Дживс и Вустер - Пэлем Грэнвилл Вудхауз

– Я вспомнил, как он уминал жареную утку. Просто что-то страшное. Набросился на нее, как тигр на добычу. Мне показалось, что этот человек не ведает жалости и снисхождения.

– Бесспорно, ему не хватает душевной доброты, милорд.

– Есть такое слово, оно в точности ему подходит. На «кар» начинается. Не картуз. Не карлик. Каратель, вот кто. В этом субъекте есть что-то от карателя. Я понимаю его досаду из-за того, что он не получил своих денег. Но какой ему прок губить меня?

– Он от этого, очевидно, рассчитывает получить моральное удовлетворение, милорд.

Билл задумался.

– А что, в самом деле нет никого, у кого бы можно было занять немного наличности?

– Никого из тех, чьи имена сразу приходят в голову, милорд.

– А как насчет того финансиста, что живет в Дитчингаме, как его… сэр… ну, вы понимаете…

– Сэр Оскар Уоппл, милорд? Застрелился в прошлую пятницу.

– Так. Тогда не будем его беспокоить.

Дживс кашлянул.

– Быть может, мне дозволительно внести предложение?..

– Да, Дживс?

Слабый лучик надежды зажегся в сумрачном взоре Билла. И голос его хотя по-прежнему едва ли заслуживал определения «жизнерадостный», однако же перестал походить на голос покойника, доносящийся непосредственно из могилы.

– У меня мелькнула мысль, милорд, что окажись у нас в руках билет капитана Биггара, и наше положение станет гораздо прочнее.

Билл потряс головой:

– Не понимаю. Билет? Какой еще билет? Вы говорите так, как будто мы на железнодорожной станции.

– Я подразумеваю тот билет, который в должности секретаря вашего сиятельства я лично вручил капитану Биггару в качестве квитанции как подтверждение его ставки на Люси Глиттерс и Мамашу Уистлера.

– А-а, его билет! – уразумел Билл.

– Вот именно, милорд. Поскольку он покинул ипподром в большой спешке, билет должен быть при нем, а эта бумажка – единственное доказательство, что он вообще ставил деньги на кого бы то ни было. Стоит нам только изъять ее у него, и ваше сиятельство получит возможность произвести с ним расчеты на любых приемлемых для вас условиях.

– Понятно. Да, это было бы неплохо. Значит, мы должны раздобыть у него его билет, так?

– Так, милорд.

– Можно мне задать один вопрос, Дживс?

– Разумеется, милорд.

– Каким образом?

– Что называется, прямым действием.

Билл вытаращил глаза. Открывался совершенно новый подход к проблеме.

– Вы имеете в виду – навалиться на него? Сграбастать его? Взять за горло?

– Вы совершенно точно выразили мою мысль, милорд.

Билл все так же хлопал глазами.

– Но помилуйте, Дживс. Вы видели его? Грудь колесом, мышцы так и играют.

– Я согласен, что капитан Биггар – мужчина в теле, милорд. Но на нашей стороне будет преимущество внезапности. Сейчас он вышел в сад. Вполне естественно предположить, что обратно он войдет тем же путем, каким вышел, то есть через стеклянную дверь с террасы. Если я задерну портьеры, ему придется проходить сквозь них. Он будет нащупывать проход, но в этот момент один рывок обрушит портьеры вместе с палкой ему на голову, и он окажется как бы спеленут по рукам и ногам.

Этот план, разумеется, произвел на Билла глубокое впечатление.

– Вот это да, Дживс! Потрясающая идея! Думаете, у нас получится?

– Несомненно, милорд. Метод римских гладиаторов, о которых вы, конечно, знаете.

– Это те, что сражались с помощью сети и трезубца?

– Именно, милорд. Так что если вы не против…

– Еще бы я был против!

– Прекрасно, милорд. Тогда я задергиваю портьеры, и мы занимаем позиции по обе стороны от двери.

Билл наблюдал за приготовлениями с чувством глубокого удовлетворения. После сумрачного начала сквозь тучи начало проглядывать солнце.

– Дело в шляпе, Дживс!

– Очень яркий образ, милорд.

– Если он заверещит, мы заткнем ему глотку этим… как называется эта ткань?

– Бархат, милорд.

– Заглушим его вопли бархатом. И пока он будет пресмыкаться на полу, я воспользуюсь случаем и дам ему хорошего пинка в зад.

– Соблазнительная возможность, милорд. На благие дела всегда снисходит благословение свыше, как говорит нам драматург Конгрив.

Билл возбужденно дышал.

– Вы были на Первой мировой войне, Дживс?

– Принимал в ней некоторое участие, милорд.

– Я на ту войну не успел, я тогда еще не родился. Зато я был в коммандосах в этой. Мы словно ждем условного сигнала.

– Да, ситуация несколько сходная, милорд.

– Он должен уже скоро появиться.

– Да, милорд.

– Приготовились…

– Слушайте, – раздался голос капитана Биггара у них за спиной, – мне надо еще кое о чем переговорить с вами обоими.

Белый Охотник, на путях которого среди дикой природы на каждом шагу таятся опасности, приобретает с годами некое предостерегающее шестое чувство. Там, где обыкновенный человек, набредший в джунглях на западню для тигра, свалится в нее вверх тормашками, Белый Охотник, хранимый шестым чувством, преспокойно обойдет ее кругом.

Капитан Биггар с дьявольским хитроумием, вместо того чтобы возвратиться в гостиную, как ожидалось, через стеклянную дверь с террасы, обогнул дом и вошел через главный вход.