.

– С-спасибо, – благодарно склонила голову я, не зная, что ещё делать – я впервые пришла в кафе одна.

Мужчина вернулся за стойку, аккуратно открыл коробочку и смотрел на её содержимое круглыми от удивления глазами. Затем он радостно улыбнулся – видимо, получил именно то, что хотел, – и я наконец смогла вздохнуть с облегчением.

Кэндзи сказал, что сегодня мы можем поужинать не дома, но, если я сейчас поеду прямо домой, то ещё вполне успею приготовить ужин.

Теперь мне оставалось лишь надеяться, что чай поскорее остынет. Если кто-нибудь узнает, что я сижу прохлаждаюсь на Сундзе, местные наверняка начнут обо мне судачить. Удивительно, конечно, что меня это волнует…

Сейчас уже некому обращать на меня внимание. Да, после того случая я стала довольно известной в этом районе, но это было очень давно. Вряд ли хоть кто-то здесь меня помнит.

Я торопливо пила чай, отчаянно сдувая пар в попытках поскорее остудить горячий напиток, как вдруг мужчина за стойкой, посмотрев в окно, заметил:

– А сегодня прекрасная погода.

– Да, – согласилась я, – погода сегодня замечательная.

На фоне, словно заполняя возникшее молчание, играл джаз.

Хозяин кафе вдруг поинтересовался:

– Вы по кому-то скучаете?

– Что?.. – не поняла я. Мужчина немного склонил голову набок.

– Есть ли у вас такой человек, которого уже нет, но