История Швеции с древнейших времен до Первой мировой войны - Ингвар Андерссон

Присяга короля: «Он должен любить Бога и святую церковь, соблюдать ее права, так же как все королевские права, права государства и всего народа Швеции. Он должен соблюдать справедливость и правду, любить и охранять их и всякую несправедливость и неправду уничтожать, основываясь на праве и своей королевской власти. Он должен быть верен своему народу и не причинять никакого ущерба ни жизни, ни телу ни богатого, ни бедного, за исключением тех случаев, когда кто-либо законным образом уличен, как говорят закон и право государства; он ни в коем случае не должен отбирать у кого-либо его имущество, кроме случаев, когда это делается по закону или законному приговору, как уже было сказано. Он должен управлять своим государством – Швецией – и править вместе со своими соотечественниками, а не с чужеземцами, как это издавна гласят старый закон и право государства…»

Присяга народа: «Весь народ, живущий в Швеции, должен принять его как короля, укреплять его власть и его королевское право. Мы должны ему повиноваться, выполнять все его приказания во всем, за что он отвечает перед Богом и людьми; его дело – приказывать, а наше – исполнять. Мы должны быть ему верными и добрыми слугами, особенно в военных походах на границы страны, чтобы защищать с ним государство и страну. Народ, как это издревле было, облагается податью, он обязан уплачивать королю все свои ежегодные и установленные законом повинности и будет делать это по доброй воле, без всякого непослушания».

«Королевские статьи» были положены в основу шведской конституции и определили ее содержание на много веков вперед. Позже был опубликован новый закон о городах, предоставивший значительные права немецкой прослойке, обладавшей большим влиянием.

Что касается внешней политики шведского правительства при Магнусе Эрикссоне, то она определялась главным образом его экспансионистским стремлением на Восток, проявившимся в неудачной для Швеции войне с Россией. Следует отметить также заключение уже упоминавшейся выше личной унии с Норвегией; впоследствии, когда в Норвегии вместе с королем стал править его младший сын Хокан, в договор об унии были внесены некоторые изменения. Но все же основной проблемой правления Магнуса оставались взаимоотношения Швеции с Данией. Энергичные усилия Вальдемара Аттердага Датского восстановить порядок в стране вскоре привели его к конфликту со Швецией. Уступки, сделанные Вальдемаром Швеции в начале 40-х гг., явились только временным компромиссом.

С датской проблемой переплелись и внутренние распри в Швеции. Как только Магнус Эрикссон попытался усилить королевскую власть в соответствии со старыми традициями Фолькунгов, он вступил в конфликт с крупными феодалами. Магнус добился признания своего старшего сына Эрика королем (то есть фактически престолонаследником), что было шагом к установлению наследственной королевской власти. Самым выдающимся помощником короля в его деятельности по укреплению централизованной власти был Бенгт Альготссон, получивший от короля титул герцога; дворянство ненавидело Альготссона, как верного друга короля. Феодалам удалось привлечь на свою сторону молодого короля Эрика, а также зятя Магнуса, немецкого герцога Альбрехта Мекленбургского, ловко использовавшего смуту в Скандинавских странах в своих личных интересах. Магнус был вынужден изгнать Бенгта Альготссона и разделить государственную власть с сыном.

Но, несмотря на эти неудачи, Магнус не собирался так легко сдаваться. Он заключил союз с Вальдемаром Аттердагом; в 1359 г. этот союз был скреплен чрезвычайно знаменательным в истории Скандинавских стран династическим обручением сына Магнуса Хокана Норвежского с дочерью Вальдемара Датского Маргаритой. После этого события начали развиваться с поразительной быстротой. В том же 1359 г. молодой король Эрик умер, и Магнус снова стал единовластным правителем. И вот тут-то он сделал очень важный шаг: он созвал в Кальмаре риксдаг с участием представителей от всех сословий.

В обращении короля к участникам риксдага предписывалось, «чтобы четыре человека из народа в каждом судебном округе и выборные люди от каждого торгового города, два каноника со своим епископом от каждой соборной церкви, а также все люди из числа наших людей и жителей страны, которые захотят приехать, явились в Кальмар…». Отныне в государстве будут действовать «такое управление и такой суд, чтобы каждый жил по своему праву: государство – по своему праву и чести, церкви и монастыри – по своему, крестьяне, простой люд, купцы – все по своему праву.».

Мы не знаем, состоялось ли это собрание риксдага, но важно отметить, что в самом обращении Магнуса Эрикссона уже заложена идея сословного риксдага; позднее эта идея была осуществлена, что привело к чрезвычайно важным последствиям.

Все шло, казалось бы, хорошо, как вдруг Вальдемар Аттердаг переменил фронт: в 1360 г. он овладел Сконе, а вслед за тем завоевал даже Готланд (см. главу 7). Тем не менее Магнус возобновил свой союз с ним. Это случилось уже после брака Хокана с Маргаритой, когда аристократия возовловила свои происки против короля. И тут на политической арене в Швеции появилось новое действующее лицо. Это был Альбрехт, сын сестры Магнуса Эрикссона и Альбрехта Мекленбургского. Осенью 1363 г. он отправился с флотом и армией в поход на Стокгольм. Крупные шведские феодалы оказали ему поддержку, надеясь найти в его лице более сговорчивого короля, чем был Магнус Эрикссон, которого они изгнали из пределов страны. Правда, Магнус еще удерживал за собой в течение некоторого времени часть Западной Швеции, а его сын Хокан (норв. – Хакон) продолжал оставаться королем Норвегии; но их попытки вернуть всю Швецию, в которых им несколько раз оказывал помощь войсками Вальдемар Аттердаг, не привели ни к каким результатам. Сильное экономическое и культурное влияние Северной Германии, которое было заметно в Швеции при Фолькунгах, получило теперь свое политическое выражение; в Швеции произошло приблизительно то же самое, что и в Дании за сорок лет до того, при голштинских графах. Времена Фолькунгов миновали. Шведские монахи в монастыре Вадстена записали в своей летописи: «Тогда хищные птицы опустились на вершины гор» – символ несчастья, заимствованный из Ветхого Завета.

Эпоха Фолькунгов была мрачным периодом в истории Швеции. Первые годы их правления ознаменованы кровавыми внутренними распрями, а последние – поражениями и унижением. В середине XIV в. Швеция, как и вся остальная Европа, пострадала от ужасной эпидемии – «большой смерти», которую в соответствии с представлениями того времени рассматривали как ниспосланное Богом наказание за грехи. В своей внешней политике Фолькунги также потерпели целый ряд неудач. Но Швеция все росла, и труд народа восстанавливал то, что уничтожали войны и болезни. Продолжалась запашка целины. В Вестерйётланде, Смоланде и других областях появилось много новых