Мифы Древней Греции: Боги - Олег Ивик

Где из железа ворота, порог же высокий из меди, —

Вниз от Аида, насколько земля от небесного свода[69].

Гесиод даже выводит Тартар за пределы Земли, считая, что Земля с ее «корнями» лежит над ним:

Тот факт, что Гея-Земля вступила с Тартаром в любовную связь, тоже подразумевает, что Тартар существовал отдельно от Земли. С другой стороны, непроходимой границы между земной поверхностью, Эребом (он же Аид) и Тартаром не существовало; Тартар входил в систему загробного мира, которым позднее стал управлять бог Аид, и был, по сути, гигантским подземельем, расположенным на огромной глубине, поэтому рассматривать его в отрыве от Земли очень трудно. Но о структуре загробного мира мы подробно поговорим в соответствующей главе. А пока лишь заметим, что Тартар, несмотря на свою сумрачность, подземную сущность и на то, что ему суждено было стать своего рода тюрьмой для провинившихся богов, отличался несколько странной для своего положения пылкостью нрава. Мы уже упоминали связь Тартара с Геей, в которую он вступил после победы Зевса над титанами. Связь эта была, судя по всему, инициирована Геей, которая хотела родить чудовище, способное одолеть новоявленного царя богов. Гесиод пишет:

Аполлодор сообщает еще об одном порождении Тартара и Геи – Ехидне[72] (хотя остальные авторы считают ее ребенком других родителей). Сохранились сведения и о близости Тартара с богиней справедливости, возмездия и кары – Немесидой[73]. Связь эта, судя по всему, была достаточно долгой, потому что от нее родилось несколько сыновей. Особая точка зрения на генеалогию Тартара имелась у Гигина. Римлянин называет его сыном Эфира и Земли и считает, что от брака Тартара с его матерью произошло племя гигантов – Гигин добросовестно перечисляет их всех в количестве двадцати трех[74]. Но, помимо связей с двумя богинями, Тартар ничем не проявил себя как личность. Во всех прочих отношениях он был и остался лишь огромной полостью в недрах Земли или даже за ее пределами.

Четвертым из перворожденных божеств был Эрос (Эрот, греч. «любовь»). Позднее легкомысленные греки и римляне объявят Эроса сыном Афродиты, капризным и жестоким ребенком (или юношей) с золотыми крылышками за спиной и любовными стрелами в колчане. Но, по мнению Гесиода, это было одно из древнейших божеств – гораздо древнее Афродиты, появившейся на свет сравнительно поздно. Такого же мнения придерживается и поэт II века до н. э. Бион Смирнский, писавший от лица Эрота:

Авторам настоящей книги эта версия представляется весьма резонной – в том смысле, что, не будь Эроса, вселенная попросту остановилась бы в своем развитии, не успев сформироваться. Ведь уже Океан, окружающий Землю, был рожден от любовной связи Геи и Урана. От аналогичной связи Ночи и Эреба были рождены Эфир и День (сколь ни удивительным кажется появление такого потомства у столь «темных» родителей, ведь слово эреб у греков означало мрак):

Не родись Эфир и День в нужное время, это могло бы привести к самым плачевным для вселенной последствиям (тем более при наличии уже существующих на тот момент «черной Ночи», «сумрачного Тартара» и «угрюмого Эреба» и притом, что до рождения Гелиоса-Солнца было еще далеко). Эфир в греческой вселенной был не просто верхним слоем атмосферы, но еще и источником света[78] и мог в определенном смысле заменять Солнце (таким образом, рождение Дня в те времена, когда Солнца еще не было, не должно удивлять слишком придирчивых исследователей). Но не будь Эроса, Ночь не вступила бы в любовную связь и мир не получил бы ни Эфира, ни Дня, поэтому факт зарождения Эроса в числе четырех первых божеств можно считать в равной мере и благодатным, и доказанным.

Тем не менее, будучи активно действующей и крайне необходимой для развития вселенной стихией, как личность Эрос себя поначалу не проявляет – он не вступает ни в любовные, ни в социальные связи и не участвует в борьбе за власть, которую затевает каждое очередное поколение божеств. Лишь с рождением Афродиты Эрос, став ее спутником, обретает антропоморфное тело, биографию и жизненную позицию и начинает вмешиваться в дела богов и людей.

Гигин называет Эроса на римский манер – «Амур» – и приписывает ему родителей: Ночь и Эреба[79]. Ночь в этом качестве видится вполне естественной, но мрачный Эреб представляется не самым подходящим отцом для бога любви.

Первым детищем Геи, которое она родила для того, чтобы сделать своим супругом, был, согласно Гесиоду, Уран (буквально «Небо»):

Правда, по поводу происхождения и родственных связей Урана высказывались и другие точки зрения. Так, некоторые орфики считали, что Земля и Уран были детьми Ночи и, соответственно, братом и сестрой[81]. Гигин тоже называет их братом и сестрой, но рожденными «от Эфира и Дня»[82]. Предлагали орфики и более материалистическую версию: Небо, равно как и Земля, произошли из двух половинок «превосходящего