Шпиц знает больше. Дело о пропавшем дворнике - Елена Филипповна Архипова

— Саша, ты меня слышишь? — она стукнула ладонью по столу, шпиц тявкнул. — Соседи говорят, что он к родне уехал. Но какая, нафиг, родня?

— Ну как и у всех, Ань!

— Нет у него никого! — отрезала эта зараза. — Жена умерла десять лет назад, а детей у них не было.

Я отпил ещё кофе, разглядывая сидящую напротив женщину. Анна не из тех, кто паникует без причины.

Да, она писательница, и да, она привыкла фантазировать, но у неё хорошая интуиция. Я это знал ещё со школы, помнил несколько случаев, когда Кошкина оказывалась права.

Правда, тогда это касалось личных отношений наших с ней одноклассников, но принцип был тот же.

Я размял плечи, хрустнув позвонками. Пару раз наклонил голову сначала к одному плечу, потом к другому, и тут же эта бестия тут же оказалась за моим стулом и уже разминала мне плечи.

И вот стоит отдать ей должное — делала она это божественно.

И вот надо ж было Колобкову именно в этот момент заглянуть ко мне в кабинет! Хотя я готов ставить один к ста, что этот сплетник стоял у меня под дверью и подслушивал.

Распахнул дверь, увидел, что хотел, и свалил в закат. Я был уверен, что до Марины, личного секретаря нашего полкана, эта новость долетит раньше, чем Кошкина покинет мой кабинет.

Эх, Маринка, Маринка, видно, так и останешься ты для меня незакрытым со времен школы гештальтом

— Анна, сядь на место! — рыкнул я на неё. — Сейчас по всему отделению новая сплетня про нас с тобой пойдет гулять. А мне ещё

Чуть не ляпнул про Маринку, но вовремя прикусил язык. Однако надо было знать Кошкину, она и так уже всё сама поняла. Ну вот не писатель женских романов, а Шерлок, мать его, Холмс в юбке!

— Саш, ну тут делов-то на пять минуточек же! Может, он действительно уехал. Если так, я успокоюсь. Встану, схожу до Маринки, объясню ей всё и больше никогда к тебе не приду. Обещаю!

Ага! Знаю я это её “обещаю!” Где верность слову, и где Анна?

— Ну Са-а-аш

— И что ты от меня хочешь?

— Проверь по базе своей. Что тебе, трудно, что ли?

— Анна, у меня на столе, — кивнул я на стопку папок, — пять краж антиквариата лежит и три трупа, один, кстати, обезглавленный, а ты со своим дворником.

Она скрестила руки на груди, и я понял: сейчас будет шантаж. Чёрт, я это видел в её глазах — она опять вспомнила что-то, компрометирующее меня.

— Ты мне должен.

Ну вот! Собственно, и началось!

— За что?!

— За то, что я в десятом классе не рассказала Маринке Светловой, что ты провожал до дома Таньку Петрищеву! И потом целовался с ней у подъезда и тискал её дыни пятого размера. Я сама это видела, забыл?

— Кошкина, это было тридцать лет назад!

Я застонал, потёр лицо руками. Эту историю она вытаскивала каждый раз, когда ей что-то было нужно. Ничего нового, всего лишь моя личная карма.

— Анна, срок давности за это “преступление” уже давно вышел!

— Поверь, Санечка, такие долги не имеют срока давности, — она приторно, до оскомины на зубах, улыбнулась, а я вспомнил, почему в школе все её побаивались.

Эта милая писательница любовных романов с детективной линией была настоящей акулой, когда хотела добиться своего.

Если я сейчас не сделаю то, что она просит, Кошкина будет звонить мне каждый день по тридцать раз в день! Еще и к матери моей в гости заявится. Я её знаю.

Лучше потратить пять минут сейчас, чем неделю слушать её звонки, а потом доказывать маман, что мы с Анной не пара.

— Ладно, — я активировал монитор, — фамилия, имя, отчество, возраст, где живет?

Кошкина отчеканила, как будто готовилась.

— Вот нихрена себе у нас дворники в каких квартирах живут! — вырвалось у меня, едва я услышал, что этот самый Степаныч жил в одном с Анькой доме.

Элитном, кстати. Да там квартиры стоят, даже и та однушка, про которую мне тут подруга дней моих суровых втирает, как три моих в новостройке!

Ох, что-то мне это всё больше и больше начинает дико не нравиться

Я ввел данные мужика, запустил поиск, машинально потянулся во внутренний карман, вспомнил, что уже полгода не курю, и полез в стол за новой карамелькой.

Система загружалась медленно — ничего удивительного, впрочем. Это ж только в сериалах у нас полицейские работают на новейших компах! А мы-то в реальной жизни живем и работаем вот на таком старье Куда уж нам до сериальных ментов, нам бы хоть просто ноутами нормальными разжиться.

И тут программа разродилась информацией.

— Странно, — вырвалось у меня. — Нет данных о выезде. Ни на поездах, ни на автобусах, ни на самолётах твой Степаныч не выезжал. Паспорт не проходил через систему.

Анна подалась вперёд, глаза расширились.

— То есть ты хочешь сказать, что он никуда не уехал?

— Или уехал на попутке. Или ушел пешком в соседнюю деревню. Аня, это ещё ничего не значит, — попытался я её успокоить, обдумывая варианты. — Может, он на велосипеде куда уехал. Люди ездят не только на поездах, знаешь ли, — нес я откровенную херню, прекрасно понимая, что ведь Анька-то вполне может быть права! Пропал мужик, похоже.

Надо пробить и его номер телефона на предмет появления в сети.

Я молчал, глядя в экран и мусоля леденец. Потом взял трубку, набрал внутренний.

— Лёха, пробей один номер. Да, срочно, — назвал ему номер Степаныча.

Через две минуты Лёха перезвонил и сообщил:

— Телефон последний раз выходил на связь восемь дней назад.