Пренебрежитель - Маргарита Александровна Полуэктова
IV
До рассвета оставалось еще около получаса, и только череда фиолетово-багряных всполохов на востоке намекала на то, что новый день готовится вступить в свою силу. Контуры отеля были хорошо видны благодаря еще работавшей в эти предутренние часы мягкой подсветке. Белый крест сиял посреди огромного красного полотнища, ниспадавшего с верхушки широкого двухэтажного здания. За ночь редкий снег перестал идти; воздух был чист и прозрачен. Легкий ветерок время от времени покачивал старинную деревянную вывеску под резной крышей отеля, заставляя ее еле слышно поскрипывать.
Парадная дверь с небольшим крыльцом выходила на восток. Там, за овальной подъездной площадкой, было припорошенное толстым слоем рыхлого снега пространство с редкими невысокими елями. Относительно прямое, оно уходило вперед на несколько метров, после чего резко спускалось в долину. В этом месте и пролегала граница курортного городка; за ней раскидывалось чарующее бесконечное царство нетронутой природы. Справа виднелись темные очертания хвойного леса, а слева – необъятный траверс гор, отделявших на горизонте небо от земли и принадлежавших обеим этим стихиям одновременно. Прямо же даже в относительной темноте отчетливо угадывались отражавшие любое мало-мальское сияние небесных светил широкие снежные просторы. В этом направлении путешественники и должны были с минуты на минуту выдвинуться под руководством Рауля.
В ярко-красном пуховике, с надетым на плечи рюкзаком, Герман стоял неподалеку от крыльца отеля. Одной рукой он обнимал вертикально поставленные на землю лыжи, а другой опирался на палки для них. Выспавшийся, он был в приподнятом настроении и с упоением ждал мига, когда походная группа пустится в путь. В очередной раз за последние несколько минут он обратил свой взор вперед, на постепенно расцветавший медными красками восток, и мечтательно всмотрелся в манящую, мерцающую, безлюдную голубую долину.
Помимо него, чуть раньше означенного времени снаружи отеля успели собраться остальные участники похода; главным образом они все разбрелись в разные стороны от ступеней крыльца. На расстоянии нескольких шагов от Германа, обратив спины к долине, а лица – к парадному входу, стояли Рауль и Минсу. Поставив массивные рюкзаки на землю рядом с двумя воткнутыми в снег комплектами лыж, гид и его помощник что-то обсуждали, попутно сверяясь с маленьким блокнотом в руках Рауля. Герман уже успел перекинуться парой фраз как с ними обоими, так и с еще полусонными Шарлин и Мэри – с тех пор дамы успели отойти в сторону и теперь о чем-то переговаривались по-французски. Но если эта пятерка, включая Германа, стояла в относительной близи друг от друга, то остальные находились на некотором отдалении. Так, на ступенях крыльца сидели Уолкотт и Сергей, а максимально ото всех отошел Катов. Герман в одной флисовой куртке стоял спиной к отелю у северной границы подъездной площадки, упирая руки в бока, и пристально всматривался в заснеженное полотно дороги. Время от времени он безуспешно пытался кому-то дозвониться, после чего неизменно чертыхался. В какой-то момент Катов круто развернулся, едва скрывая написанное на лице недовольство, но практически сразу же усмехнулся и неспешно подошел к молчаливо скучавшим на короткой лестнице мужчинам. Герман же, напротив, не видел их, но неплохо слышал.
– Всего два люкса на весь отель – и такие неудобные. – Он слегка покрутил шеей, разминая ее. – Не правда ли, Уолкотт?
Катов уже не спрашивал его мнения насчет языковых предпочтений и теперь без долгих церемоний обращался к нему исключительно по-русски. Возникла небольшая заминка.
– Редкостная дрянь, – в конце концов небрежно согласился Уолкотт, полубоком развалившийся на ступенях спиной к Сергею.
– Это все моя секретарша. «Берите в том же отеле, где находится место сбора, будет удобнее…» Ничего подобного. Я обязательно отчитаю ее по возвращении.
– Не помешало бы.
– У вас хотя бы люксы, – пробурчал Сергей, едва узнаваемый за натянутым до носа шарфом и надвинутым на глаза капюшоном. Он поежился в своей куртке и вздохнул; белесый пар, пронизавший шарф насквозь, поднялся вверх тонким полупрозрачным облачком и тут же растворился в предутренней тьме.
Катов Сергея будто не услышал. Он отвернулся и уставился туда же, куда хмуро взирал прежде, стоя на границе подъездной площадки.
– А вот и они, голубчики! – тут же процедил он.
Действительно: вдалеке сверкнули фары свернувшей на прямую дорогу машины. Черный минивэн за пару-тройку десятков секунд преодолел отделявшее его от отеля расстояние и, шурша колесами по снегу, остановился возле крыльца. Из автомобиля тотчас же, не погасив разрезавший полумрак свет фар и даже не прикрыв за собой передние двери, выпрыгнули двое мужчин в теплых черных одеждах с таким же белым логотипом, какой был начертан на корпусе их машины. Катов, напряженно и пристально глядевший на минивэн всё это время, стоял практически неподвижно, однако казался при этом взвинченным, раздраженным.
– Где вас носит! – прошипел он по-английски подскочившим к нему мужчинам. – Мы договаривались без двадцати! А сейчас уже почти без пятнадцати!
– Прошу прощения за задержку, сэр… Трасса в это время года порой леденеет… – донеслись до Германа слова одного из мужчин, прежде чем тот убавил громкость в голосе.
– Так если вы знаете, что это может случиться, значит, и выезжать надо раньше, не так ли? – продолжал шипеть Катов. – Я за что вам деньги плачу?
– Еще раз приносим свои извинения…
– Вы знаете, сколько раз я вам звонил? Почему трубку не берете? Бездельники… Это же надо так опоздать!
Герман украдкой взглянул на простой серебристый циферблат часов, черный ремешок которых обхватывал его запястье, – шесть сорок три. Слегка успокоившийся Катов принялся что-то тихо объяснять подъехавшим мужчинам, указывая на вход в отель, но спустя некоторое время взорвался громким, полным негодования шелестящим шепотом:
– Я что, по-вашему, и на улицу их должен был выкатить? Может, мне еще и за руль сесть и самому все отвезти?
– Простите еще раз… это
Ознакомительная версия. Доступно 35 из 174 стр.